Слова Розанны возымели должное действие. Ребекка распрямила спину и, с благодарностью взглянув на подругу, принялась разыскивать ленты, чтобы украсить волосы.
Гордая улыбка осветила лицо Рэвенспера, когда его красавица жена царственно вплыла в большой зал. Тристан, приоткрыв от удивления рот, смотрел на свою Ребекку, которая с победной улыбкой на губах уверенно выступала рядом с Розанной. Он успел уже позабыть, как она красива. В памяти его возникла их первая встреча. С того времени прошло уже пять лет. Но теперь, глядя на жену, он почувствовал, что их словно бы и не было.
На плече Ричарда, облаченного в черный бархатный камзол и белоснежные панталоны, красовался герб Глостера — белый вепрь. Юноша очаровал всех своей любезностью и изысканнейшими манерами. Он поцеловал руку Розанны, придвинул ей стул и похвалил ее наряд, затем проделал то же самое и в отношении зардевшейся от удовольствия Ребекки.
Ричард как почетный гость занимал место между Рэвенспером и молодой хозяйкой замка. Ребекка сидела по другую сторону от Розанны, Тристан — рядом с женой.
Розанна втянула Ричарда в оживленную беседу, умело вызывая на реплики робкую невестку. Все вышло так, как она планировала: от первой до последней перемены они трое непринужденно болтали и весело смеялись. Это не мешало ей, однако, бдительно следить за тем, что ела и пила нарушившая свой добровольный пост Ребекка. Розанна знала, что той нельзя после изнурительного воздержания сразу набрасываться на плотную, тяжелую пищу. Она стала расспрашивать Ричарда о Лондоне, о придворной жизни в Вестминстере, о последних веяниях моды.
Ричард, не перставая смеяться, проговорил:
— Я догадываюсь, что мои белые шелковые панталоны шокировали кое-кого из собравшихся здесь. Но поверьте, при дворе они выглядели бы весьма консервативным одеянием! Там теперь принято носить разноцветные! Служители церкви ополчились против фасонов, которые нынче начали входить в моду. И они, пожалуй, правы! Ведь год от года камзолы становятся все короче, а панталоны и рейтузы — все уже и теснее! Нам, молодым, не приходится печалиться по этому поводу, но что же делать старикам! Многие из них выглядят в подобных одеяниях ну просто как карикатуры на самих себя!
— Да, таким, как Рэвенспер, приходится, должно быть, нелегко! — вздохнула Розанна, подмигивая Ричарду.
— О, как вы несправедливы к нему! — возразил тот, но, не удержавшись, прыснул со смеху.
Роджер и Тристан чувствовали себя обойденными вниманием. Несколько раз за вечер они обменялись взглядами, в которых сквозили недоумение и легкая досада.
— Не могли бы вы погостить у нас несколько дней, ваше высочество? — спросила Розанна.
— К моему большому сожалению, нет! На рассвете я должен покинуть ваш замок!
— Тогда нам следует позвать музыкантов, чтобы танцами и пением развеять грусть предстоящей разлуки! — Повернувшись к Ребекке, она с тревогой спросила: — Ты хорошо себя чувствуешь?
Ребекка улыбнулась и кивнула головой.
— Пообещай, что не уйдешь, пока не станцуешь с Ричардом хотя бы один танец!
— Я не отказала бы в этом и Тристану! — заговорщически прошептала Ребекка. — Если бы он как следует попросил меня об этом. Знаешь, он украдкой пожал мне руку под столом, чтобы я хоть немного поговорила и с ним тоже!
— Чудесно! — ответила Розанна. «Ах, — подумала она. — Если бы мне удавалось управлять своей собственной судьбой с такой же легкостью, с какой я решаю проблемы других!»
Она искоса взглянула на Рэвенспера. Тот вскинул голову и, улыбнувшись жене, подмигнул ей со столь понимающим видом, что Розанна вспыхнула и отвернулась.
— Ваше высочество, я так надеюсь, что вы пригласите меня на первый танец! — сказала она принцу.
— Прошу вас, зовите меня Ричардом! Я так хотел бы, чтобы мы с вами стали друзьями! — Они вышли на середину зала. Танцуя, Ричард продолжал рассказывать ей о придворных нравах и обычаях. Он говорил лишь о тех людях, к кому питал искреннюю симпатию, избегая упоминаний о своих недругах, чтобы не чернить никого в глазах неискушенной Розанны. — И обязательно взгляните на Темзу, когда будете в Лондоне, — посоветовал ей он. — В течении этой реки есть нечто завораживающее! Фонари, горящие ночью на Лондонском мосту, отражаются в стремительных водах. Это так красиво! Но не забудьте прихватить с собой нюхательные соли: вода в нашей реке, признаться, отдает гнильцой!
— Насколько мне известно, все реки смердят! — ответила Розанна, внимательно взглянув ему в лицо.
Ричард согнулся пополам от смеха. Вот уж из чьих уст он не ожидал услышать эту остроту о родне королевы!
Поняв, что баронесса Рэвенспер гораздо лучше осведомлена о жизни двора, чем он полагал, Ричард со вздохом посетовал:
— Хотя я очень люблю своего старшего брата, королева и ее родня ненавистны мне. Это осложняет наши с Недом отношения!
— Но чем вызвана ваша неприязнь к ее величеству? — полюбопытствовала Розанна.
Ричард пожал плечами и простодушно ответил:
— Знаете, я терпеть не могу, когда она начинает настаивать, чтобы я преклонял перед ней колено и целовал ее руку! А мне, я уверен, сделалось бы дурно, коснись я губами ее кожи! Она — мерзейшее на земле создание, уверяю вас!
— Знаете, — задумчиво произнесла Розанна. — Я еще ни от кого не слыхала ни единого доброго слова о нашей королеве. — Она вспомнила, что даже Эдуард предостерегал ее от своей супруги и всего клана Вудвиллов.
Музыканты играли без устали. Розанна с радостью наблюдала за Ребеккой. Партнерами ее были и Ричард, и Роджер. Тристан пригласил жену на веселый гальярд, танец, в котором мужчины должны были поднимать своих партнерш, выставляя на всеобщее обозрение их лодыжки и подолы нижних юбок.
Рэвенспер уверенно взял Розанну за руку.
— Я хочу передохнуть, милорд! — взмолилась она.
— Ну уж нет! — воскликнул он. — Вы весь вечер намеренно игнорировали меня! Да будет вам известно, что подобные выходки не остаются безнаказанными! — И он усмехнулся своей шутке.
Стоило им начать танец, как сильные руки Роджера подбросили девушку высоко в воздух. Он удерживал ее не меньше тридцати секунд. Музыканты ускорили темп, и танцоры принялись весело отбивать такт каблуками своих башмаков. В следующий раз Рэвенспер поднял жену еще выше и продержал в воздухе даже дольше, чем вначале.
— Рэвенспер, перестаньте! — смеясь, попросила она.
В зале царило оживление. Каждый из танцующих стремился теперь поднять свою даму на ту же высоту, на которую взлетала Розанна в руках Рэвенспера, но никому из них это не удалось.
Девушка приняла участие во всеобщем веселье.
— Отпустите же меня! — взывала она, снова оказавшись в воздухе. Рэвенспер ухитрился, держа ее на вытянутых руках, щекотать ее бока.
