— Пора, — произнес тихим, надломленным голосом глава делегации, когда во второй волне появился он — Меншиков. Его не узнать было нельзя. Пышно разодетый мужчина с деревянным протезом вместо правой ноги и крюком вместо левой руки. Такого не спутаешь ни с кем, особенно в контексте ситуации.
Минута.
И встречающая делегация двинулась вперед.
Спокойно.
Осторожно.
Без лишней резвости движений.
Воевать с Россией никто в руководстве эллинов и не мыслил. От одной этой идеи их бросало в холодный пот. Поэтому они решили всех удивить и сделали «ход конем» — к высаживающимся войскам шли широким фронтом самые красивые юницы, которых они нашли, неся в своих руках подносы с хлебом и солью.
Да еще разодетые так, чтобы на грани приличия.
За ними музыканты.
А следом уже официальные лица.
Меншиков, когда увидел это шоу, даже как-то растерялся.
— Это чего? — невольно он спросил у своего адъютанта.
— Не знаю, — честно ответил тот, пялясь на весьма и весьма интересных девушек, которые несли им подносы с хлебом и солью.
Подождали.
Солдаты находились в таком же удивлении, как и их начальство. И с таким же нескрываемым интересом рассматривали девушек. Особенно когда они приблизились шагов на десять и остановились.
Подождали чуть-чуть.
Вперед выехала большая делегация греков и один из них на неплохом русском языке в рупор произнес:
— Приветствуем наших друзей и защитников на древней земле эллинов!
Пауза.
Недоумение нарастало.
— Мы слышали, что в ваших землях принято встречать дорогих гостей хлебом и солью. Вот мы и расстарались. Надеюсь, ваши обычаи мы поняли правильно и ничего не напутали.
— И зачем все это? — спросил, выходя вперед Меншиков.
— Вы же пришли защитить нас. Вон — и османы, и австрийцы нам угрожают. И даже болгары уже облизываются на эти земли. Как же вас еще встречать?
Меншиков промолчал.
Лица делегации не имели даже оттенка какой-то насмешки. Да и вообще — вся эта ситуация выглядела… по меньшей мере — странной.
— А чего вы тут высадились? Мы ждали вас в Константинополе. Едва успели сюда добраться, когда поняли ваш замысел.
— Учения, — нашелся Меншиков. — Как не воспользоваться моментом для проведения больших учений?
— Понимаю. Выглядело впечатляюще. Мы уже пожалели, что не взяли с собой художников, чтобы они вдохновились и позже не написали картины.
— Вы полагаете?
— Конечно. Русские приходят на помощь своим друзьям помогая им добиться мира и возможности вступить в Советский союз. Это даже звучит колоссально.
— Так вы собирались в Советский союз?
— А как иначе? Просто бардак и разруха, оставленная нам османами да австрийцами, не позволило своевременно отправить вам посольство. Сами понимаете — тяготы войны. Мы даже бандитов только-только разогнали. А то, понимаешь ли, купцов убивают да корабли жгут.
— Совсем недавно?
— Неделю назад вывесили их вместе с главарем у Золотых ворот. В назидание всем остальным. — максимально радушно произнес представитель делегации.
И остальные закивали.
Меншиков усмехнулся.
В принципе — такой вариант развития событий Россию вполне устраивал. Почему нет? Ведь он позволяет установить контроль над Черноморскими проливами без войны. А что может быть лучше? Все ж таки и снаряды денег стоят, и прочих расходов бои приносят немало. Да и отлично подготовленных солдат складывать в осадах и штурмах — не лучшая идея. На это бы пошли. И у него имелся даже тщательно продуманный план штурма Константинополя. Но нет, так нет. Кто он такой, чтобы противится более выгодному предложению?
Разве что новые осадные мортиры хотелось испытать. Десятидюймовые, нарезные. Стреляющие и мощной бомбой, удивительной разрушительности с ударным взрывателем, и дистанционной картечью, способной наносить удивительное опустошение на большой площади.
Так-то на полигоне все испытали и проверили. Но в боевой обстановке еще не обкатывали. И, видимо, тут не получится. Впрочем, несильная печаль. Найдут, где из нее пострелять. Если не в Европе, то еще где. Вон — турки-то готовились наступать на Левант и выбивать оттуда французов. Можно будет им эти осадные орудия передать с командами. Чтобы провести полноценные полевые испытания…
Так что… чуть помедлив, герцог Мекленбурга и Боспора протянул главе делегацию руку. А тот ее горячо пожал. Через что снял всякое напряжение. Солдаты же, видя обстановку, невольно придвинулись к девушкам… попробовать хлеб-соль. Ну а что им оставалось делать? Днем-то да при всем честном народе…
* * *
Тем временем в одном из портовых городов Мексики вице-король Новой Испании Бальтасар де Суньига Гусман и Сармьенто принимал эмиссара России. Не официальное лицо, конечно, но весьма влиятельное. С правом прямого доклада и царю, и царевичу, и прочими привилегиями, открывающими перед такого рода эмиссарами впечатляющие возможности…
— Я рад, что вы согласились меня принять, — произнес тот, входя в кабинет вице-короля, куда они отошли, уединившись во время обычного для местных приема.
— Вы сумели меня заинтриговать, — ответил Бальтасар, жестом указывая собеседнику на кресло, стоящее напротив.
— Если вы позволите, я сразу перейду к делу, — произнес эмиссар и, дождавшись кивка, продолжил. — Россия очень заинтересована в развитие торговли с Мексикой. Но пока… этому есть серьезные препятствия. Мадрид не разрешает нам торговать с вами напрямую.
— Исключая контрабанду.
— Исключая, — кивнул эмиссар, — но ее объем ничтожен.
— Скажу прямо — мы тоже хотели бы напрямую торговать с вами, но я птица подневольная. — развел руками вице-король.
— Вот об этом я и хотел с вами поговорить. Как вы смотрите на то, чтобы стать королем Мексики, а лучше царем?
— Простите? — поперхнулся Бальтасар.
— Видите ли… Мадрид очень слаб. И он не в состоянии обеспечивать Мексику всеми необходимыми ремесленными товарами. Да и вам тут развиваться не дает. Торговцы же стран, имеющие право на прямую торговлю с вами, пользуются этим и откровенно на вас наживаются.
— А вы не собираетесь этого делать? — усмехнулся вице-король.
— Россия заинтересована в долгосрочном сотрудничестве. Притом настолько взаимовыгодном, насколько это допустимо. Нам нужны союзники, а не колонии. Поэтому нас устроит принципиально иная норма прибыль. Главное, чтобы получившиеся хозяйственные связи оказались крепкими.
— Звучит красиво, но почему я вам должен верить?
— Вы можете посмотреть на то, как сейчас развивается молодое государство Тенкодого в западной Африке. Или, например, Абиссиния — в восточной. Персия. Аютия. И прочие. Везде, куда мы приходим, мы стараемся договариваться и взаимной выгоде. Грабить нам не интересно…
— Серьезно? — откровенно улыбнулся Бальтасар.
— Абсолютно серьезно. Наш наследник престола провел достаточно глубокое и широкое исследование, которое привело его к выводу — грабеж колоний дает кратковременный эффект. В свое время страны Западной Европы на этом уже погорели. В XV веке. Что спровоцировало религиозные войны и многие другие коллапсы. И, как следствие, большие финансовые потери для тех, кто слишком жадничал.
— Я о таких исследованиях ничего не слышал.
— Они для внутреннего пользования. Но вам я кратко могу пересказать суть.
— Извольте.
— Когда ты продаешь что-то по слишком завышенной цене — это выгодно. Это большая норма прибыли. Но — это выгодно тебе и в краткосрочной перспективе. Там же, куда ты этот товар продаешь, денег становится меньше. Народ беднеет. Внутренний рынок сдувается, скукоживается. И если раньше ты мог продавать сто условных молотков, то после нескольких таких циклов, больше девяноста не выйдет. У людей просто нет денег. Обычной реакцией в такой ситуации является поднятие цены. Но это только усугубляет ситуацию.
