class="p1">— Да, так, — сказал Джошуа. Его тон был каким угодно, только не юмористическим. Он был серьезно настроен выполнить свое задание. — Подожди, пока не открывай дверь.
— Поверь мне, я никуда не пойду одна.
— Очки, — приказал Джошуа.
Она потянулась к макушке и надвинула на глаза темные очки. О них они вспомнили в последнюю минуту. Неизвестно, помогут ли они защититься от яркой паранормальной энергии внутри зеркальной комнаты, но попробовать стоило.
Она услышала, как Джошуа открыл замок на старой двери, и внезапно из проема хлынул яркий свет. Энергия искрилась, сверкала и ослепляла. Даже в солнцезащитных очках это равносильно заглянуть в печь.
Ньютон предупреждающе зарычал, но не проявил никаких признаков того, что собирается отправиться в более приятное место.
— И здесь энергии стало больше, — заметил Джошуа. — Все еще думаешь, что сможешь справиться с пирамидой?
— Дай мне взглянуть, — сказала Молли.
Она прошла через дверной проем, ее волосы поднялись и зашевелились в ответ на энергию, наполнившую атмосферу. У Ньютона шерсть встала дыбом. Он закрыл охотничьи глаза, чтобы защититься от яркого света, и что-то пробормотал.
Джошуа последовал за ними в комнату, оставив тяжелую металлическую дверь приоткрытой. Она не спросила, почему. Она была почти уверена, что знает ответ. В случае необходимости он был готов срочно уйти.
Она подошла к пирамидальной куче мерцающих, похожих на ртуть стержней в центре зала.
Джошуа присоединился к ней. Она взяла его за руку и осторожно возбудила свои чувства. Теперь она осознавала силу и стабильность ауры Джошуа. Энергетическое поле Ньютона было меньше, но оно было прочным и довольно сильным.
— И так, приступим, — прошептала она.
Она еще больше развила свой талант и изучила потоки паранормального жара, бурлящие внутри пирамиды. Она была сильна, но знала, что не сможет стабилизировать дикую бурю, бушующую в стержнях, грубой силой. Задача требовала ловкости.
— Все равно, что заставить кристаллы петь, — сказала она.
Она обнаружила расстроенную вибрацию и проследила за ней к источнику — стержню в центре пирамиды. Работая осторожно и ловко, она приложила ровно столько энергии, чтобы направить течение в стабильное русло.
А затем она на мгновение затаила дыхание, ожидая, поможет ли это.
Ньютон почувствовал это первым. Он усмехнулся, спрыгнул на землю и засуетился по комнате, исследуя зеркала.
Еще через мгновение Джошуа удовлетворенно улыбнулся. — Ты сделала это. Я уже чувствую перемену.
Он был прав. Комната все еще пылала светом, и энергия лилась из пирамиды, но потоки теперь казались стабильными. Ее охватило облегчение и удовлетворение.
— Все всегда сводится к настройке, — сказала она. — Я думаю, что поток устойчив, но он по-прежнему генерирует огромное количество энергии, и мы не знаем его цели. Я понятия не имею, как его отключить, и будет ли это хорошей идеей.
— Пусть об этом беспокоятся эксперты. Может быть, более важный вопрос заключается в том, что его дестабилизировало?
Она изучала пирамиду. — Это инопланетные технологии. Это означает, что им несколько тысяч лет. Ни одна машина не может работать вечно, без периодической настройки.
— Логично. — Джошуа начал обходить пирамиду. Он остановился, когда понял, что все еще сжимает руку Молли. — То, что ты только что сделала, перезагрузив пирамиду, было чертовски впечатляющим.
— Спасибо, — сказала она. — Мне очень помогли ты с Ньютоном.
— У нас хорошая команда, — сказал он.
Он отпустил ее пальцы и развязал веревку, связывавшую их, чтобы продолжить обходить пирамиду.
Команда. Да, они втроем были командой, но между ней и Джошуа было что-то еще — интимная связь, не имевшая ничего общего с командной работой или миссией. — Он должен понимать это, — подумала она. Ощущение связи было слишком сильным, слишком реальным, чтобы быть односторонним.
Возможно, он пытался игнорировать эту связь, потому что у него не было намерения глубоко связываться с женщиной, на которой он решил, что не может жениться. Возможно, он пытался быть сильным ради них обоих. Пытаясь сохранить их отношения легкими. Поверхностными. Никаких долгосрочных обязательств.
Возможно, ей следует понять намек и положить конец всему, прежде чем ее сердце разобьется впервые в истории человечества. Оглядываясь назад, стало очевидно, что она всю свою взрослую жизнь, защищала себя, не рисковала влюбиться. Как и Леона, она стремилась к отношениям без обязательств. Но ситуация с Джошуа не была очередной интрижкой. Это грозило плохо закончиться.
Было бы разумно сделать шаг назад от пропасти.
Мысль о том, чтобы поступить умно, вызвала у нее слезы на глазах. Она сморгнула их.
Джошуа остановился на дальнем конце пирамиды и посмотрел на нее поверх нее.
— Знаешь, если подумать, существует множество доказательств того, что технологии Древних не были неуязвимыми, — сказал он. — Их города на поверхности лежат в руинах, а в зеленых кварцевых стенах туннелей Подземного мира есть дыры.
Боже. У нее экзистенциальный кризис, а он обсуждает пара-археологию. Женщина не могла вынести такого.
— Не знаю, как ты, а мне на сегодня достаточно командной работы, — сказала она. — Я голосую за то, чтобы отправиться домой.
Он нахмурился. — Сегодня вечером мы не сможем отправиться домой. Мы не сможем покинуть Дом веселья до утра. Туман, помнишь?
— Для непонятливых. Давай выбираться отсюда.
— Ты в порядке?
— Нет, я не в порядке.
К ее ужасу, слезы снова навернулись, и на этот раз потекли.
Встревоженный Ньютон прекратил исследование зеркал и бросился к ней. Она подхватила его и зарыдала в его шерсть. Он успокаивающе тарахтел.
— Дерьмо, — сказал Джошуа.
— К твоему сведению, это неправильный ответ, — пробормотала она в мех Ньютона.
Джошуа подошел к ней, и обнял ее, раздавив при этом Ньютона. Ньютон высвободился и вскарабкался на плечо Молли. Он остался там, тревожно бормоча.
— Мне очень жаль, — сказал Джошуа, крепче обнимая ее. — Я не знаю, какой ответ правильный.
Она прижалась лицом к его груди и зарыдала сильнее. Некоторое время они стояли вместе, и он держал ее, пока она плакала.
Буря прошла, ее сменило унижение. Молли вырвалась из объятий, отвернулась и вытащила рюкзак. Джошуа смотрел, как она достает носовой платок. Он ничего не сказал, пока она не вытерла лицо и не запихнула влажную тряпку обратно в рюкзак.
— Прости, — пробормотала она, избегая его взгляда. — Стресс.
— Ладно.
Она расправила плечи. — Теперь я в порядке. Давай выбираться отсюда.
Он смотрел на нее с обеспокоенным выражением лица. — Возвращение через туннель будет напряженным — ты уверена, что готова к этому? Мы можем подождать, если тебе нужно время.
Она одарила его стальной улыбкой и показала ему средний палец.
— Почему у меня складывается впечатление, что этот конкретный жест Старого Света на самом деле не выражает уважения и восхищения? — сказал Джошуа.
— Наверное, потому,
