«Неужели бриллиантовое?» — промелькнуло в уме.
Как бы невзначай кончиками пальцев она сдвинула краешек платья, и в высоком разрезе обнажились ноги — на всю их пленительную длину. Сколько же ей лет? Двадцать пять? Или меньше?
«Симпатичная», — оценил Александр, уже откровенно пялясь на нее. Он закурил и, неторопливо, глубоко затягиваясь, выпускал густой струей дым в сторону девушки.
Она мельком, как бы невзначай, взглянула на него своими раскосыми глазами и звонко рассмеялась, приоткрыв чувственный рот с ярко-красными губами и великолепными белоснежными зубами. Потом не торопясь вытащила из пачки и закурила узкую черную сигарету с золотым ободком. Необычайно приятный, возбуждающе щекочущий запах достиг ноздрей Александра, и он начал жадно вдыхать этот дым, явственно ощущая в нем какое-то упорное магическое воздействие. В том, что девушка хочет обратить на себя его внимание посредством определенных сигналов, никаких сомнений не было.
Девушка засмеялась. ПЕРВЫЙ СИГНАЛ — АУДИАЛЬНЫЙ — СМЕХ.
Их глаза снова на мгновение встретились, последовала кокетливая улыбка.
А вот и ВТОРОЙ СИГНАЛ, отметил Александр.
Александр внимательно следил за каждым ее движением: как она замысловато вертит в пальцах сигарету, игриво склоняет набок голову, томно поглаживает бедра и постоянно покачивает на носке ноги полуснятую туфельку на точеном тонком каблучке… Все один к одному. Она явно ничего не имеет против их знакомства.
Честно говоря, Александр и не собирался к ней «подкатываться». Но оторвать взгляд от девушки у него было сил, а крамольные мысли поневоле овладевали им, когда он смотрел, как она неспешно покачивает плечами в такт музыке. Она была очаровательна, и Александр, сам себе не отдавая отчета, сделал нечто абсолютно немыслимое. Он подошел к барной стойке и сел рядом с девушкой.
— Хорошая сегодня погода, — пошел он по проверенной линии, отметив про себя, что платьице у девушки оказалось все же темно-вишневым.
— Это предложение? — с мягким сарказмом поинтересовалась она.
Такого поворота Александр не ожидал, но отступать было поздно. Он только отметил, что отстает от жизни как минимум лет на двадцать. Он хотел было что-то ответить, но нечаянно задел ее гладкую ногу и тут же торопливо отдернул ладонь.
— А ты шустрый.
— Честное слово, я нечаянно…
— Смутился? — рассмеялась она, поставив Александра в совсем неловкое положение.
— Да нет.
— Понимаю, — с умным видом сказала она. — Взвешиваешь шансы?
— Нет, не взвешиваю, — признался Александр. — Скорее, плыву по течению.
— Ого! По крайней мере это честно. А что, мне нравится… Ты национальной или классовой ненавистью не страдаешь? А то я наполовину японка, к тому же богатая.
— Нет, не страдаю.
Александр только сейчас заметил, что у нее чуть раскосые глаза и желтоватая кожа.
«Вот она, японская мафия „якудза“», — промелькнула в голове странная мысль.
— Кстати, мне очень нравится японская поэзия, — сказал он, обрадовавшись, что девушка подкинула ему тему для разговора. И продекламировал отрывок, который каким-то чудом выплыл из памяти:
На ветку сакуры упал снег.
Нежные лепестки печально опадают…
— О! — воскликнула она. — Слушай, кажется, мы встретились не случайно!
— Случайностей не бывает, — пытаясь придать своему голосу загадочность, сказал Александр.
— Я тоже так думаю.
Она насмешливо улыбнулась и протянула ему узкую ладошку:
— Мила.
Он обалдело уставился на нее.
— Я думал…
— Я пришла немного пораньше. А ты действительно шустрый. Идем.
Он вел Милу к столику, напряженно соображая, как реабилитироваться в ее глазах. Хорош гусь — назначил свидание одной и тут же «клеится» к другой! Конечно, то, что «одна» и «другая» оказались в одном лице, было спасением, но что она может про него подумать?
На удивление, Мила не обиделась. Ему показалось, что она вообще не придала этому значения. Он протянул ей меню. Она взяла книжечку и внимательно просмотрела. Потом отметила пальчиком несколько строк.
У нее определенно был хороший вкус. Блюда, которые она выбрала, были оригинальны. Вино — одно из самых лучших. Правда, Александр с напряжением подумал, что такой заказ обойдется ему в крутую копеечку, но делать было нечего.
Мила весело щебетала, и он, заразившись ее весельем, совсем забыл о своей промашке. В конце концов, с кем не бывает?
— А потом к тебе? — внезапно спросила она посредине трапезы.
Он посмотрел в ее многообещающие глаза и кивнул.
Они просидели в «Сакуре» почти до самого закрытия. Александр иногда вспоминал о том, что ждет их впереди, и внутри у него глухо екало. Скорее бы…
— Идем? — наконец-то вопросительно посмотрела на него Мила.
Он расплатился, радуясь, что в бумажнике еще осталось немного денег на такси, галантно помог ей подняться и повел к выходу.
Для того чтобы выйти на дорогу, где можно было поймать машину, им нужно было пройти через парк. Дорожки в такое позднее время были безлюдны, но фонари светили ярко.
— Подожди. — Мила смущенно наклонилась к его уху. — Мне нужно…
И она сделала сдержанный жест в сторону кустов. Александр отвернулся.
Он простоял под насмешливо мигающим фонарем почти полчаса, пока не понял, что произошло. Его элементарно надули. Обыкновенное, пошлое «динамо». Ну что же, девочка любит вкусно поесть, хорошо выпить и вообще нескучно провести вечерок. А то, что это делается за чужой счет… Ну а как быть, если своего на каждый день такой «красивой жизни» не хватает?
«Оказывается, все просто, как белый день, — с отчаянием думала Ксения. — У нас и не могло ничего получиться — все было обречено с самого начала».
Она отложила журнал, рывком поднялась из кресла и, шлепая босыми ногами, прошла на кухню. Сварила кофе, налила его в чашку и, оставив на кухонном столике, вернулась в комнату за журналом. Ей необходимо было разобраться в статье, которая, она уже была уверена, не случайно попалась ей на глаза. Случайного вообще ничего не бывает.
«Не приходилось ли вам встречаться с конфликтом, который оказывался непреодолимым, вне зависимости от того, сколько бы вы ни обсуждали его? Не возникало ли у вас таких конфликтов с вашим близким человеком? Разве вам не приходилось видеть двух человек с „непримиримыми“ противоречиями, которые никак не могут разрешить их и понять друг друга?»
«Вот оно!» — Ксения опять ринулась в комнату, лихорадочно отыскала на столе карандаш и, вернувшись, поставила на полях журнала большой восклицательный знак. Приходилось ли ей встречаться! Да эти противоречия в последнее время буквально преследуют ее на каждом шагу! С тех пор как они с Александром задумали это, с позволения сказать, общее дело, прошло уже полтора месяца. А воз, что называется, и ныне там. Никаких изменений, хотя она старалась, чуть ли не вылезая из шкуры. Ксения была согласна, что все не так просто, как могло казаться ей сначала. Но — чтобы вообще ничего? «Ну хорошо, — подумала она, — я могла проколоться один раз (пусть это будет „рыбак“, который поймал меня на удочку, потому что „рыбка“ сама шла в руки). Пусть вторая попытка оказалась неудачной, потому что там, в сущности, от меня ничего не зависело. Но три раза!»
