будем шлёпать туда, выполняя грузоперевозки всё само собой разрешится.
— И с чего такие выводы?
— Ну, Прохор знает, что я приобрёл ещё одно судно. И не просит лететь к ним со всех лопаток, а подгадать с грузами так, чтобы в итоге оказаться у них. А это дело не быстрое, даже если мы находились бы куда ближе, чем сейчас. Ещё, он пишет о том, что мне следует прибыть с моими новыми компаньонами. То есть, прихватить с собой пленников. А значит там их точно заберут люди вашего отца.
— И куда ты поместишь капсулы? Твоя спасательная палуба рассчитана только на две штуки.
— Да просто запихну капсулы в грузовой отсек. Он у «Битюга» конечно небольшой, но уж две штуки я кое-как размещу. А трупы и ногу запихаю в простых композитных мешках, космический холод им не повредит.
— А что с яхтой делать будешь?
— Мы уже приблизились к астероидному поясу, оставлю её на какой-нибудь каменюке. Благо код доступа к бортовому искину у меня имеется, как и необходимые базы для управления.
— Это ведь межсистемник, — напомнила она.
— Пока я не лезу в червоточину, обычное судно размерами с небольшой среднетоннажник. Так что, никаких сложностей с управлением.
— Понятно. И какие планы?
— К астероидному полю мы подойдём только через двенадцать часов, так что сейчас поем и опять спать. Но когда проснусь, вы уж приготовьте мне не такую противную еду. Нужно будет поработать, а когда тошнит оно как-то не особо получается.
— А как же твоя рана?
— Ну я же не собираюсь тягать тяжести. Есть невесомость, и Конёк, так что с капсулами кое-как управлюсь. А управление яхтой и вовсе не потребует никаких физических усилий.
— Я помогу, — с готовностью кивнула Настя.
— Тогда вообще не вижу проблем, — подмигнул я.
К моменту моего пробуждения мы уже приблизились к краю астероидного поля, и «Битюг» лёг в дрейф. После неплотного обеда, я начал готовиться к переходу на яхту, с всё ещё зияющей пробоиной и отсутствующей атмосферой. От бронескафандра решил отказаться, в пользу лёгкого спасательного варианта, так как надобности в нём попросту нет, а лишняя тяжесть мне сейчас нежелательна.
Впрочем, даже его надеть оказалось достаточно сложно, и пришлось прибегнуть к помощи Насти. М-да. Сестрица решила воспользоваться этим по полной, и без зазрения совести облапила меня. Не то, чтобы демонстративно, а эдак ненавязчиво и вроде как незаметно. Однако сложно не обратить внимание на поглаживания, лёгкие пожатия и тому подобные интимные знаки внимания.
— Анастасия Семёновна, вам не кажется, что, вы переходите границы, — отстранив её, строго припечатал я.
— Клим, а тебе не кажется, что для нормального здорового мужика, ты слишком уж увлёкся изображая из себя недотрогу? — возмутилась она.
— Я всего лишь знаю и понимаю своё место, ваша светлость.
— Серьёзно? Ты боишься мести моих близких за то, что покусился на мою честь? Всего-то? Полчаса в регенерационной капсуле и я буду так же невинна, как при рождении.
— Полагаете, что вы самая умная и им это неизвестно? Но главное не в этом, а в том, что останется здесь, — и я постучал себя по лбу.
— Я тебе неприятна? — с обидой спросила она.
— Я себе буду неприятен, если поступлю так. Настя, ну почему нам нельзя быть просто друзьями, а?
— Потому что я тебя дурака люблю. Не знаю, когда это случилось. Поначалу это была просто прихоть, но со временем…
— Стоп. Я согласен обращаться к тебе на ты, быть другом, переписываться, перезваниваться, встречаться и вместе ходить… Ну не знаю, пообедать, прогуляться в парке, просто поболтать. Но на этом всё. Ну не вижу я в тебе девушку. Прости, но это правда.
— Я согласна, — поспешно выпалила она.
И ведь ни капли обиды, хотя любая девушка услышавшая такое уж точно разозлилась бы. Однако, похоже сестрица решила, что добилась успеха и сделала серьёзный шаг к сближению. Вообще-то так оно и сеть. Я и сам уже давно подумываю об этом. Вот только цели у нас разные. Я хочу близкого общения с сестрой, узнать о ней побольше и участвовать в её жизни. Она же… Мда. Ну, тут всё понятно.
— Что же, коль скоро ты согласна, тогда выметайся из каюты, я закончу сам.
— Но тебе трудно, ты ещё не оправился от ран и…
— Сама виновата. Нечего было распускать руки, — развернув её, придал я ей направление в сторону выхода.
Ну что сказать, облачиться в скафандр без посторонней помощи оказалось не так уж и просто. И весьма болезненно. Спасибо моему высокому болевому порогу. А ещё, это заняло достаточно продолжительное время. Настя даже разок постучалась в дверь, чтобы узнать, не лишился ли я тут часом сознания.
Переход на яхту мне дался так же нелегко. Это не из моей каюты перейти на кухню, после чего вернуться обратно и завалиться на койку. И уж тем более при использовании магнитных ботинок, что требовало не только определённой сноровки, но и кое-каких усилий. Будучи здоровым я этого даже не замечал, однако за прошедшие сутки я изрядно ослаб, хотя общее моё состояние значительно улучшилось. К слову, организм уже выдавил из себя все три пули, и сейчас активно восстанавливаются повреждения в раневых каналах…
Яхта не производила
