Марты Траувен».
— Прошу, сеньор мистик, — он распахнул дверь, почтительно посторонился. — Здесь приемная. Прямо — кабинет хозяйки. Обязательно постучите и назовитесь.
Вир кивнул своей команде, указал на обшарпанный диванчик.
— Располагайтесь. И не вздумайте разбредаться.
Сам прошел дальше, на миг задержавшись у двери кабинета. Здесь пахло жасмином и цитрусом.
Улыбнувшись своим мыслям, он вошел без стука.
Глава 37
Комната, служившая кабинетом, была просторной, но уют создавался искусственно, словно декорация. Воздух был пропитан дорогой туалетной водой, маскирующей запах лечебницы, с легким налетом табачной терпкости. Темные дубовые панели на стенах, толстый ковер, поглощающий шаги, и треск поленьев из камина, утопленного в дальний скошенный угол.
На полках стояли свитки в футлярах, стеклянные колбы с высушенными травами, медицинские справочники с едва заметным слоем пыли. На стене висела гравюра — половина человеческого тела с анатомическими подробностями, будто рассеченная куском стекла. Вир бы не удивился, если бы вторая половина обнаружилась подвешенной на крюке где-то в местных подвалах.
За столом сидела Марта Траувен. Выпрямив спину, сложив руки перед собой и чуть склонив голову к плечу. Ее темные волосы были уложены в объемную прическу, удерживаемую серебряной шпилькой в виде змеи. Серые глаза, умные и острые, смотрели без страха, но и без доверия, так хороший дрессировщик наблюдает за приручаемым зверем.
Перед бывшей фавориткой короля стояли две дымящиеся фарфоровые чашки с почти прозрачным золотистым отваром.
— Вир, — ее мелодичный голос прозвучал тихо и ровно. — Мне доложили. Присаживайся. Чай только что заварили, мне доставляют его из Лейтарии.
Вир молча опустился в кожаное кресло по другую сторону стола. Он скользнул взглядом по чашкам, потом достал из внутреннего кармана свою фляжку. Открутил пробку и сделал пробный глоток. Едкая горечь полыни заполнила рот.
— Спасибо, Марта. Но я предпочитаю свое.
Уголок ее губ дрогнул в подобие улыбки.
— Все еще не доверяешь мне? После всех этих лет?
— Опыт — лучший учитель, Марта, — парировал Вир, завинчивая пробку. — Как, кстати, поживает почтенный сеньор Траувен? Не надоело ему коротать вечера в одиночестве пока ты занята планами спасения страны?
Она не дрогнула.
— Он доверяет мне, в отличие от некоторых, — ее взгляд скользнул по поношенному сюртуку. — А ты, Вир, так и не обзавелся портным? Аристократические привычки, видимо, не включают в себя заботу о гардеробе, когда кошелек… пуст.
— Кошелек — да. Но память всегда со мной.
Он резким движением швырнул на полированную столешницу конверт, тот скользнул и замер, перехваченный ее холеными пальцами.
— Этот мистик у тебя в лечебнице? Хочу с ним встретиться.
Марта развернула бумагу, пробежала глазами. Ее лицо не изменилось.
— Сейчас уточню. Если да — встречу устрою, — она посмотрела на Вира с немым укором. — Земляки должны помогать друг другу.
Позвонила в маленький колокольчик. Пока ждала, взяла перо и дописала несколько строк, ниже имени мистика.
В кабинет вошел энергичный молодой человек в безупречно белом халате. Его лицо было лишено какого-либо выражения, а движения — точными и экономичными, как у автоматона. За его спиной, на перевязи, болталась птичья маска с длинным носом, которую надевали чумные доктора во время эпидемии.
— Найдите этого пациента и проводите в зеленую гостиную, — Марта протянула ему конверт.
Помощник молча взял его, кивнул и удалился, позвякивая какими-то инструментами в карманах халата. У него отсутствовала фаланга мизинца на левой руке.
Вир снова отпил из фляжки, не сводя глаз с Марты. Что-то в ней неуловимо изменилось. Ее пальчики, едва заметно постукивающие по столешнице, смахнули серые крупинки пепла.
— Сюда зачастил Лоренц, — произнес он утвердительно, и в его голосе зазвучала насмешка. — Не староват любовник для тебя?
Тень раздражения мелькнула в ее серых глазах. Вопрос о ректоре явно задел ее.
— Беднягу мучает бессонница. Я всего лишь пытаюсь ему помочь.
— Ты же не лечишь его? Выпытываешь что-то, как обычно.
Она рассмеялась — легко, почти искренне.
— Ты делаешь из меня какого-то монстра. Вообще, наши с ним отношения — это врачебная тайна. Но могу поделиться… он рассказывает мне свои кошмары, — она смотрела на него прямо, играя в откровенность. — Представляешь, он видел, как тебя несут на паланкине, в окружении каких-то оборванцев.
Вир подыграл, подняв бровь.
— И ты веришь этому старому дураку?
— Зная тебя, — ответила она, глядя прямо в глаза. — Да. Верю. Ты вполне способен учудить подобное. Именно поэтому ты — в изгнании.
— Мою семью убили, — голос вира стал тише, но тверже. — Я уехал, чтобы отомстить.
— Просто на тот момент никто не знал, как тебя остановить… — она сделала паузу, давая словам повиснуть в воздухе. — …после того, что случилось в твоем поместье, — она смотрела на него почти с сожалением. — Знаешь, почему ты все еще жив? Только потому, что на фронтах патовая ситуация.
Она неожиданно подалась вперед, наклонилась к нему.
— У тебя еще есть шанс… Верховный Магистр, — ее шепот был горячим, как огонь. — Вернись, преклони колени, проси милости Его Величества.
Вир медленно покачал головой.
— Нет. Я жив лишь потому, что все данные по проекту «Эребар» до сих пор здесь, — он указал пальцем на свой висок.
Марта так же медленно кивнула, признавая этот факт.
— Да. Никто не подозревал, но ты довел его до конца. И ярко продемонстрировал результаты. Эгрегор беса Войны… это впечатлило всех. Но у всего есть цена, Вир. Бес поработит тебя…
— Именно поэтому проект «Эребар» не должен был существовать изначально, — зло выпалил Вир. — Попытка контролировать Зерцало была ошибкой. Мы лишь открыли дверь в неизведанное. Заражение миазмами… связь с двойником… Все это — неизлечимая болезнь, при которой возможна лишь краткая ремиссия.
— Тебе грозит потеря идентичности. Верховные Магистры ждут твоей лояльности. Они могут помочь тебе…
— Внутренний Совет пусть катиться к черту со своей помощью! — резко оборвал он, и его голос, впервые за весь разговор, прозвучал с настоящей, неконтролируемой яростью. — Если бы они могли залезть ко мне в голову, они бы давно сделали это. Даже если бы пришлось вывернуть наизнанку мой череп.
— Не будь идиотом, Вир, — ее голос звучал вкрадчиво, почти по-матерински. — Ты был всего лишь первопроходцем. Ошибкой, бракованным клинком… но исследования продолжаются. Сейчас твои знания исключительны, но кто знает, что будет позже? Только представь, что будет, если кто-то в Кальфарии узнает, какими знаниями ты обладаешь.
— Ты лучше меня это знаешь, — холодно констатировал Вир.
— Знаю, — она не стала отводить взгляд. — Тебя сразу устранят.
— Ты сделаешь это?
— Не уверенна, что получится, — честно ответила она. — Но после меня придут другие… В любом случае, тебе не справиться в одиночку. Ты жив, пока представляешь ценность
