— Нужно немедленно уходить отсюда, — твердо сказала я, в доказательство собственной серьезности тут же хватая свою кобылу под уздцы. И как это я не заметила раньше, что лошади давно отодвинулись подальше от ствола, к которому раньше так льнули?
— Да ты что? — возмутился Грейн. — Там же ливень хлещет!
— Ну и пусть, — я быстро выглянула в просвет между ветвей и настойчиво потянула Искру за собой.
Молний больше не было, да и дождь уже немного поредел. Тем не менее, кобыла отчаянно упиралась, ни за что не желая выходить под открытое небо. В конце концов, я начала сердиться.
— Слушай, милая, не валяй…
Я оборвала фразу на полуслове, внезапно сообразив, что это не лошадь, а я сама чуть было не допустила роковой промах. Из-под наэлектризованных ветвей нельзя было так просто выбраться! Если один-единственный листочек имеет такой заряд… Я обернулась к все еще удивленно наблюдающим за мной даргам. Теперь они все стояли к стволу спиной, и не могли видеть того, что видела я.
По гладкой серой коре уже пробегали слабые, едва заметные судороги.
— Пожалуйста, — взмолилась я, понимая, что времени на объяснения может попросту не хватить. — Просто поверьте мне на слово. Делайте только то, что я скажу.
— Мы слушаем, — нахмурился Сев, до этого за весь день не сказавший мне ни слова. Похоже, он единственный понял, что сейчас я действительно не шучу.
Что бы ни подумали мои спутники, когда я попросила их сесть на лошадей и выстроиться в ряд друг за другом, при этом ни в коем случае не касаясь ствола дерева, однако просьбу выполнили без комментариев и в точности.
— Когда скажу «вперед!», скачите в проход, что есть силы, — инструктировала я их. — И, ради богов, не сворачивайте в стороны и ни в коем случае не касайтесь веток.
Я тоже вскочила в седло и развернула Искру головой к намеченному пути отступления. Времени, похоже, оставалось немного. Не знаю, заметили ли оборотни, однако ветви уже некоторое время колебались совсем не от ветра.
Созданный мной силовой туннель поднялся от земли в мгновение ока, стремительно раздаваясь в ширину и в высоту, и с шелестом раздвигая в стороны гибкие ветви-лианы. Некоторые из ветвей тут же принялись извиваться, словно змеи, поверх прозрачных стенок прохода, слепо тычась в невидимую преграду и пытаясь вернуться на прежнее место. Там, где они прикасались к стенкам туннеля, тут же начинали потрескивать маленькие голубые молнии.
— Что за?!.. — начал было русоволосый оборотень.
И в этот момент ствол за нашими спинами вздрогнул и покачнулся. Туннель слегка прогнулся под тяжестью навалившихся на него ветвей.
— Вперед! — скомандовала я.
И оборотни, один за другим, выскочили под дождь из-под волнующейся искрящей кроны. Мы с Искрой вынырнули из туннеля последними, на ходу захлопывая проход.
— Не останавливайтесь! — крикнула я притормозившему было Хирату. И только когда между нами и деревом выросло расстояние более чем в полсотни шагов, я позволила себе натянуть поводья и оглянуться.
Исполинское древо оживало. Оно раскачивалось все сильнее и сильнее. По спускающимся до земли, словно зеленый водопад, лианам то и дело змеились длинные голубые молнии. Наконец древо поднатужилось — и с треском вырвало из земли один корень. Потом второй. Третий…. Пятый…
И, наконец, освободилось совсем.
— Чтоб мне лопнуть… — хрипло прошептал за моей спиной Грейн. Кто-то из даргов потрясенно перевел дыхание.
Зеленый гигант восстал над долиной, опираясь на свои изогнутые корни, словно мифический колосс, подпирающий плечами небо. Его движения были медлительными и какими-то неуверенными, словно он только что очнулся после долгого сна. Он немного постоял, неторопливо поворачиваясь из стороны в сторону всей кроной, словно озираясь. Гибкие лианы шарили по земле вокруг ствола, словно чуткие пальцы слепца.
Неожиданно огромная крона пришла в движение. Отяжелевшие от воды ветви энергично качнулись туда-сюда — и древо вдруг совершенно по-собачьи встряхнулось, обдав нас целым шквалом сверкающих водяных брызг. Освободившиеся от груза дождевых капель ветки распушились и бодро зашелестели на ветру. Потом древо приподнялось на своих гибких древесных ногах и тяжело сдвинулось с места. Земля под ногами ощутимо вздрогнула. Лошади забеспокоились, но нам все же удалось удержать их на месте, дабы случайно не попасть под тяжелую поступь исполина.
На нас древо не обращало ровным счетом никакого внимания. Не удивлюсь, если оно нас вообще не заметило.
Стоя под холодными струями непрекращающегося унылого дождя, мы в потрясенном молчании следили за тем, как древесный гигант медленно шествует по долине мимо нас в южном направлении. Туда, куда ушли грозовые тучи. Когда он уже почти скрылся из виду, мы так же молча повернули лошадей и медленно потрусили на юго-восток.
— Кто-нибудь скажет мне, что это было? — слабым голосом вопросил Грейн, когда мы оставили каменистые земли Грозовой Долины позади.
— Триант, — коротко отозвалась я, все еще пребывая под впечатлением редчайшего, необыкновенного зрелища, свидетелями которого нам случайно довелось стать.
— Да неужели? Вот, теперь мне сразу все стало ясно, — с иронией прокомментировал рыжеволосый дарг.
Я усилием воли заставила себя вернуться к реальности.
— Трианты — древнейшие создания нашего мира. Они практически его ровесники. Согласно легенде, когда-то они были созданы Перворожденной Богиней-Матерью, супругой Всесветлого Бога Яра. Они были ее солдатами, ее верными слугами и помощниками, которые на заре нашего мира помогали ей преображать землю, насаждать новые леса по всей поверхности Террана и делать его пригодным для жизни…. Честно говоря, я была уверена, что их уже нет в живых.
— Как оказалось, есть! — проворчал Грейн.
— Но как ты узнала, что это именно триант? — спросил меня Хират. — И что он вот-вот проснется?.. Кстати, Грейн, я до сих пор помню, что это ты его нашел. Надеюсь, ты счастлив?
Но в этот раз Грейн счел за лучшее промолчать.
— Честно говоря, это была просто удачная догадка, — призналась я. — Грейн в разговоре удивился, что, мол, такому гиганту здесь просто нечем питаться, и я совершенно машинально ухватилась за эту мысль. Я подумала, что он и впрямь выглядит на этом плато как-то слишком неуместно, как если бы кто-то принес его сюда уже взрослым… или если бы он сам пришел. Да и листва его выглядела как-то странно — на ней не было ни единой прожилки, как на обычных листьях — и вообще отдаленно напоминала кожу. А когда я решила рассмотреть лист поближе, он ударил меня током. Это было более чем странно для обычного дерева, даже во время грозы. Ну, а дальше — чистое озарение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
