не два в своей жизни думал о том, что блюсти полностью праведный образ жизни было невозможно. Сознательно или нет, но все люди грешили. Даже те, кто уходил в монастыри и вел затворнический образ жизни. Ведь было что-то эгоистичное в желании отречься от мира, чтобы спасти свою душу. При желании грех можно было найти везде. То ли дело добродетель. Чтобы ее отыскать, нужно было приложить немало усилий. Особенно в мире третьего тысячелетия, где люди потеряли надобность работать и переложили большую часть своих обязанностей на роботизированные автономные устройства, а сами проводили время, предаваясь всевозможным утехам во всевозможных формах. Активно развивающиеся технологии они использовали не во благо мира, а в ублажение самих себя. Так что, если верить религии, о рае можно было сразу же забыть и не вспоминать. И людей это нисколько не беспокоило.
Рай создавался для мучеников, для тех, кто прожил жизнь в страданиях, он становился для них вознаграждением за все те лишения, что они претерпели. Для тех же, кто в жизни особо и не напрягался, рай перестал быть желанной точкой в конце долгого путешествия. Люди думали не о рае, а о том, как бы подольше отсрочить свой уход в небытие. Смерть пугала людей тишиной, пустотой и полным отсутствием развлечений, что были у них при жизни. Они и жизнь свою без всего этого не могли представить, не говоря уже о смерти.
Итак, почти каждый человек на земле в той или иной форме смог прикоснуться к раю еще при жизни. Означало ли это наступление тотального равенства в обществе? Конечно, нет! Различия между богатыми и бедными прослеживались во всем, начиная от уровня детализации и насыщенности ощущений в виртуальных вселенных, заканчивая уровнем медицинского обслуживания. Если простые люди могли лишь мечтать о том, чтобы дольше ходить по земле, то богатые люди получили доступ к технологиям по продлению жизни. Биомолекулярная косметология позволила женам зажиточных бизнесменов оставаться красивыми и молодыми долгие десятилетия. Это было отнюдь не дешевое удовольствие, однако и оно было далеко до совершенства. Процедура была исключительно косметологической и не затрагивала внутренние органы, которые продолжали стареть. К истинному бессмертию получили доступ лишь самые богатые и влиятельные люди на планете и то не сразу. Технология клеточной реновации появилась лишь под конец двадцать третьего века. Компания, что ее изобрела, мелочиться не стала и выставила на первый работающий экземпляр нескромную цену в 3 триллиона долларов. Даже в первой сотне богатейших людей мира не каждый мог себе позволить такое приобретение. Те же избранные, кому технология бессмертия оказалась по карману, быстро выкупили действующие модели и наложили запрет на их дальнейшее производство и распространение. Бессмертие стало исключительной привилегией высшего общества.
На что же они планировали тратить появившийся избыток свободного времени? На то же, на что и все остальные — на быструю любовь, перенасыщенные чувственные удовольствия, разнообразный виртуальный и реальный опыт, на жизнь полную красок, радости и синтетического счастья. Разница была лишь во времени. Богатые купили его себе с избытком.
Если же подумать об этом глубже, получилось так, что весь мир предавался развлечениям и утехам и в большинстве своем ничего не производил и не совершал никакой полезной работы. Разве не этого, по мнению христианской церкви, добивался дьявол-искуситель? Быть может, ад и рай уже давным-давно поменялись местами, а этого никто так и не заметил.
Чжан Вей, будучи человеком старой закалки был противником всего виртуального и предпочитал проводить время в реальной действительности. В сущности, реальная жизнь от виртуальной для него ничем не отличалась. В реальности он тоже мог позволить себе все на свете, начиная от путешествий и интересных знакомств, заканчивая лучшими произведениями кулинарного искусства. Реальность была для него не меньшим праздником, чем виртуальность. И выбирая между настоящим и искусственным, он отдавал предпочтение первому. Кроме того, он не привык много времени тратить на отдых и развлечения. В этом он видел удел безвольных людей, не имевших ни цели, ни смысла в своем существовании. Поэтому он продолжал трудиться над собой и над миром вокруг себя, пытаясь сделать его чуточку лучше. И даже, когда этого мира не стало, мысль о том, что он не может только и делать, что отдыхать и развлекаться, не давала ему покоя. Поэтому он то и дело покидал Тэнси и Юн Мэй в нейровселенной и выбирался в реальность, делал глубокий вдох, с печалью смотрел на затянутую в серую пленку планету и пытался быть полезным хотя бы для себя самого.
В одну из таких вылазок в реальность он зашел в кабину управления и заметил принятый сигнал на пульте управления. Иконка входящего сообщения мигала и с постоянной периодичностью ударяла по его глазам. Как такое было возможно? Все способные отправить сигнал существа уже давно должны были погибнуть. Неужели кто-то остался в живых? Он в мгновенье ока оказался возле пульта и открыл сообщение:
— 34.255662, 173.552024, 17:00 GMT
Две первые последовательности цифр, вероятно, обозначали координаты. А последняя что? Время по Гринвичу?
Чжан Вей посмотрел на часы, было 16:46, нужно было поспешить. Он ввел в бортовой компьютер полученные координаты, вычислил маршрут и, не сходя с геостационарной орбиты, отправился на точку. В космосе красный дракон без какого-либо труда набрал скорость в 50000 километров в час. Через 2 минуты Чжан Вей уже был на месте и смотрел вниз на темно-серую атмосферу планеты. Судя по карте, он находился прямо над центром тихого океана, где не было ни клочка земли на многие сотни километров вокруг. Чего ему было ожидать, и что должно было произойти в 17:00 он не имел ни малейшего понятия. Все это казалось ему какой-то глупой шуткой. Он принялся ждать, внимательно вглядываясь в вихрящиеся облака — ад действительно существовал, причем не под землей, а прямо на поверхности, люди сотворили его собственными руками.
В 17:00 никаких изменений в происходящем на поверхности планеты не наблюдалась. На что он вообще надеялся, когда решил последовать по координатам из сообщения не понятно кем и когда отправленного?
Внезапно он увидел ослепительно яркую точку, она светила пронзительным белым светом сквозь плотные облака и постепенно становилась ярче и больше. Темные облака вокруг точки бледнели и расползались во все стороны. Через несколько секунд облака в центре словно испарились в одно мгновение, а сквозь них в космос пробился яркий лазерный луч. Он
