— Это… Это просто нечто! — улыбаясь во весь ротик, восклицает она. И, прежде чем я успеваю сказать хоть слово, выдергивает трубочки, украшения, и залпом выпивает коктейль вместе с пенкой и пузырьками!
— Это! Было! Круто! — пищит она на весь зал. Как раз возникает момент, когда все переводят дух, а выступающая группа берет паузу в выступлении, готовясь вдарить следующий ритм. И крик Драники звучит на весь зал. Но ее уже ничего не смущает.
— Еще! — поднимая пустой бокал, орет мышка. Гости поддерживают ее нестройными выкриками, а группа вжаривает что-то неразборчивое, но бодрое, в ритме «Канкан», только на синтезаторе с добавлением электронки и голосовых выкриков солиста. Тут же на сцену взлетаю приглашенные девушки-танцорши с длинных-предлинных юбках… и практически полупрозрачных топиках, выглядящие одновременно прилично и шлюхасто. Такой вот диссонанс. Артистки принимаются довольно прилично плясать, синхронно задирая ножки под музыку. Можно даже рассмотреть черные трусики в определенные моменты… Но никакой пошлости. Тем временем, мышке доставляют вторую порцию «секса», которую та опустошает едва ли не быстрее, чем предыдущий.
— Милая, ты в порядке? — беспокоясь за ее самочувствие, спрашиваю мышку. Ее глаза краснее, чем обычно, а сама она смотрит на меня со странным выражением хищницы. Уши напряжены.
— Я-то? — заплетающимся языком отвечает Драника. — О! Я никогда не чувствовала себя лучше! Эта огненная вода так приятно греет меня изнутри! У м-моего папаши в замке тоже было домашнее вино… Но оно была таким дрянным и кислым, отдавало гнилыми овощами… Поэтому я почти никогда не пила его. А этот… как она сказала? Кок-тейль — просто нектар богов!
— Ага, — пробормотал я, отвлекаясь на сцену. — Нектар богов…
Девчонки в длинных юбках, оттарабанили канкан, состригли с гостей купюры и сбежали со сцены, уступив подиум разодетой, или, точнее, полураздетой фигуристой певичке, принявшейся дальше заводить публику зажигательными мелодиями. Переведя взгляд на довольную мышку, вижу, что перед ней стоит уже новый, третий бокал, который она, уже не торопясь, сосет через трубочку, наслаждаясь каждым глотком. Девушка на сцене привлекает внимание не только отличной фигурой, но и неплохим пением. Однако, Драника почему-то морщится.
— Щаз спою!
Говорит она, отставляя в сторону недопитый бокал и выскакивает из-за стола прежде, чем я успел бы ее остановить. Впрочем, я даже не пытался. Зачем? Пусть девочка перебесится. Здесь, как я уже выяснил, ей никто не угрожает. Безбашенной молодежи среди гостей почти нет, а люди постарше уже наклюкались до такой степени, что или ползают по танцполу, или догоняются за столами. Сама именинница давно смоталась с ровесниками в другой клуб, оставив родителей за столом.
Мышка нетвердыми шагами, виляя задницей и взмахивая руками, упрямо шагает к подиуму. В какой-то момент охрана музыкантов преграждает ей путь, но та просто… перепархивает их, на пару секунд раскрыв крылья, благо места в зале хоть отбавляй. На мгновение гости, которые еще немного соображают, ахают от страха. Громадная тень крыльев закрывает почти все освещение, внушая и заставляя сердца трепетать… Но уже в следующую секунду, Драника приземляется на сцене, складывая крылья и возвращая свет.
— Можно? — говорит она, требовательно протягивая руку за микрофоном. Ошарашенная певичка тянет ей гаджет, руководствуясь скорее инстинктами, нежели здравым смыслом. Мышка благодарно кивает и двигается к середине подиума, слегка пошатываясь, но, в принципе, держась вполне неплохо.
— Хочу спеть! — говорит она и тут же без перехода набирает в грудь побольше воздуха. Затем она начинает петь…
Не могу сказать, что она «поразила всех присутствующих до глубины души», не голос и чувство такта у девушки, несомненно, имелись. Группа музыкантов быстро подхватила напев, принявшись подыгрывать ей. Драника пыталась изобразить отрывок из арии инопланетянки, показанной в фильме «Пятый элемент». Надо сказать, у нее довольно неплохо получалось, правда высокие ноты она брала еще выше, чем было нужно. Аж стекла дребезжали и хрустальные вазы с бокалами на столах! А когда начался финальный, бойкий «припев» с повторяющимся: «А-а-а-а-а-а!» так на ближайших к сцене столах полопалась вся тонкостенная посуда, залив шампанским и соками неосторожных гостей. Но никто не обиделся. Напротив, по окончании Дранику удостоили бурными аплодисментами. Она еще пару раз спела то, что помнила из «Найтвиш», а потом…
— Буэ-э-э-э! Ох, бл*!
— Терпи! Ты все?
— Я… ох… да, наверное, все. Сейчас пойдем и дальше будем… БУЭ-Э-Э!
— Ага, обязательно пойдем!
— Вот че ты начинаешь? Я в пор… Буэ-э-э-э…
Мы стоим над унитазом в женском туалете. Вокруг нас крутятся сочувствующие официантки, но помочь страдающей мышке никак не могут. Я слегка поддерживаю девушку, хотя помощник из меня хреновый. Но Ника меня не пускает, боясь оказаться в окружении полузнакомых личностей, хоть и выражающих сострадание. Приходится задержаться до тех пор, пока она полностью не очистит исстрадавшийся желудок. Конечно, сколько алкашки успело всосаться в кровь при ее бешеной физиологии, лучше не думать. В конце концов, она заканчивает молиться белому другу, встает с колен и начинает мыться. Поймав в отражении ее умоляющий взгляд, показываю на дверь.
— Я стою сразу за ней. А ты — приведи себя в порядок! Запасная одежда рядом с тобой в пакете!
Хорошо, что я предусмотрительно взял сменку: футболку и шортики, которые Драника сама выбирала в магазине. Пусть простенько, зато лучше, чем испачканное в чем-то подозрительно желтом платье. Его можно постирать, а вот ходить в чистом все же лучше.
Минут через десять Драника почти трезвая выходит наружув сменной одежде, таща пакет с испачканной. Расплатившись за коктейли, текилу, абсент, коньяк и что-то еще из алкоголя, который успела влить в себя мышка, мы выходим на улицу. Любой человек от такой ударной дозы давно бы хрюкал под столом в полном неадеквате, а Ника даже умудряется стоять на ногах! От свежего воздуха ей становится ощутимо легче, она даже пытается расправить крылья… Чтобы шлепнуться на задницу перед самым входом в ресторан! Хорошо, что никого рядом не было. Я напряженно размышляю над проблемой доставки. Не стоит даже думать о поездке на мотоцикле. Похоже, придется оставить его здесь под присмотром кентавра, а нам заказать такси. Вот только куда бы поехать? Мышке будет скучно, если сейчас вернуть ее домой. Взбудораженная непомерным количеством алкоголя, она сейчас находится в той стадии опьянения, когда тело само требует танцев и действий. Пожалуй, лучше податься на набережную. Там сейчас как раз должно быть мало людей.
В такси девушка, к моем удивлению, вела себя прилично, лишь пытаясь придвинуться ко мне поближе. Я даже заметил на ее лице легкую тень разочарования, когда поездка завершилась. Но она сразу же сменилась ликованием, когда Ника увидела море…
— Ого-го! И-и-и-и-и! — завизжала она, на бегу сбрасывая туфли и прыгая по мелководью, как маленькая девочка. — Сколько воды! Сколько воды-ы-ы-ы!
— Ты никогда не видела моря? — удивленно спрашиваю ее.
— Нет, что ты⁈ Мой замок стоял в горах, откуда до ближайшего моря было месяц пешего ходу или две недели на повозках! Все, что я видела — озеро в лесу моего поместья. Но они никак не сравнится с мо-орем!
Она вдруг воровато оглядывается по сторонам. Вокруг нас никого нет — я специально привел ее на один из тех труднодоступных пляжей, куда и днем-то особо нет желающих прийти искупаться: мелкая галька вместо песка, в воде полно валунов, а зазевавшихся пловцов волны легко могут ударить о камни. К тому же нормальной лестницы к этому пляжу нет, лишь тропинка. Оглядевшись, Драника вдруг поворачивается ко мне спиной… и стягивает с себя сначала футболку, а потом и шортики! Фонарей поблизости нет, но благодаря лунному свету мне удается разглядеть все до самых мелочей! Ладно, не до самых. На игривой мышке остаются черные трусики, а вот под футболкой не было ничего… Мне даже видны края ее полушарий, выпирающих с обоих боков. А смотреть на ее подтянутую упругую попку — одно удовольствие. В штанах сразу становится тесно — мой организм чутко реагирует на смену вида и побуждает к новым действиям.
