пылью зеркала, Эми на секунду вздрогнула, увидев периферийным зрением как, в нём на мгновение отразился силуэт знакомого ей шута. Вернувшись к зеркалу, девушка стёрла пыль с зеркальной глади. Из полученной пыльной прорехи, на девушку смотрело её отражение, но облачённое в мундир полиции отца.
Абсолютную давящую тишину, царившую в заброшенном зале, прервал пронзительный детский крик, донёсшийся из-за двойных створок единственного доступного выхода из зала. Вновь нащупав оружие, но уже на поясе, девушка выхватила его и, соблюдая, тактические приёмы штурма заняла позицию справа от входа.
Помещение вокруг девушки резко изменилось. Некогда заброшенный пыльный зал, сейчас сверкал роскошным убранством. Огромных размеров хрустальная люстра, заливала помещение ярким светом, который отражался от позолоченных перил лестничных балюстрад, раскинувшихся на большую часть зала.
– Полиция Лос-Анджелеса, – донёсся до боли родной голос из-за спины Эми, помешавший ей до конца изучить все изменения, произошедшие в помещении, – Мы входим.
С двух сторон от девушки появилась группа полицейских, в черной форме. Не мешкая, группа полицейских офицеров тактически построилась у входа. Самым первым у входа стоял высокий крупный мужчина, с нашивками сержанта, металлический бэйдж, на груди которого, гласил: «Д.Эванс».
Чувство тоски, словно острым ножом пронзило грудь девушки, медленно спускаясь томной болью в область живота. Увидев отца, девушка хотела было броситься к нему в объятия, но тот, словно не замечая порыва девушки, толкнул ручку двери, которая покорно открылась.
В следующем зале царил хаос. Разбросанная и местами побитая мебель, валялась по всему небольшому помещению, по периметру которого, потирая ушибленные места в полуприсядь сидели разные люди, в дорогих одеждах.
– Сержант? – снова донёсся знакомый голос Роуз Стюарт, что приняла Эми к себе, когда случилась трагедия с её отцом.
Эванс старший жестами указал на людей, лежащих у стен. Получив приказ, офицеры полиция, контролируя ситуацию своим оружием, синхронно подошли к лежащим людям, в дорогих одежда. Сам сержант, в сопровождении офицера Стюарт, уверенно подошёл к лежащему в центре зала мужчине в балахоне, который постепенно приходил в себя.
Войдя в помещение, Эми почувствовала, как жуткие кадры, наполненные страхом, всплывают в её голове ужасающими фантомами. Острая боль вновь пронзила грудь девушки, но уже самая что ни наесть настоящая, словно её проткнули ножом. Как в тот день, когда Капулиций похитил маленькую принцессу.
В середине зала, отец Эми, нанося удары кулаком, избивала мужчину в балахоне, после чего тот стал активно жестикулировать, указывая на, прикрытый фиолетовой тканью, проход. Бросив бедолагу лежать на полу, сержант, направив оружие, быстрым шагом отправился в сторону прохода. Потирая грудь от жгучей резкой боли, Эми отправилась следом.
Пройдя сквозь фиолетовую драпировку, украшенную резными ламбрекенами, два офицера полиции, оказались в просторном коридоре, который без дверей и поворотов, вёл в следующий зал, из которого доносилось яркое свечение.
Фантомная боль в груди девушки усиливалась, становясь всё невыносимее, но она продолжала идти вперёд, следуя за отцом и его напарницей, которые быстрым шагом шли по коридору, контролируя его своим оружием.
Свечение становилось всё ярче, начиная немного слепить приближающихся к нему офицеров. Наконец войдя в помещение, все трое оказались, словно в каком-то мыльном пузыре. Звук внутри слышался, словно из воды, а свет был не таким ярким как снаружи.
– Замри, Салленхарт, руки за голову, – крикнул старший Эванс, направив оружие на человека посередине комнаты, который склонился над телом, лежащей на полу девочки, принцессы Эмили Джессен.
– Как любопытно, – не поворачиваясь, ехидно подметил старик, словно узнав кого-то, – Кто же ты на этот раз?
Резко обернувшись, старик, на удивление ловко, прыгнул в другой конец зала, увеличив расстояние между ними. Как оказалось не зря, ведь именно в этот момент, Роуз Стюарт, бросила в место, где стоял Салленхарт, фиолетовые путы, которые некогда использовал Капулиций, чтобы связать принцессу. Не поймав цель, они тут же растворились в воздухе, не оставив и следа.
Увидев лежащую на полу девочку, под которой виднелась не дочерченная пентаграмма, Эми испытала знакомое чувство тревоги и обиды, которые она недавно испытала на турнире. На свежие воспоминания, вызывающие жалость и сочувствие к бедной, Эми Эванс, что появилась в новом, для неё мире, который пытался её сожрать, навалились новые воспоминания ощущений, маленькой принцессы, которую предали и похитили. Палитра эмоций от прогорклой горечи обиды и переживаний, смешанная со жгучей острой болью в груди, эмоционально уничтожала девушку, превращая каждое движение в испытание.
Подойдя к принцессе, Эми попыталась коснуться её, чтобы оттащить с пентаграммы, но пальцы проскользнули сквозь тело девочки, не позволив ей совершить задуманное.
Старик Салленхарт стал медленно приближаться, появляясь из тени. Решив, проучить негодяя, Эми сделала несколько решительных шагов, в его сторону.
– Ну что же вы, как чужие, разве твой подземный учитилешка не научил тебя манерам? – ненавистно стиснув зубы, выпалил Салленхарт.
Совершив резкий выпад он, пронёсся сквозь девушку, молниеносно сблизившись с офицерами. Невероятно быстрым и ловким движением старик выхватил их оружие и силой толкнул полицейских в разные стороны. Офицер Стюарт, с бешеной скоростью вылетела в коридор, покинув эту пространственную аномалию. Сержанту Эвансу, повезло меньше. Безвольно летящее тело мужчины стремительно направлялось в стену, где размещалась огромная голова рыбы-меч. Ещё мгновение и отец Эми напоролся бы на острие отточенного носа гигантской рыбины.
– Хватит, – не своим голосом выпалила Эми, опустив руки вниз и сжав кулаки.
Жгучая боль, в груди девушки, мгновенно прекратилась, излившись в новый поток неподконтрольной энергии, которая мощными силовыми волнами разлетелась внутри пузыря.
Старший Эванс, вопреки законам физики и гравитации, на мгновение замер в дюйме от тяжёлого ранения и с силой приземлился на пол, немного проломив деревянный пол. Старик Салленхарт отлетел в другую сторону, с силой врезавшись в стену на противоположной стороне помещения, а потом с не меньшей силой впечатавшись в пол.
Кряхтя и утирая разбитые части лица, оба мужчины практически одновременно поднялись.
– Почему ты вечно мешаешь мне? – заорал старик, впервые проявив нервные эмоции, – Почему ты не можешь просто сдох-ну-у-у-уть.
С гримасой ополоумевшего бешенства, старик протянул последний слог, едва ли не перейдя на волчий вой. Сержант Эванс, резко присев, выхватил маленький револьвер, закреплённый у него на лодыжке, и собирался направить его в сторону Салленхарта, но тот опередил его. С невероятной скоростью, старик вытянул руку, сжимающую отнятый пистолет. На пределе своей скорострельности, служебная полуавтоматическая Берета, отправил все восемь пуль в сторону сержанта полиции.
В этот момент время словно замедлилось, точно так, как в тот вечер на трассе во время грозы. Плавно колыхающаяся оболочка магического пузыря, сейчас замерла в статичной форме, а летящие пули, кучной кучкой замерли в воздухе на расстоянии шага от Эми.
– Я ….
Вновь раздался странный голос, но только в этот раз, слова принадлежали не Эми.
–
