Когда он не ответил, она поднялась на ноги.
— Я чувствую твою боль, понимаешь? Твоя боль, значит, моя боль. Мы связаны. Мы…
— Они грозились убить Алекса и Томаса.
— И ты сделал это, чтобы спасти их. Я понимаю.
— Нет, — резко обернулся Михаэль. — Нет, ты не понимаешь. Я замарал свои руки в крови невинного. Я изменил тебя, хотя клялся, что этого никогда не случится. Ты для меня навсегда останешься единственной… Ты моя пара, моя жена, мать моего ребёнка, ты моё всё, и я предал тебя. Я…
— Михаэль, прошу… — начала она к нему подходить.
— Нет, — отскочил он от неё как ошпаренный. — Не трогай меня.
— Что? — испугалась Катя. Ей действительно стало страшно… и больно.
— Я недостоин тебя, и я не хочу, чтобы ты замаралась во всём этом. Ты такая чистая, ты ангел.
— Я не ангел.
— Для меня ты ангел, Катя. Всегда им была и всегда будешь. И я просто не имею на тебя право.
— Чушь, — не выдержала она. — Да, это ужасно, что тебе пришлось сделать с этой девушкой, но я могу понять тебя. Если бы ты этого не сделал, то потерял бы брата, и это бы тебя убило. И я…
— Можешь понять? — переспросил он, а потом резко стал для неё незнакомцем, таким далёким и холодным. Михаэль будто щёлкнул тумблер и стал другим. Больше не было того застенчивого парня, с которым она познакомилась четыре года назад, больше не было того романтика, в которого она влюбилась, больше не было её страстного любовника, больше не было её Михаэля, он закрылся от неё, исчез. И это был первый раз, когда она испытала беспомощность, из-за которой хотелось выть и лезть на стены.
— Куда ты? — спросила она, когда он двинулся к двери, сторонясь её.
— Мне здесь не место.
— Что? — она была снова ошарашена. — Не место?
— Да. Поэтому я лучше пойду.
— Нет, стой.
Когда же он не остановился, она бросилась к нему и схватила за руку.
— Не смей поворачиваться ко мне спиной, после того, как вывалил на меня всё это. Мы пара, Михаэль, а это значит, что мы поддержка друг для друга. Ты и я — мы едины. Мы вместе решаем проблемы. Мы вместе избавляемся от врагов. Мы вместе разберёмся во всём этом дер…ме. Но если ты сейчас уйдёшь, то больше никогда, слышишь, никогда не сможешь вернуться. Подумай хорошенько, мой дорогой, хочешь ли ты этого, готов ли ты сдаться и потерять нас?
Ей казалась, что прошла целая вечность до того, как он отпустил ручку двери. Он не ушёл. Михаэль смотрел в её глаза, она не знала, что он хотел в них увидеть, но была уверена, что он этого не увидел, раз остался и даже позволил обнять себя.
Обнимая его, в её голове крутилась мысль, с которой как-то поделилась её бабушка, что даже самые сильные ломаются, но они это переживут, если рядом будет тот, кто подставит плечо. Именно это собиралась сделать Катя, хотя понимала, что будет непросто, но по-другому она не могла.
Скрипнула дверь и девушка отвернулась от окна, в которое смотрела последние, наверное, полчаса и вспоминала тот ужасный вечер. Михаэль тихо зашёл в их спальню и даже не взглянул в её сторону. Это было больно.
— Привет, — поздоровалась она, чтобы хоть как-то привлечь его внимание. Мужчина замер около шкафа, но так и не взглянул на неё.
— Привет.
— Где был?
— Гулял, — ответил он после небольшой заминки.
Катя слабо улыбнулась, но улыбка получилась грустной. Ей нечему было радоваться.
— Михаэль…
— Слышала, Ира вернулась? — перебил он её.
— Да, слышала.
— Ты с ней виделась?
— Нет, — обняв себя, ответила она. — Михаэль…
Он обернулся, но его глаза были опущены в пол. Катя поджала губы и сделала несколько шагов к нему, но остановилась, так и не дойдя.
— Нам нужно поговорить.
Он кивнул.
Тяжело вздохнув, она всё же подошла к нему и только тогда Михаэль на неё взглянул. Его глаза были полны боли и сожаления, и от этого её сердце сильней сжималось. Не сдержавшись, она кинулась к нему, обняв любимого. Когда же он обнял её в ответ, Катя расплакалась.
— Я больше так не могу, — рыдала она у него на груди. — Я думала, что я сильней, но я ошиблась. Я не могу бороться за нас обоих, когда ты не прикладываешь для этого усилий. Михаэль, я люблю тебя, я…
— Я не достоин.
— Чушь, и ты об этом прекрасно знаешь. Ты самый достойный, иначе бы я тебя не выбрала. Ты нужен мне, потому что без тебя нет меня, поэтому прошу… борись, борись за нас.
— Но я предал тебя, — прошептал он ей в волосы. — Тебе должно быть мерзко даже находиться со мной в одной комнате, а ты обнимаешь меня и говоришь, что любишь. Катя, ты должна ненавидеть меня.
— Не смей говорить мне, чего я должна, а чего нет, — огрызнулась она, начиная злиться на него.
Отпрянув, девушка подняла голову и заглянула в его глаза.
— Запомни кое-что, я не считаю твой поступок предательством, ты сделал то, что должен был сделать, я не виню тебя за это. Я виню тебя совсем за другое. Я виню тебя за то, — она почувствовала, как он напрягся, — что ты опустил руки, сломался, и за то, что решил, что я такая поверхностная и не смогу понять тебя. А ещё за то, что ты отгородился от меня. Вот за это я тебя виню. Мой Михаэль никогда не сдавался.
— Может быть, ты просто не знала меня? — спросил он и на его лице снова промелькнуло то выражение незнакомца, но Катя уже не придала этому значение. Она быстро его раскусила. Всё-таки актёр из него не удачный. Он хотел оттолкнуть её, но не тут-то было. Если он так хочет от неё избавиться, то Михаэлю придётся прибегнуть к более серьёзным способам, например, убить её, потому что она не оставит его никогда.
— О-о-о, конечно, я не знала тебя, — съязвила Катя и стукнула его кулачком в плечо. — А если ещё раз я увижу это твоё выражение лица а ля холодный и неприступный, то изобью, а потом скажу, что так оно и было. Ты меня понял?
— Холодный и неприступный? — удивился он.
— Да, — и Катя изобразила это выражение, чем вызвала у него улыбку. — Вот это другое дело. Люблю твою улыбку.
Но стоило ей это сказать, как он снова стал серьёзным. Застонав, Катя уткнулась лбом в его грудь.
— Нет, это невозможно. Что ты со мной делаешь? Всё, с меня хватит. Ненавижу эту беспомощность. Довольно. Баста. Не хочешь, не надо, — оттолкнула она его и подошла к стулу, на котором лежала её куртка.
Когда же она снова подошла к двери и попыталась подвинуть Михаэля, а он не сдвинулся, то возмущённо фыркнула.
— Куда ты идёшь?
— Куда я иду? — переспросила Катя, натягивая куртку. — Неужели тебе интересно?
Он поджал губы, но так и не сдвинулся с места.
— Как вижу интересно. Так знай, коль ты не хочешь мне помогать, то я лучше пойду в какой-нибудь бар, найду себе другого волка на ближайшее полнолуние и…
