Читаем без скачивания Всё равно люблю - Лика П.

– Хорошо, – в её взгляде появилась неподдельная грусть, которую не смог проигнорировать.

– Кать, – она оглянулась, вопросительно глядя на меня.

– Я скоро.

– Хорошо, – мягко улыбнулась и ушла.

– Говори, – переключился на Андрея.

– Нашли мымру.

– И где?

– В Подмосковье занесло.

– Хм, – усмехнулся я. – Что там у неё, родственники?

– Мимо. Дом она там купила, пару лет назад.

– Когда успела?

– Не знаю, здесь тебе вспоминать надо.

– Погоди… кажется, весной, она просила у меня недельный отгул.

– Ну, видимо, так и есть.

– Хм, – вновь усмехнулся. – А говорила некуда идти, вот же… Надеюсь, ты привёз её?

– Конечно привёз.

– И где она?

– На складах.

– Где? – возмутился я.

– А что? – Сизый недоумённо пожал плечами.

– Куда её надо было? Пусть посидит, что ей станется.

– Пожалуй, ты прав, и думаю, оставь-ка её там, до завтра. Только покорми.

– С чего вдруг такая щедрость?

– Андрей, – посмотрел на него взглядом не терпящий возражений.

– Как скажешь, Хас, не понимаю только, мы с пацанами столько всего нашли после её увольнения, и как она горничных обманывала и не только.

– Это упущение охраны. Замену не нашёл начальнику охраны?

– В поиске. Ускорь его, я не смогу уезжать, оставив свою женщину, имея сомнения в своём начальнике охраны.

– Хас, ты сам знаешь, не так-то просто, найти достойного спеца.

– Знаю, ладно я сам займусь его поисками.

– Уверен?

– Да, уверен. Всё давай, свободен, и не забудь покормить эту… чёртову экономку.

– Да покормлю-покормлю. С чего ей только такие поблажки?

– Какие ещё поблажки? Ты просто никогда не голодал, не знаешь, каково это. Я же не собираюсь её истязать. Наказать накажу, а в остальном я с женщинами не воюю. Иди давай утомил.

– Да ухожу уже.

– Погоди-ка. Где твоя московская экономка, которую я проверял, начиная чуть ли не со школьной скамьи?

– Виктория, поздно вечером будет.

– Ладно, – махнул рукой. – Иди…

Глава 48. Хасан

– Иди сюда, – позвал её, оторвавшись от разогретого тела Кати, встал с постели, предложив ей свою ладонь.

– Что? – глубоко дыша, она спросила меня, сев в кровати, уперевшись ладонями в простыни, переводя свой взгляд с моего лица на член, в полной боевой готовности.

– Иди ко мне, – сказал, глядя, на красивое, обнажённое тело. Приглушённый свет, играл мягкими тенями на её груди, спускаясь ниже к бёдрам. Коса растрепалась, на сосках остались красные следы от моих грубых ласк. Полный похоти взгляд, всё равно её делал самой чистой женщиной для меня. Очуметь, какая страсть кипит в ней, всё, что я не даю она принимает с большой охотой.

– На пол? – облизнув пересохшие губы, недоумённо поинтересовалась у меня.

– Ну, можно и на пол. Если силы останутся, а пока, дай мне свою ладонь. Тебе очень к лицу алые щёчки, особенно, когда ты обнажена, – сказал я, когда, поймал протягивающие пальчики своей рукой.

– Хасан…

– Что, всё ещё смущаю? – мои уголки у рта, дёрнулись вверх. – Я вижу тебя, Катя, – сомкнув на её нежном горле свои пальцы, не сильно, но она чувствует, и птичке нравится. – В тебе живёт демон и ангел, они дружат между собой, лично для меня – взрывоопасная смесь, – тихо сказал ей в губы, которые хочется кусать бесконечно.

– Это как? – спросила, стоя на цыпочках и ловя воздух ртом. Чуть расслабив на шее пальцы, продолжил: – У тебя внешность ангела, но с каждым разом, трахая тебя, я пробуждаю твою тёмную сторону, у каждого она есть, – и не дав ей больше возможности шевелить губами, вгрызся в них, одичалой страстью, глотая вырвавшийся стон её вожделения…

– Постой пока здесь, – сказал, оторвавшись от сочных губ, повернулся и пошёл в глубь комнаты. Последовал, разочарованный выдох Кати, а затем и мучительный стон. Она прожигала меня взглядом, я усмехнулся, от такой реакции на моё тело, не буду скромен, скажу, что знаю все свои достоинства, и какой интерес проявляю у женской половины, но такой реакции, что-то не припомню. Взяв в руки кресло с высокой спинкой, вынес его на середину спальни, повернул нужным мне ракурсом.

– Подойди, – обратился к Кате. Она, бесстыдно пялилась на мой твёрдый, покачивающийся член, походкой соблазнительницы, исполняла мою просьбу, шла ко мне так, как ей диктовало её возбуждённое тело. – Ты очень красивая, – прокомментировал, грациозный вид маленькой и женственной птички. – Я бы попросил тебя распустить твои длинные волосы, чтобы посмотреть, как они ласкают твою нежную кожу при движении, но они нам будут, только мешать, поэтому не сегодня, – глядя на её обескураженный вид, произнёс. – Вижу, я смог тебя удивить.

– Нет, немного не так. Такой грозный Хасан, мой – Хасан, и вдруг я слышу сот тебя слова, практически в стихотворной форме. Это… эм… неожиданно.

– Ты, как всегда, умеешь найти нужное время, когда мой член раскалён до предела и жаждет твоей ласки. И всё же отвечу тебе, так как ты меня, никто не будет знать, потому что, ты мой дом! – секунд пять мы смотрели друг на друга, а затем, она тихо сказала:

– Какое ёмкое предложение, в котором открывается весь спектр отношений и значений: «Ты мой дом!».

– Именно, – резким движением подхватываю обнажённое тело птички на руки, не дав опомниться, от чего она вскрикнула, заложив мои барабанные перепонки. – Ты слишком болтлива, женщина! – сказал в шутку, и Катя, заливисто засмеялась, но её веселье тут же оборвалось, когда я перекинул птичку через спинку кресла животом и головой вниз на сиденье.

– Что такое, испугалась?

– Да… – я встал рядом, и её голова оказалась на уровне моего члена. Катя посмотрела на раскрытую головку, подняла на меня глаза и вернула их обратно к члену, высунув язычок, неуверенным движением слизала выступившую капельку предсемени с розовой головки, и спрятала проворный язычок за жемчужными зубками.

– План был другой, но мне нравится ход твоих мыслей и действий тоже, – на выдохе сказал я. – Продолжай. – птичка взяла смело головку в рот посасывая её, – мне мало этого так мало… сомкнул пальцы на её волосах натянув кожу голову, и с рыком всадил член до основания, уперевшись в стенку нежного горла, Катя закашлялась, в протестном жесте вонзила свои острые коготки мне в напряжённые ягодицы.

– Блядь! – опомнившись, я тут же вышел.

– Прости, девочка, прости, – притянув её лицо к своему. – Я совершенно перестаю себя контролировать рядом с тобой, – говорю ей в губы, вытирая выступившие слёзы, вызванные от насилия.

– Всё нормально. Просто не ожидала такого напора. Я хочу сделать так, как тебе больше нравится.

– Мне и так нравится, забылся, извини.

– Нет-нет, Хасан… я ведь понимаю, чувствую. Я сама хочу!

– Позже попробуем, – был мой ответ.

– Ну ладно, – поджав