Защитные артефактные комплексы сработали штатно, благодаря чему злоумышленник был вырублен и задержан, но эта провокация может оказаться не последней…
…Последние несколько минут езды я то и дело ловил себя на мысли, что в этот раз фанаты автоспорта переплюнули движуху, устроенную в день моей гонки с Угловым. Ибо трафик на участке трассы от окружного шоссе Южного до съезда к автодрому мало чем отличался от трафика в центре Новомосковска в среднестатистический будний день. Но дорожная полиция, настропаленная сотрудниками службы обеспечения Конвоя, работала фантастически быстро и четко — заблаговременно засекла наш кортеж, выделила отдельную полосу и помогла долететь до КПП «Старта» на крейсерской скорости. А за ним нас «подобрали» Дворцовые и проводили до боксов. Впрочем, длину и плотность пробки на въезд на охраняемую территорию мы оценили. И независимо друг от друга пришли к выводу, что не хотели бы ползти в общей очереди. Правда, в обмене мнениями по этому поводу я не участвовал — как только мы начали выгружаться из автомобилей, телохранители Воронецких остановили очень неслабую толпу «посторонних», рванувших в нашу сторону, и я был вынужден заняться их «сортировкой». В смысле, поручиться за владельцев «Москвы» и «Руси», за Кутепова, Янковского, Мищенко и двух мастеров, примчавшихся «завешивать» салон «Стрибог» камерами, а свиты Третьякова и Стерлигова послать лесом.
Кстати, Оля, Света, Ира и Надя тоже работали — изображая болтовню, заслоняли Императрицу и Ксению Станиславовну от случайных взглядов этих семи человек, контролировали свои сектора ответственности и были готовы в любой момент поднять воздушные стены. Тем не менее, я все-таки создал «лишний» фокус внимания: «натравил» Виктора на Ростислава Евгеньевича, шепотом сообщив Великому Князю, что возобновление выпуска «Эскортов» зависит именно от этого человека. Но к их беседе не прислушивался — оттянул на себя остальных организаторов и выгодоприобретателей этой гонки, ответил на десяток вопросов, выслушал рассказ о том бардаке, который творится за пределами сервисной зоны, дождался доклада работяг о завершении работ, отпустил их в бокс и так далее.
В общем, время, оставшееся до начала «веселья», пролетело незаметно — я посмотрел на часы только благодаря своевременной подсказке Дайны. И увидев, который час, прервал беседу с Аристархом Всеволодовичем, сообщил народу, что мне пора, выслушал полтора десятка пожеланий удачи, скользнул за руль «Стрибога», плавно тронулся с места и вопросительно мотнул головой.
— Чужая электроника видит «правильную» картинку и слышит только то, что генерирую я… — сварливо сообщил БИУС и перестал валять дурака: — А если серьезно, то комментатор тот же, что и в прошлый раз, однако вещает вместе с одним из самых авторитетных экспертов по автоспорту, журналистом светской хроники того же калибра и экспертом по тактике ведения магических поединков. И эта компания настолько последовательно, изобретательно и остроумно описывает твои личные достижения, что уязвленные зрители аж плавятся от желания увидеть Первое Фиаско Черного Беркута. Кстати, на прогревочный круг можешь уходить без раскачки или лишних телодвижений — народу уже сообщили, что ты успел настроиться на гонку и сосредоточен до невозможности…
— Понял. Ухожу… — отрывисто заявил я, вырулил на трассу и добавил: — Грей резину и бей свой рекорд сама. А я, пожалуй, изображу пассажира.
— Как скажешь… — буркнула она и «лениво» вошла в левый поворот. Перед правым чуть-чуть ускорилась. На шикане выпендрилась, пройдя ее по идеальной траектории, а перед следующим поворотом разогналась до трехсот десяти.
— Оп-па, а вот и засада! — воскликнул я, заметив прозрением«силуэт» скрытника, застывшего в неподвижности. — Очень сильный Гридень. Прячется в схроне, под невидимостью и перед самым опасным поворотом метрах в пятнадцати от левого края трассы.
— Ну, так логично… — желчно усмехнулась Дайна. — Любое воздействие на левое, нагруженное, переднее колесо в момент торможения машины перед правым поворотом — и она пойдет кувырком. Да так, что мало не покажется. А если этот тип знает об артефактном защитном комплексе, стоящем на этом «Стрибоге», ударит по покрытию трассы. И от такого воздействия мы никак не увернемся. Что будем делать? Изображать поломку? Отправлять Ольгу со Светой на охоту? Рисковать?
— Для начала закончим прогревочный круг. И посмотрим, нет ли на нем второго скрытника…
…Второго скрытника я не заметил. И решил не палить прозрение охотой. Поэтому за то время, пока Дайна катила к линии старта, поэкспериментировал с Воздухом, выяснил, что из закрытого салона его навыки не работают, чуть-чуть опустил боковые стекла, поймал «отклик» стихии и недобро оскалился.
— Придумал какую-то редкую гадость? — спросила верная помощница, дождалась подтверждающего кивка и позволила услышать голос Кутепова:
— Игнат Данилович, вы готовы?
— Да, Вячеслав Александрович, готов. Можете заводить автомат подачи старта… — отозвался я.
— Завожу… — хохотнул заместитель начальника отдела продаж «Руси» и «пропал» из эфира. А я до предела разогнал просветлением восприятие, влил предельный объем Силы в марево и закрыл глаза, чтобы мысленно проиграть нужную последовательность формирования навыков. В результате зевнул миг начала гонки. Вернее, момент включения зеленого стартового светофора. Ну, а не заметить ускорение, привычно вдавившее в спинку кресла, смог бы разве что хладный труп.
Под просветлением время тянулось, как резиновое, а первый поворот продлился целую вечность и позволил во всех подробностях прочувствовать «удовольствие» от фронтальных и боковых перегрузок. На отрезке трассы между ним и следующим я как-то умудрился полностью отрешиться от всех «лишних» ощущений и даже успел разок мысленно повторить цикл из четырех нужных навыков. К моменту приближения к шикане ощутил непоколебимую уверенность в том, что все получится, и превратился в придаток к прозрению. А на следующем отрезке потянулся им вперед изо всех сил и успел. Сначала увидеть энергетическую структуру скрытника, затем уловить чуйкой начало формирования ледяной иглы и взорваться ответной серией — выставить перед ней воздушную стену, намеренно повернутую в сторону под углом градусов в шестьдесят, всадить в мужика сферу умиротворения, шарахнуть рядом с ним акустическим ударом процентов на десять объема резерва и опутать весь торс колючим побегом.
Пока контратаковал, «Стрибог» прошел поворот и понесся дальше, а в динамиках его акустической системы раздалось непонятное гудение. Слава богу, я вовремя врубился, что это — звук звонка под ускоренным восприятием, скинул просветление, услышал встревоженный голос Оли и захрипел. Из-за того, что меня снова вжало в сидение:
— Меня… атаковал теневик! Возле второго… правого поворота. Сажайте в «Буран» Ксению Станиславовну и… везите туда, чтобы она
