- Вчера я согласилась выйти замуж за Марко Сальвьери. Совсем скоро я стану его женой. Ты, должно быть, сумасшедший, Моретти, раз думаешь, что я подпишусь на твое безумие.
Услышав раскатистый смех позади себя, Микелина безмолвно прошмыгнула мимо спокойно читающего газету мужчины в джинсах, и как можно скорее попыталась найти выход из этих огромных апартаментов.
- Мое предложение действует ровно до семи! – вновь послышался властный голос Рикардо из кабинета. – Постарайся запомнить это, Микелина.
Встав с мягкой бежевой оттоманки, Мигель подошел к нужной двери и, распахнув ее, выжидающе посмотрел на слегка растерявшуюся в просторных апартаментах гостью.
Увидев впереди спасительный выход, ведущий в просторное фойе, Микелина кинулась к кнопке вызова лифта. Оставаться здесь на секунду дольше ей было уже невмоготу.
Господи боже, неужели в какой-то момент ей действительно нравился этот мужчина?!
- Прекрасного дня, синьорина, – внезапно послышался учтивый голос все ещё придерживающего дверь мужчины.
Остановившись на мгновение, Микелина послала ему свой гневный взгляд. Благодаря именно этому человеку ее жизнь вот-вот разлетится на миллион мелких осколков и никогда уже не соберется в целостный рисунок безмятежного будущего.
- О, да, – с горечью усмехнувшись, проронила она, – день действительно обещает быть прекрасным… особенно для пули в лоб. Только вот вместо своей головы я бы предпочла вашу.
Никак не отреагировав на ее слова, мужчина лишь вежливо улыбнулся и закрыл за собой дверь.
С трудом перебирая в уме детали недавнего разговора, Микелина наконец-то расслабленно вздохнула и, вымученно улыбнувшись появившемуся лифтеру, буквально вбежала в зеркальную кабину.
Лифт плавно тронулся вниз.
Все ещё пребывая в полном потрясении от встречи с Моретти, рыжеволосая гостья отеля с силой вонзила свои длинные ногти в мягкую кожу ладоней. Не замечая саднящей боли, девушка яростно сузила глаза, помимо воли вспоминая надменное лицо кареглазого брюнета.
Каков нахал! Да как он смеет делать ей столь аморальное предложение?! И что вообще означают эти особые условия? У него что, особый ежедневный пунктик: как вывести из себя Микелину Горнели?! Или, может быть, он вообще маньяк, предпочитающий унижать успешных, красивых женщин? Господи, да как он вообще мог подумать, что она всерьез воспримет его слова? За всю свою жизнь она ещё ни разу не встречалась с подобным хамством!
Но сегодня Рикардо Моретти превзошел даже самого себя. Мало того, что у этого мерзавца повернулся язык предложить стать его двухнедельной подстилкой, так он ещё и следил за ней, открыто признавшись в том, что знает, где и под какой фамилией она живет в этом отеле. Уму непостижимо! Черт, кажется, за ней и впрямь увязался какой-то ненормальный, а ведь всего пару дней назад жизнь казалась такой простой и счастливой.
Вне себя от охватившего ее гнева, молодая синьорина стремглав преодолела узкий коридор, выплеснув часть накопившегося раздражения на заклинившей дверной ручке. Наконец, дверной замок поддался.
Ворвавшись на порог небольшой комнаты, казавшейся после президентского люкса всего лишь крошечной каморкой, девушка с силой захлопнула дверь.
- О, синьорина, вы вернулись! – не спеша поедая соленый миндаль из жестяной банки, Энрико вновь с интересом уставился в экран телевизора, внимательно вслушиваясь в размеренную речь диктора новостей. – А мы как раз заказали обед в номер.
- Спасибо. Но я уже сыта по горло, – не скрыв яростного раздражения, произнесла молодая хозяйка.
От столь резкого тона Энрико тотчас забыл о телевизионном репортаже, как можно скорее поднимаясь со стула.
- На балкон! – заметив неловкий взгляд своего новоиспеченного шофера, рявкнула Микелина.
Ей уже порядком поднадоели все эти косые взгляды прислуги. Словно она по жизни должна отчитываться перед каждым встречным, в то время как в конце пути ее все равно ожидает карающая гильотина. Так кому какое дело до ее поступков, раз итог все равно один? Неужели теперь до конца своей жизни она постоянно будет видеть вокруг себя лишь осуждающие ее лица?
С облегчением отметив отсутствие младшей сестры в комнате, Мике дождалась, пока балконная дверь плотно закроется, после чего, наконец, дала волю своему нешуточному раздражению.
Гневно пнув стоящий у стены чемодан, девушка подняла с декоративного столика свою дамскую сумочку, со всей силы зашвырнув ее в противоположный угол комнаты.
- Ублюдок! – не сдержав яростного порыва, выкрикнула она. – Самовлюбленная скотина! Подонок! Ничтожество! Свол…
- Мике! – выбежав из уборной, Изабель прервала гневную тираду кузины. – Что случилось?
Обернувшись к обеспокоенной молодой девушке, Мике с трудом заставила себя успокоиться, делая глубокий вдох.
- Вчера вечером я собственноручно вручила часть акций семейной компании в руки конкурента своего отца – вот что случилось! – с горьким сарказмом к самой себе тихо произнесла она, присаживаясь на угол кровати.
Спрятав лицо в ладонях, Микелина с сожалением покачала головой.
- Господи, Иза, какой же дурой я была! И зачем мы вообще поехали в это чертово казино, ведь день не заладился с самого начала?! Я должна была догадаться, что выйдет нечто подобное. Должна!
Сочувственно улыбнувшись, Изабель присела рядом.
- И что этот человек теперь от тебя хочет? – тихо спросила она. – Ведь он не просто так хотел с тобой поговорить. Он готов к обмену? Что ему надо?
Нервно усмехнувшись, Мике убрала ладони от лица, открыто посмотрев в наивное личико молодой девушки.
- Денег, – не решаясь шокировать все ещё верующую в людскую добродетель младшую сестру, она умышленно скрыла альтернативное предложение Моретти.
Облегченно вздохнув, Изабель на краткое мгновение сложила ладони вместе, с благодарностью посмотрев куда-то в потолок.
- Слава богу! – более радостным голосом вслух произнесла девушка.
Потянувшись к прикроватной тумбочке, она выдвинула широкий ящик и, достав из него круглую шкатулку, положила ее на центр широкой постели.
- Вот. Я достала ее, пока тебя не было, – раскрыв крышку, Изабель заворожено посмотрела на лежащие внутри драгоценности. – У тебя же наверняка есть знакомый ювелир, который сможет оценить все эти украшения, чтобы дать за них выгодную цену?
Растянув губы в горькой улыбке, Микелина бесстрастно запустила ладонь в горсть сияющих разноцветными бликами драгоценных камней.
- Это не поможет, – едва слышно прошептали ее губы. – Все это лишь мусор, не стоящий даже толики внимания самовлюбленного Рикардо Моретти.
