менее: с точки зрения язычества индивидуальное «я» есть только трусость и себялюбие, только заблуждение человека о самом себе. Разумеется, в античной культуре всегда существовал культ героя. Великие полководцы, политики, спортсмены, художники, ученые пользовались почетом и уважением. Однако важно понимать, что, во-первых, герой – это полубог, т. е. его особые способности есть только результат того, что он не совсем человек, а значит, никакой веры в силы отдельного человека тут нет. Во-вторых, герой – это возвращение Космоса к самому себе, т. е., по сути, отличие героев друг от друга есть только иллюзия, на самом деле все они есть одно и то же – Космос. А значит, никакой идеи индивидуальности в почете и уважении, которые оказываются герою, нет. Вновь повторим, что современному человеку это может показаться и странным, и невероятным, но для носителя языческой религии, берущей свое начало в первобытнообщинном строе, отдельного человека нет. Именно поэтому самым страшным наказанием в античности был
остракизм – изгнание из родного города. Оказавшись вне родной общины, язычник мог только медленно умирать.
В эпоху поздней античности, эллинизма, в результате изменения социально-экономических условий, в античном обществе появляется все больше и больше людей нового типа, живших вне общины и в общине не нуждавшихся. Традиционное язычество не могло объяснить появление этих людей, не могло оно также и дать что-либо этим людям. Поэтому, во-первых, начинается увлечение различными восточными культами: разочаровавшись в своих богах, люди пытаются найти утешение у чужих[7]. Во-вторых, попыталась среагировать на эту ситуацию и античная философия. В античной культуре философия (наука) и религия есть практически одно и то же. Появляется целый ряд новых школ: стоики, киники, эпикурейцы, которые обращаются к отдельному человеку. Однако, поскольку и восточные культы были все тем же язычеством, и новые философские школы сохраняли свою языческую природу, ничего принципиально нового все это дать не могло. Новым ответом на проблему отдельного человека смогло стать только христианство.
Исторически христианский монотеизм «вырастает» из иудаизма, однако необходимо подчеркнуть, что христианство есть качественно иная религия, по сравнению как с иудаизмом, так и с исламом, который (ислам), так же как христианство и иудаизм, базируется на Ветхом Завете. Дело тут в том, что и в иудаизме, и в исламе человеческая свобода оценивается только как произвол и каприз. Поэтому в иудаизме к спасению ведет только исполнение закона, в исламе – превращение себя в покорное орудие Бога в мире. Само слово «ислам» в переводе с арабского значит «покорность». Принципиальное отличие христианства от иудаизма и ислама состоит в том, что христианство взывает к свободе в человеке, стремится освободить человека. Собственно весь пафос Нового Завета именно в этом и заключается: Христос пришел, чтобы освободить человека и человечество. Конечно, христиане считают себя рабами Бога, но Бог тут понимается не как нечто внешнее, а как внутренняя суть, природа человека, человек создан «по образу и подобию Божьему». Поэтому рабство Богу, как понимает его христианство, есть только освобождение от греха, от произвола и своеволия, т. е. служение себе самому. Необходимо также отметить, что речь идет только о внутренней свободе, против рабовладения как социального и экономического института христианство не выступало.
Таким образом, христианство открывает человека ему самому. До этого, будучи язычником, человек на самого себя внимания не обращал, считая это слабостью и глупостью, сейчас он начинает всматриваться в свой внутренний мир. Особенно показательна в этом отношении «Исповедь» Августина Блаженного. Все античные биографии были, по сути, изложением только событий жизни человека. Собственно жизнью считалось только то, что происходит «вне» человека. Августин же, описывая свою жизнь, в первую очередь обращает внимание на жизнь души и сердца, на внутреннюю борьбу с самим собой. «Исповедь» – это рассказ о том, как Августин от язычества пришел к христианству. Перевод внимания на себя изменяет и отношение к Богу. До этого, в язычестве, молитва была только элементом магии и колдовства, т. е. попыткой «механического» воздействия на Бога, попыткой принудить бога совершить то, что нужно человеку. В христианстве молитва становится общением: просьбой и благодарностью. Человек пытается понять, чего он хочет на самом деле, чтобы просьба была искренней, и в случае исполнения желаемого он не платит, не возвращает долг, т. е. не действует по необходимости, а свободно выражает свою любовь к Богу, благодарит Его. Отношение между человеком и Богом есть идеал и образец взаимоотношений между людьми. Поэтому новый тип отношений – общение – начинает распространяться и в обществе. Принятие христианства приводит к облагораживанию отношений в обществе. Разумеется, любовь и общение появляются не с христианством, они присутствовали в жизни общества всегда. Однако до христианства они были лишь тем, «как получается», не имели для себя объяснения, по сути, были равны произволу и капризу, сейчас они становятся должным, и тем, чего хочет от человека Бог.
Этим объясняется и скорость, с которой распространялось христианство в античной цивилизации, и конечная его победа в 10–20-е гг. IV в. Константин Великий посредством ряда эдиктов (указов) делает христианство государственной религией Римской Империи. Задумаемся: эта религия появляется как религия рабов и бедняков, т. е. ни военной, ни экономической, ни силы образованности за христианством не стояло. А противостояла ему многотысячелетняя, самая высокоразвитая культура тогдашнего мира. Вся мощь Римской Империи первоначально была направлена против христианства. И хватило трех веков, исторически – это очень небольшой срок, чтобы эта религия, не имевшая никаких шансов на выживание (кого интересует, чем тешат себя рабы и бедняки?), стала государственной религией крупнейшего и мощнейшего государства тогдашнего мира.
Характерными чертами средневекового христианства являются: теоцентризм, креационизм, провиденциализм, ревеляционизм и персонализм. Разумеется, эти черты присутствовали в христианском сознании и далее, в Новое время, однако тогда их уже начинают понимать символически, аллегорически, метафорически и т. д. Средневековое христианство специфично тем, что в эту эпоху все эти вещи понимали буквально.
Теоцентризм. Название происходит от греческого слова «теус», т. е. Бог. Теоцентризм означает, что Бог понимается как источник всякого бытия. Он есть полнота бытия, всесовершенное бытие, предельные Истина, Благо и Красота, и поэтому Он дарует бытие всему, что есть. По этой же причине Он есть То, к чему стремятся все и всё. Он есть не только конечная Причина, но и конечная Цель. Будучи полнотой любви, Он не только любит всех, но и Сам является предметом любви всех. Вместе с тем, чтобы понять, что такое теоцентризм, необходимо учитывать также и принцип монотеизма (единобожия). Бог является источником бытия всего, что есть, но Сам Он находится вне всего. Это «вне всего» означает, что на Бога не распространяется даже понятие
