этой тайной. И оба долго и бесполезно думали, но ни до чего не додумались.
— Во всяком случае, стоит быть начеку, — предложил товарищ по имени Боца. У него ещё в посёлке Тимофей учился осваивать местный лук. — Может, кормщику сказать? Он вроде бы предан хозяину.
— Они все преданы, — буркнул Тимофей. — Да большие деньги всё это псу под хвост выбросят. Стоит лишь звякнуть большой суммой. Так-то, друг Боца. Повременим. Я сам понаблюдаю. Да и ты глаза не закрывай. А тот, что с приказчиком договаривался, ваших кровей будет?
— Вряд ли. Говорил плоховато. Потому я не всё расслышал и понял. Как ты, например. Попробуй тебя пойми, когда ты ещё тихо говоришь?
— Твоя правда, — согласился Тимофей. — Жаль, что так получилось. Ты хоть запомнил его? Что за человек?
— Может быть, и узнаю при встрече. Может, и нет. Кто его знает…
— Ничего, — вздохнул Тимофей. — Надо бы проследить его при выходе в город. Опиши мне того человека. Вдруг удастся узнать.
Боца задумался и заметил решительно:
— Нос большой и горбатый! Хотя тут таких носов хватает. Ага, волосы колечками у него вьются. Такими большими. И торчат на висках в стороны. Это мне сразу бросилось в глаза, и ты запомни. И серьга в правом ухе, как у нас, — и тронул у себя серебряную серьгу. — Только у него серьга золотая. Тоже примета. Усы, борода короткая. Что ещё? Глаза слегка навыкате. И ростом высок. Выше нас значительно. Вот и всё, вроде бы. Одет, как всё местные купцы. Бедным не кажется.
— Раз за такие дела берётся, то о бедности говорить глупо. Ладно, поглядим…
Тимофей долго соображал и ничего путного, кроме слежки придумать не смог. И на этом остановился. В конце концов, он защищает и себя, своё достояние. Дочь в скором времени станет членом семьи этих богачей. Стало быть, часть и ему достанется. А за это не грех и побороться. Да ещё и доверие получить очень важно!
Судёнышко с трудом пробивалось претив почти встречного ветра. Гребцы трудились без отдыха. А с наступлением темноты приказчик распорядился зайти в неглубокую бухту.
— Отстоимся здесь, ребята, — объявил он и добавил: — Трудились вы отменно и заработали бочонок винца! Выкатывай! — обернулся он назад. — Пейте осторожно. Завтра трудный день нас всех ждёт.
Кормщик хотел возразить, но приказчик махнул рукой, дескать, всё в порядке. Боца переглянулся с Тимофеем и проговорил тихо:
— Вот и началось, Темян. Я бы хотел предупредить кормщика. Тот, судя по всему, ничего не знает. Ты начальник, тебе и говорить с ним.
— Хорошо. А ты предупреди наших, и ещё кого сумеешь.
— Ты что несёшь? — удивился кормщик, а Тимошка заговорщицки приложил палец к губам, ответил тише:
— Ты слушай и мотай на ус. Есть опасение, что ночью нас будут грабить, и приказчик в этом деле с головой. Ты понял? Пить не следует. Делай только вид. И посматривай в оба. Ты отвечаешь за судно. А с чего бы мы шли даже в темноте? Прикинь и сам поймёшь. Я сказал, а ты выполняй. Если есть надёжные парни, то проси или прикажи им не пить. Как я тебе.
Кормщик не ответил, однако слова Тимофея зародили сомнения и подозрения. А это уже что-то. А на палубе царило веселье. Матросы черпали кружками вино и с наслаждением заливали им глотки. К тому же даже ночь не очень-то охладила море.
— Темян, гляди, уже начали засыпать. Что-то рано. Может, и нам начать, а?
— Дело говоришь. Иди, скажи нашим. И ребят предупреди. Пусть долго не держатся на ногах. А я за приказчиком посмотрю.
Уже половина команды спала, кто где свалился. Остальные орали песни и тоже едва ворочали языками. Кормщик и сам уже сообразил, что происходит что-то не то. Сидел на бухте каната и клонил голову. Изредка поднимал её и вроде бы оглядывал судно. Всего три или четыре тени ещё шатались по палубе, бормоча себе под нос разную чепуху.
Лёжа на палубе, Тимофей видел силуэт приказчика. Тот тушил фонари и оглядывал спящих. Подошёл и к Тимке. Даже наклонился к нему. Тот слегка похрапывал. Но все его воины лежали на оружии, прикрывая его телами.
Наконец стало всё ясно и понятно. Приказчик одним фонарём помахал из стороны в сторону. Видимо призывал сообщников. Значит, скоро к ним подойдёт судно, и тогда всё и начнётся. Тимофей поправился и вытащил подальше лук.
Не прошло и получаса, как послышался плеск весел. Боца приподнял голову и, бормоча что-то, осмотрелся. Подражая пьяному бормотанию, всё же сказал:
— Подходит. Небольшая лодка. Справимся!
Скоро приказчик и один из его помощников приняли канат, и судёнышки мягко стукнулись бортами. Послышались тихие голоса, и человек пять взобрались на борт. Голоса звучали тихо, и разобрать слова охране не удавалось. Но и без них стало ясно, что начинается перегрузка товара. Мешки складывали у борта, торопливо шлёпая босыми ногами по доскам палубы. Снизу уже тянулись руки принимать груз. Тимофей со своими воинами тихо поднялись. Боца крикнул зычно:
— Всем стоять на месте! Стреляем без предупреждения! Кормщик, где твои люди?
Кормщик и два матроса вышли на свет фонарей, в их руках блеснули клинки сабель.
С соседнего судна кто-то крикнул:
— Отваливай, ребята! — Это многие поняли, а Тимофей ответил громко:
— Держи их баграми! Крепче! — и пустил стрелу в человека, похожего на начальника. Он распоряжался и отдавал приказы. У Тимофея уже не было времени определить, попал ли в цель. Его люди и двое из «спящих» бросились к борту с баграми. Один из охранников тоже пустил стрелу и попал в кого-то. Вопли и проклятья слышались с обеих сторон. Где-то звякнула сабля. И громкий голос:
— Хватит! Мы сдаёмся! Пощады!
— Хватай приказчика! — услышал Тимофей голос Боци. — Ищите предателя! Его людей сюда! Торопись!
Кормщик послал троих вооружённых матросов на чужой баркас, и те быстро связали оставшихся на палубе. Всего-то их было семь человек. Двое оказались ранены, а один с перепугу бросился в воду и уплыл в темноту.
Зажгли ещё два фонаря. Стало чуть светлее, и Тимофей узнал по описанию сообщника приказчика. Его ранило в живот. И сейчас тот корчился от боли, боясь тронуть торчащую стрелу.
— Нашли приказчика? — спросил Тимофей, оглядывая людей. — Ищите, а то этот придурок ещё пожар устроит на судне. Поторопитесь!
Приказчика нашли на другом судёнышке. Тот забился среди мешков и корзин, но его всё-таки вытащили на свет.
— Кормщик, займись им, — кивнут Тимофей на приказчика. — Пусть всё поведает команде, а мы осмотрим другое судно. Что там
