перемещение, вперёд мы продвигались довольно быстро. Короткие паузы, ранние подъёмы по утрам… Правда, нас немного задержал ливень, больше похожий на водопад, не проходивший весь прошлый день. Пережидать его пришлось в пещере неподалёку. Дэйки с вечера собирался в близлежащую деревню — за продовольствием и сплетнями. А я, проснувшись наутро и не обнаружив поблизости ни его, ни ёкая, поспешила к пруду… Камикадзе вдруг зашипел и одновременно с этим раздался радостный возглас:
— Евр… Аим… Неужели это и правда ты…
Зверёк сорвался с моей головы на мгновение раньше, чем я обернулась. Закружившись в яростном вихре, бросился на выступившую из кустов фигуру и, будто ударившись о невидимый барьер, отскочил прочь, яростно вереща. А я во все глаза смотрела на приближающееся косматое существо, не в состоянии даже закричать. Но вот существо подняло голову, отбросило касу… и я, не веря, что это происходит на самом деле, выдавила:
— Тэкэ… хиро?..
Его лицо буквально светилось, но уже в следующее мгновение вспыхнуло до корней волос, и он, спохватившись, отвернулся.
— Извини… Ты не одета…
Я никак не могла справиться со столбняком. Тэкэхиро?! Закутаный в мино — соломенный плащ, который я приняла за косматость… Но как?! Здесь?.. Камикадзе сделал новую попытку атаковать чужака. Меж пальцев Тэкэхиро мелькнула маленькая прямоугольная бумажка, вроде тех, которые сохэи использовали против Дэйки на Гион Мацури. Но, прежде чем он успел махнуть рукой, я, выдохнув «Камикадзе!», вылетела из пруда и вцепилась в запястье парня.
— Пожалуйста, не причиняй ему вреда! Он просто пытается меня защитить.
Тэкэхиро перевёл на меня ошарашенный взгляд, но тут же поспешно отвёл глаза. Не думала, что краска на его лице может стать ещё ярче.
— Прости… — я торопливо бросилась к кимоно.
Камикадзе всё кружил над намеченной «жертвой». Тэкэхиро, по всей видимости, защищало подобие энергетического барьера, уже дважды «отбросившего» камаитати назад.
— Малыш! — я протянула ему руку.
Но зверёк был слишком раздражён. Сделав несколько нервных кругов над головой непрошенного гостя, сорвал свой гнев на отброшенной им касе, разодрав её на части. Тэкэхиро только вздрогнул, а я, быстро завернувшись в кимоно, бросилась ему на шею.
— Как я рада, что ты жив! Ты ведь был ранен…
Тэкэхиро смутился ещё больше, руки робко скользнули по моей спине.
— Евр… опа-сан…
— Называй меня Аими. Или Момо… Как ты здесь очутился?..
Едва я отодвинулась от «гостя», Камикадзе упал на моё плечо и угрожающе оскалился. Но Тэкэхиро, уже не обращая на него внимания, не сводил с меня счастливого взгляда, застенчивого и пылкого одновременно.
— Я… искал тебя, Аими-сан. И не я один. После того, как демон забрал тебя, синсёку и хоси послали по его следам лучших сохэев. Им было приказано уничтожить чудовище и… — он запнулся, — освободившую его.
— Тебя послали за тем же?..
— Меня никто не посылал! Я хотел найти тебя, чтобы спасти!
Вспыхнувшая в его глазах преданность смутила меня до румянца. Я с трудом выдержала его взгляд. Тэкэхиро изменился. На щеке — тонкий шрам, наверное, оставленный когтями Иошинори-сама, волосы отросли до плеч. Миловидное лицо чуть огрубело, став более мужественным.
— Спасибо, Тэкэхиро-кун… Но как ты меня нашёл? Если не нашли даже сохэи…
— Мне помог Кэтсу-сама, он тоже был против твоей смерти.
— Буддийский монах, который говорил в мою пользу, — вспомнила я.
— Кэтсу-сама передал мне твои вещи, а остальным сказал, что они сгорели в пламени. Нам пришлось сжечь помещение, в котором они хранились.
— И всё это… чтобы помочь мне…
— Конечно! — Тэкэхиро подался вперёд, и Камикадзе предостерегающе зашипел. — Приговорить тебя к смерти было неправильно! Если бы они сразу отвели тебя к ториям, позволили вернуться в твою реальность, сила заклятия была бы восстановлена! И ничего этого не было…
Я поёжилась, представив Иошинори-сама, снова превращающегося в барельеф. Как же сильно изменилось моё отношение к подобному варианту его судьбы… Тэкэхиро пошарил в складках своего «одеяния» и подал мне небольшой свёрток.
— Мои вещи… — ахнула я, когда он развернул ткань.
Сумочка, платье, пустой футляр из-под очков, разрядившийся мобильный…
— Эти вещи сохранили часть энергии твоего тела. Я нашёл тебя с их помощью, применив одну духовную практику. У сохэев не было такого преимущества, — Тэкэхиро довольно улыбнулся.
— Духовную практику?
— Этому обучают всех, кто служит в святилище.
— А сейчас вокруг тебя защитный барьер, ведь так?
— Да, — Тэкэхиро покосился на камаитати. — Это же демон?..
— Его зовут Камикадзе, познакомься, — просияла я. — Он — прелесть, просто не любит незнакомых. Рада, что тебя он не поранил…
И замолчала от внезапно пришедшей мысли: если малыш-камаитати с такой яростью набрасывается на чужака, нетрудно догадаться, как поступит Иошинори-сама, обнаружив здесь постороннего. Ещё чудо, что он до сих пор не появился. Видимо, защита Тэкэхиро действительно сильна, и ёкай не почувствовал вторжения — пока.
— Тэкэхиро-кун, я очень благодарна за всё, но тебе нужно уйти и как можно скорее.
— Он поблизости? — Тэкэхиро настороженно огляделся, и на лице отразилась решимость. — Похитивший тебя демон?
— Да…
— Я не оставлю тебя с ним!
— Он защищает меня и вернёт к ториям, как только…
— Разве он ещё уязвим? — удивился Тэкэхиро.
— Очевидно. Иначе уже бы меня отпустил.
Тэкэхиро осторожно придвинулся ко мне, Камикадзе оскалился. Я попыталась было погладить его, но зверёк возмущённо заверещал и взмыл в воздух.
— Я так долго искал тебя, — прошептал Тэкэхиро. — Сначала чувствовал твой дух очень чётко, но в одну из ночей… будто набросили покрывало из плотного шёлка, и ощущение стало едва уловимым…
«Защита Иошинори-сама», — мелькнуло у меня в голове. — «Она блокировала всё, кроме «практики», в основу которой легли мои собственные вещи.»
— Но, пока мог определить хотя бы направление, я не оставлял надежды… — его руки потянулись к моим, ладони легко сжали мои запястья. — Пожалуйста, пойдём со мной, Аими… сан… Моя защита сильна, он не найдёт нас. Мы будем двигаться от деревни к деревне, пока не доберёмся до святилища…
— А потом? — тихо спросила я. — После того, как поможешь мне, что будет с тобой?
— Это неважно! Я не мог перестать думать о тебе… и о том, как тебе должно быть страшно и одиноко…
— Так и было, — улыбнулась я. — Так и есть. Но я обещала остаться, пока сила заклятия не разрушится окончательно…
— Обещала?! — выпалил Тэкэхиро. — Он — чудовище!
— Да, он — не человек. Но это ничего не меняет. Возвращайся в святилище, Тэкэхиро-кун. Обязательно навещу тебя прежде, чем пройду сквозь тории в мой мир.
Глаза Тэкэхиро не отрывались от моих, губы сжались.
— Аими… — едва слышно прошептал он. — Ты… хочешь с ним остаться?..
— Нет… То есть… да. Пока
