— Да. И вороны что-то нами заинтересовались.
— Верно.
Во дворе дома не было ни цыплят, ни голубей, ни кошки. Зеленые ставни плотно закрывали окна. Листья и обрывки папоротника валялись по когда-то чистому дворику, а на усыпанной ракушками дорожке виднелись глубокие следы — видимо, по ним волокли что-то тяжелое.
— Они уехали, — зачем-то проговорила Эйрадис.
— Я бы сказала, — добавила Хэзер, — что вскоре после нашего визита. Боялся ли Вулфер Мартин Д'Амбри появления во дворе своего дома Джона Д'Арси Доннерджека, или на то были другие причины?
На лице у банши появилось таинственное выражение.
— По-моему, я знаю другой способ заставить стража отступить — но лучше оставить его на крайний случай.
По общему согласию, а не повинуясь некой формуле, они все взялись за руки. Чистые звонкие голоса слились, когда прозвучали волшебные слова:
Мария, Матерь Божия,Леди Семи Скорбей,Защити нас от мракаМария, Королева Небес,Леди Семи Радостей,Засияй в ночи.Мария, Кипарис Сиона,Леди Семи Небес,
Прогони врага и отнеси нас домой!
На мгновение Эйрадис показалось, что христианское заклинание сработало. Страж стал меньше, потускнел, когти и: клыки приобрели материальность. Но в тот момент, когда она решила, что враг собирается отступить, закончилось последнее трехстишье, и чудовище зловеще захихикало, зловонное дыхание с хрипом вырывалось из его пасти, а страшные клыки и когти вновь начали мерцать.
Эйрадис услышала, как у нее за спиной принялся хрипло ругаться крестоносец, который с трудом тащил по склону священника и свою цепь.
— Не пришло ли время воспользоваться последним, запасным шансом? — прошептала Эйрадис, обращаясь к банши.
Плакальщица быстро отвернулась, но Эйрадис успела заметить промелькнувшую в ее зелено-серых глазах скорбь.
— Не исключено, что это навлечет на тебя опасность в будущем, Эйрадис. Может, не нужно прибегать к последнему средству?
— Разве у нас есть выбор? Ты же сама сказала, что мне нельзя надолго задерживаться в Вирту. А какого рода неприятности ждут меня, если ты воспользуешься своим знанием?
— Это заклинание очень сильное, оно способно привлечь внимание Властелина Ушедших. Или он полностью сосредоточится на тебе, если уже знает о твоем присутствии в Вирту.
— Давай! — решительно сказала Эйрадис и опасливо оглянулась, хотя прекрасно понимала, что Танатосу под силу подойти к ней с любой стороны. — Я готова на риск.
— Ладно. — Хэзер перевела взгляд на стража. Как только в воздухе повис бессловесный вопль банши, с которого начиналось заклинание, страж перестал веселиться. Озираясь по сторонам в поисках невидимых врагов, Эйрадис не слушала заклинание, пока до нее вдруг не дошел смысл того, что пела банши.
Ангел Забытой Надежды,
Вздымающий Меч Ветра и Обсидиана,
Рассеки алгоритмы нашего Врага.
— Нет! — вскричала Эйрадис. — Пощади!
Из печальных глаз плакальщицы потоками лились слезы, но она продолжала петь. Эйрадис чувствовала, что возвращается во времена Войны Начала Начал — она не забыла свои имена, но не помнила, каким беспощадным могуществом они наделены. Когда ее большой живот снова стал плоским и начал формироваться русалочий хвост, нерожденный ребенок принялся протестующе колотить ногами. Эйрадис снова закричала — у нее на спине набухли крылья, а в следующее мгновение раскрылись, обагрив ее тело кровью.
Русалка под Семью Танцующими Лунами,Поющая Песнь Сирен,Утопи наших врагов в базе данных.Нимфа Древа Логики,Дитя Первого Слова,Пусть наш противник плачет.
Трансформация оказалась быстрой и болезненной. Крылатая русалка держала в руке Меч Ветра и Обсидиана, а крылья дракона из яркого майлара[26] трепетали и тащили ее вверх.
Теперь, когда Эйрадис смотрела на стража, защищавшего лунный портал, сквозь призму своих древних воспоминаний, он больше не казался ей страшным. Скорее смешным и жалким, скрючившимся в ужасе перед ее величием. Элемен ты его программы ничего не стоило расшифровать, расчленить на коды; небольшое усилие — и он превратится в глину Непостижимых Полей.
Подняв Меч Ветра и Обсидиана, Эйрадис так и сделала. Страж провалился в небытие, а она почувствовала, как холодные руки обхватили ее крылья и опустили на скалы.
Перед ней высилось круглое темное отверстие лунного портала, о котором Эйрадис успела забыть. Она автоматически попыталась сложить крылья, понимая, что иначе не сумеет войти в туннель. Однако что-то — интерфейс? — уничтожил их еще раньше. Без крыльев она не могла летать, а стоять на рыбьем хвосте было неудобно. Бросив Меч Ветра и Обсидиана, Эйрадис обхватила свое тело руками, надеясь защититься…
Жесткие металлические пальцы схватили ее за плечи и не дали упасть на пол туннеля. — Госпожа Эйрадис? — спросил Войт. В механическом голосе слышалось беспокойство. — Вы не ранены? Вам не нужен медицинский робот?
— Нет… Да… Я…
Эйрадис перевела дух и опустила глаза. Ее тело снова стало человеческим. Таким, каким было до того, как банши начала читать заклинание, — даже живот остался таким же огромным и неуклюжим. Ребенок несколько раз подпрыгнул, словно заверяя Эйрадис, что не пострадал от трансформаций.
— Со мной все в порядке, Войт, — наконец проговорила она. — Просто я немного испугалась. Нам пришлось встретиться с неожиданными трудностями.
— Значит, за помощью посылать не нужно?
— Обойдемся, Войт.
Банши, сложив на груди руки, с невозмутимым видом стояла у лунного портала — казалось, она ждет, что Эйрадис будет ее ругать. Однако в позе плакальщицы не было ни малейшего намека на вызов или собственное превосходство. Более того, она выглядела еще более бледной и хрупкой, чем обычно.
— Как… — Эйрадис замолчала и задала вопрос иначе:
— Где ты нашла эту песнь? И как догадалась, что она нам поможет?
— У тебя много имен, леди Эйрадис. Я уже говорила, твое прошлое делает тебя, как никого другого, частью мифа.
Заклинание пришло ко мне по каналам сна, когда я повторяла слова Леди галереи и размышляла о том, окажет ли влияние христианское волшебство на языческое чудовище.
— И оно просто тебе привиделось?
— Не короткой вспышкой, а скорее как замена. Я вдруг обратилась к Ангелу…
— Не произноси имя, — перебила ее Эйрадис, — я боюсь его могущества.
— Но оно твое.
— Теперь — нет. Великий Поток есть древнее начало Вирту. Тогда я являлась лишь частью легионов одной из воюющих сторон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
