- Кто?! – одними губами прошептала обескураженная девушка, но все же послушно последовала за высоким незнакомцем.
Беззвучно ступая по мягкому ворсу серого ковра, Микелина совершенно не обращала внимания на царившую вокруг роскошь шикарного люкса, занимающего весь седьмой этаж. Она выросла в этом мире, с детства играя с плюшевыми мишками, у которых вместо пуговичных глаз сверкали крупные бриллианты.
Ее занимало совершенно другое. Только сейчас до ее затуманенного нервным тиком сознания начал постепенно доходить смысл услышанной фразы. Идущий впереди нее человек вовсе не хозяин этих роскошных апартаментов. Настоящий хозяин ждет ее в кабинете.
Мельком вспомнив яркий эпизод ее ночного кошмара, Микелина мысленно застонала, с болью прикрывая глаза.
«О, боже, только не он!»
На секунду задержавшись у раскрытых дверей, ведущих в очередную комнату, девушка мимолетно улыбнулась отступившему в сторону мужчине, после чего с опаской прошла за порог. Оказавшись в просторном кабинете с двумя широкими окнами и небольшим кирпичным камином в углу, Мике ослепленно моргнула из-за бьющих в лицо ярких солнечных лучей и тотчас услышала, как позади нее плотно закрылась тяжелая дверь. И вновь оглушительный грохот собственного сердца беспощадно терзал ее слух, заставляя девушку неподвижно стоять посреди прямоугольной комнаты в абсолютной прострации.
- Прошу вас, присядьте, – послышался приятный баритон, раздающийся из передней части кабинета.
Она знала этот голос, но в тот же момент готова была поклясться, что слышит впервые. По крайней мере, что-то в нем изменилось. Он стал более деловым, более властным, более холодным…
Набравшись мужества, Микелина подняла голову и открыто посмотрела на сидящего в широком кресле мужчину.
Одетый, как и всегда, в сшитый на заказ деловой костюм, Рикардо Моретти казался как никогда далеким и отчужденным.
Словно совершенно не замечая своей посетительницы, он внимательно просматривал разложенные по небольшим стопкам аккуратно сложенные бумаги. Иногда он брал лежащий по правую руку «Паркер» с золотым пером и что-то помечал на широких полях. Иногда просто читал, ничего не маркируя на черном печатном тексте, однако плотно сжатые губы и слегка суженные глаза ясно говорили о его едва заметном недовольстве. Точно такое же выражение лица она часто видела у отца, поэтому как никто другой могла безошибочно распознать настроение Лукаса Горнели. Однако сейчас это был не отец.
Внезапно с нахлынувшей на нее непонятной тревогой, Микелина, как никогда, ясно осознала, что абсолютно не знает сидящего перед ней человека. Осторожно наблюдая за действиями темноволосого мужчины, девушка искала в знакомом лице те самые добродушные смешинки вчерашнего дурачества и непринужденности, однако так и не нашла в его холодном, непроницаемом взгляде былых теплых искорок. Казалось, совсем не с этим человеком она познакомилась два дня назад. Почувствовав, как тревожно забилось сердце, Микелина поспешила сесть в мягкое кресло, пока ее дрожащие колени вконец не выдали ее внутреннего смятения.
- Мне нравится это платье, - даже не поднимая взгляда, внезапно произнес хозяин дорогих апартаментов, - но оно не подходит для девушки, разгуливающей в одиночестве среди толпы беснующихся мужчин, жадно пожирающих взглядом каждую встречную юбку.
Немного оторопев от подобного рода заявления, Микелина пораженно округлила глаза.
- Меня абсолютно не волнует, что вам нравится, синьор Моретти, а что нет. Мое платье, как и все остальное, вас абсолютно не касается.
Мгновенно поймав мимолетную усмешку на его губах, девушка поспешно прикусила язык. Совершенно не так ей следовало вести себя с человеком, у которого она собиралась слезно выпрашивать проигранные по ее собственной глупости акции семейной компании. Одна мысль о том, что ей придется смиренно ползать на коленях у ног этого мерзавца, вымаливая вернуть собственное имущество, как никогда омрачило ее и без того неидеальный настрой. Но делать нечего. Ей придется забыть о собственном эго и хоть раз в жизни прикинуться робкой паинькой перед абсолютно чужим человеком.
- Мне бы следовало сразу догадаться, - без особых эмоций, тихо проронила она.
Медленно отложив очередной лист в сторону, Рикардо наконец-то соизволил посмотреть на свою изрядно побледневшую гостью.
Карий взгляд встретился с зеленым. И, хоть преимущество было на его стороне, Моретти все же решил поддержать разговор, вопросительно изогнув брови.
- В чем же?
- Вчера вечером ты… - замерев на слове, Микелина непроизвольно сглотнула, после чего вновь заглянув в его глаза, поспешила сохранить дистанцию, ясно символизирующую совершенно чужих друг другу людей. – Вчера вы весь день преследовали меня. Мне следовало догадаться, что ничем хорошим для меня это не кончится.
- А мне казалось, вы получили некое удовольствие, – впервые послышались такие привычные насмешливые нотки в его голосе. – Или вы не об этом?
Вспыхнув, Мике прикусила губу. Вспоминать сейчас о прошедшем вечере у Ирис ей совершенно не хотелось. А уж обсуждать это тем более.
Понимая, что такой человек, как Рикардо, вряд ли настолько невнимателен, чтобы не заглянуть в выигранную папку, Микелина не сдержала тяжкий вздох. Почти что открыто признав поражение, девушка опустила взгляд на колени. Ей не хотелось думать о том, что будет. Казалось, если только она произнесет слово «крах» - даже на подсознательном уровне, это неминуемо затянет ее на самое дно и без того унизительной участи.
- Я о казино, – едва слышно послышался ее ответ.
- Казино? – почти искренне удивился Моретти. – Кажется, там мы с вами не встречались. Хотя, признаюсь, такое вполне могло случиться, так как вчера вечером я согласился сыграть пару партий со старым другом отца. Но из-за срочных дел за меня пришлось играть моему человеку.
Медленно кивнув, Микелина неожиданно вздрогнула от внезапно зазвонившего мобильника.
Взяв с края стола точно такой же телефон, как и у нее, единственным отличием которого был черный цвет, Рикардо поспешно ответил на звонок.
- Да, – коротко бросил он. – Да, предупреди всех, что совещание начнется ровно в шесть вечера в зале конференций первого этажа. И еще, пусть подготовят проектор.
Резко закончив телефонный разговор, Рикардо, слегка упираясь виском в указательный палец левой руки, вновь с некоторым отчуждением посмотрел на нее, словно и не было той самой вечеринки, напоминающей ей об их постыдной близости.
- Так в чем дело? – холодно спросил он, как если бы разговаривал с одним из своих сотрудников.
