уже сидит сверху, а те ржут словно кони. А вы такой подлетаете, и давай всех месить… — восторженно говорил пухлощекий парень с большими живыми глазами.
Он напоминал сказочного персонажа. Нелепый и забавный. Ему бы в детских спектаклях играть, а не торчать на Стене. Хотя внешность у меня тоже не особо воинственная. Но я хотя бы не так назойлив.
Помог, называется, слабому. Теперь он подсел за мой столик и не даёт нормально поесть.
— Как тебя зовут? — сухо спросил я, с трудом заталкивая в себя макароны. Подлива кстати, была ничего. Благодаря ей я держался.
— И вы его так ударили, я думал, у него голова отвалится! Что? Меня-то? Эээ, Джей, Джеймс Иванов, — протараторил пухляш и улыбнулся зачем-то.
— Хм, интересное имя, — процедил я.
Тут же услышал историю, что мама Джея была из Западных земель, а отец с Центральной равнины. Потому сочетание имени и фамилии такое странное.
— Послушай, я помог тебе, потому что так нужно для общего дела. Ты мне не друг и не родственник, — сказал я, чтобы расставить все точки над «и», когда Джей заткнулся.
— Отлично. Мне сойдёт роль верного напарника! — радостно выпалил Джей, потирая подбитый глаз.
— Нет, — сухо отрезал я.
— Помощника?
— Нет.
— Верного оруженосца? Товарища? Ординарца?
— Заткнись! — не сдержался я, устав от трёпа этого круглолицего. — Лейтенант Самсонов был прав. Ты действительно слишком слаб. Тебе надо тренироваться!
— Разумеется, я уже работаю над тем, чтобы разработать лучшую программу тренировок, господин старший лейтенант…
— Не на словах, а на деле. Здесь двойки не ставят, здесь убивают. Причем не только монстры, как ты уже понял. Либо станешь сильнее, либо тебе не жить. И да поменьше болтай. Болтуны расстаются с жизнью в первую очередь.
— Отличные слова, господин. Жестко, но в то же время отрезвляюще, — просиял Джей.
— Я тебе не господин. И да, мне пора. Дел много, — сказал я, заканчивая обед и вставая с места.
— Погодите, я могу поделиться с вами макаронами в знак благодарности за спасение! — не унимался болтун.
— Не стоит, я их не люблю.
— Не может быть! Только полный кретин может не любить макароны. В смысле вы не кретин, и не полный. Это я так, к слову сказал. Но вообще… — затараторил парнишка, только я не стал его слушать.
Не хватало еще, чтобы он прилип ко мне на всю оставшуюся службу. Помочь слабому — это одно. Но дружить с бесячим болтуном мне не нужно. К тому же я привык действовать один, так надежнее.
Следующие дни выдались напряженными. Меня усиленно готовили к опасной вылазке. Никто больше не пытался со мной подраться или устроить подлянку. Но все же тренировочный процесс был тяжелым.
И я использовал это по максимуму. Во-первых, приказал Ири укреплять тело, насколько это возможно. Чтобы результат тренировок был максимальным.
Во-вторых, тренировался еще и сам поздним вечером, чтобы выложиться на максимум и закрепить результат.
Так можно было расслабиться, не опасаясь подвоха от других разведчиков, которые все же затаили на меня зло. К тому же, я мог показывать лучшие результаты, не опасаясь, что это вызовет подозрения.
Однажды утром я проснулся раньше обычного, пошел умываться и не узнал себя в зеркале. На меня больше не пялился бледный худой пацан, похожий на узника подземелья.
Теперь у меня появились плечи, стали проступать бицепсы, спина немного выровнялась и окрепла. Грудные мышцы тоже начали развиваться. Чего там, даже пресс появился. Конечно, это еще не полноценные «кубики», но как минимум, полоски уже есть.
Меня настолько порадовал результат, что даже покрасовался перед зеркалом, принимая различные позы, будто стал культуристом. Нет, это слишком. До культуриста пока что далековато, лучше пока не позориться.
Кроме занятий и службы, я еще модернизировал робота. Раз командующий дал полную свободу действий, грех не использовать такой шанс.
Ири предлагала усилить андроид, чтобы он не уступал аналогам нашего мира. Но я с этим был не согласен.
— Усилить? Обвешать его аккумуляторами, как новогоднюю елку? И ради чего? Он даже двигаться нормально пока что не может, — отвечал ИИшке, когда мы возились с роботом.
— Считаю, что его двигательная активность удовлетворительна, — сказала наперекор мне Ири. Я же говорю, типичная женщина. Ей лишь бы поспорить!
— Удовлетворительной она станет, когда робот начнет танцевать. У меня так уже раньше было. Заставлял плясать боевых роботов. Правда потом повзрослел, и зарекся спорить по-пьяни…
— Свир! А можно мне управлять таким роботом, свир? — передал информацию сверчок, который находился внутри робота, работая по моему указанию с одной микросхемой.
— Нет, пока нет. Ты и так мне очень полезен. Не понимаю, зачем тебе это? — ответил помощнику.
— Он испытывает комплексы из-за своего малого размера. Распространенная черта мужских особей, — сказала Ири.
— А распространенная черта женских особей не держать язык за зубами. Ищи схему оптимизации, которую я запросил. Иначе отключу на неделю!
Ири вроде умокла. Я продолжил свою работу, и вскоре задумался над одним вопросом. Как назвать этого робота? Хорошо бы придумать имя, чтобы было проще о нем говорить.
К тому же это первый крупный проект в новом мире. Нельзя его оставлять безымянным.
На днях один рядовой написал на роботе слово Мясник. Пришлось отчитать бойца и заставить все оттереть. А ведь, по сути, он прав. Только вот имена «Мясник», «Сокрушитель» и «Рэмбо» тут не уместны. Нужно что-то менее детское, но при этом звучное.
Пока думал над этим, заметил, что ко мне подошел офицер в повседневной форме. На плечах погоны подполковника, видно, большая шишка. Не сразу понял, кто он такой. Потом память подсказала, что вроде один из помощников Командующего, который редко появляется перед солдатами.
— Ну-с, как продвигается дело? — не здороваясь, спросил он, и стал осматривать робота странным взглядом.
Глава 23
Вроде этот подполковник не сказал ничего обидного, но уже захотелось его послать. У офицера был хитрый взгляд, острый нос и тонкие черты лица. От него веяло надменностью и высокомерием. Внешность может быть и обманчива, но мне сейчас так не кажется.
— Работаю потихоньку. Улучшаю двигательные характеристики образца, дорабатываю встроенный искусственный интеллект, — холодно ответил я, не обращая внимания на собеседника.
— Хорошо. Надеюсь, твой эксперимент завершится успешно, — промычал подполковник и зачем-то потрогал голову робота.
— Я тоже на это надеюсь. Интересно будет посмотреть, на что способна техника после всех доработок.
— Дело не только в простом интересе, старший лейтенант, — сказал офицер напрягаясь, будто что-то недоговариал.
— А в чем? Просветите меня, — оторвался от робота и посмотрел в глаза этому «коршуну».
— Наверху заинтересовались твоей инициативой. По
