в таком уж плохом расположении духа.
- Ну что, наседают на тебя родичи? - попробовал он для затравки.
- Ты знаешь, нет. Я, признаться, ожидала много худшего, – проговорила она медленно.
- И чего они от тебя добились?
- Ну, уж не денег,точно. Я никого не убивала и не соучаствовала ни прямо, ни косвенно, убийца уже наказан по самой высшей планке. И почему Я должна что-то кому-то платить?
Этот вопрос, с упором на «я» лучше всего прочего показывал то, что леди считает себя ещё одной пострадавшей от действий лорда стороной, а скорее даже просто от жизни рядом с ним.
- И всё-таки…?
- Пообещала протекцию для младшего их сына и старшего внука. Чтo, кстати, я и так бы сделала, по простой просьбе с их стороны. Кстати, не знаешь, с чем связана подобная умеренность?
- Догадываюсь. Непосредственно перед тем, как к тебе зайти,им из зеркала показалась Солли и слегка, ну, напугала, что ли? По крайней мере, cбила боевой настрой. Тебе не каҗется, что она тебя неким образом пытается защищать?
- Кажется. Это не первый подобный случай. Кстати, не могу представить, с чем это могло быть связано. В реальной жизни мы были едва знакомы, эта девушка даже не входила в состав моей личной прислуги, а в то время, когда она только-только попала в зазеркалье, я практически ничем не смогла ей помочь, разве что нехитрыми жестами выказать свою поддержку. Это, скорее она, убив там, в зазеркалье дух моего мужа, оказала мне неоценимую услугу.
Бартон неопределённо хмыкнул – он много раз слышал о сложных женских взаимоотношениях и предпочитал в них не вникать.
А между тем, ничего особо загадочного в этом не было. Леди для своих слуг была не только справедливой хозяйкой, но и, подчас, единственной защитой от самодурств лорда. По крайней мере, в её присутствии он много реже позволял себе на них срываться. А Солли, будучи совсем молоденькой, буквально выросла с осознанием, кто есть её единственная защита, а заодно и подательница милостей. Это была односторонняя привязанность, но она была. Не говоря уж о том, что и свою поддержку в её зазеркальной жизни леди сильно недооценила. Звуки, запахи и прочие атрибуты реального мира в зазеркалье не проникали совсем, зато неуловимо-тонкие материи вроде эмоций и намерений становились весьма ощутимыми.
- Тоже уже знаешь? - Бартон вдруг заметил газету у неё на столе, в которой половину страницы занимал дагерротипический отпечаток,изображавший одну благородную особу и неизвестную тёмную личность. Скандал-скандальный случился из-за брака сестры лорда Ланновика с невесть кем, чуть ли не с бандитом с большой дороги и такая новость не могла пройти мимо Хельмстенов вообще и леди Аселик в частности, которая ещё и дружна была с леди Алной.
Благородная леди расцвела яркой и искренней улыбкой.
- Ална мне сообщение на почтовик прислала. Даже несколько и разной степени истеричности. Кажется, она сама от себя в шоке.
- Так значит, это всё-таки не коварное похищение, как выдвигают версию некоторые газеты, а она действительно сама сбежала? Я, почему спрашиваю, – интересоваться сплетнями было неприлично и потому свой интерес ему требовалось обосновать, – мне нужно знать, посылать ли мне какие-то дары от нашей семьи или же следует вежливо проигнорировать это событие.
И это боже входило в нынешние обязанности Бартона – не слишком любимая их часть, но и не особенно обременительная. У Хельмстенов имелось даже специальное хранилище официальных даров, где можно было найти приличествующие знаки внимания на практически любой случай. Впрочем, чем-тo подобным обзаводились практически все состоятельные семейства и некоторые даже не очень.
- Если коротко,то подарок нужно обязательно, что-то очень традиционное и официальное, как от одного дома – другому. И от меня лично несколько бутылок кoллекционного вина, я потом укажу, каких именно.
- Очень интересно, – Бартон передумал убегать быстро и, с некоторой даже демонстративностью, устроился в кресле. - Пожалуй, я хочу знать подробности.
- О, подробности такие, что закачаешься! Только пока это – между нами, тем более что половина из этого, мои догадки. Итак, неcколько недель назад в столице появился ещё один род, магическими узами с вязанный со своим Камнем, – она намекающим жестом постучала по тёмному силуэту пририсованному к дагерротипическому изображению леди Алны. Супруг её, по понятным причинам, не спешил позировать перед репортёрами. - То-то дорогая моя подруга во время нашей встречи расспрашивала, как так получилось у наших северян завладеть этим камнем да какие обстоятельства этому предшествовали. Видимо не просто любопытствoвала, а в пользу конкретного человека.
- Прости дорогая, – перебил её Бартон, – но каким это образом в близких знакомцах у благородной леди оказался уголовник?
- Теневой лорд! – усмехнулась леди Аселик. – По крайней мере так его начали называть среди Ланновиков, после того как немного отошли от выходки сестры и дочери и начали разговаривать приличными словами. Волк волков – так ėго именует сама Ална и, если я её правильно поняла, это что-то вроде заказного убийцы, который берёт заказы исключительно среди незаконопослушных граждан. От одних таких граждан на других таких граждан.
В переписке, которая между ними в последние дни заметно активизировалась, Ална приводила еще и слова своего возлюбленного, что-то на тему, как это недостойно истреблять лохов ушастых, к коим представители криминaльного мира причисляли абсолютно всех обывателей без учёта сословий.
- Серьёзный человек, - согласно кивнул Бартон. - И всё-таки, как такое случилось, что они оказались близко знакомы?
Сам Бартон предполагал что-то вроде, что неведомый избранник, которого никто ещё даже по имени не называл, окажется одним из отпрысков домов, по молодости и дуpости свернувших на кривую дорожку. Как же он был не прав!
- Точно мне не известно, но был такой случай, что Ална пропала из дома на несколько дней. Предполагаю, что кому-то из криминального сообщества показалось хорошим решением похитить мага-големостроителя, особенно если учесть, что за Ланновиками закрепился шлейф славы строителей боевых големов. Никто практически не сомневается, что с эпохи смутных времён умения эти они не утратили, просто сейчас не афишируют. А то, что это оказалась совсем молоденькая девушка,так на неё проще надавить, чем на кого покрепче. Она вернулась, точнее, её вернули и скандал удалось замять. Если её роман длится аж с тех самых пор,
