Когда разогнавшееся к зениту солнце влетело в висящую над Зоной дымку, впереди показался серый периметр промзоны. Ждан прибавил шагу, прислушиваясь и поглядывая на дальний угол бетонной стены, за которым начиналась собачья балка. Только у самых ворот с той стороны донеслось эхо одинокого воя, тоскливого заявления стаи о своих правах на занятую территорию.
Охрана на воротах и ухом не повела. Окинув путников ленивым взглядом, «долговцы» поглазели на дорогу за их спинами и снова уселись на примятые задницами мешки. Макар со скучающим выражением на лице протопал мимо них и свернул за Жданом на маленькую лестницу между корпусами. От ближайшего ангара, оборудованного под гараж, донёсся стрёкот мотора, который пару раз сменил режим работы и, оглушительно чихнув, заглох. Из двери ангара донеслась брызжущая досадой матерщина и гогот нескольких глоток. Через минуту попытка повторилась. Рёв мотора продлился дольше, но когда Макар со Жданом свернули за угол, в ангаре снова стрельнуло и мотор затих.
Вахтёр общаги выглянул из-за окошка и, кивнув показанному жетону, вернулся на место. Макар пропустил Ждана вперёд и двинулся по лестнице, разглядывая, не появились ли на ступенях новые следы местных гульбищ. Новых следов не было, и даже показалось, что кто-то прошёлся по лестнице с веником. Ждан остановился у «кладовой», скользнул взглядом по двери и, отперев замок, развернул ногой выпавшую хвоинку вдоль порога.
Пока грелся чай, дедовские обрезы перекочевали из рюкзаков в несгораемый шкаф, а из куска колбасы и четвертинки чёрного хлеба получилось по паре брутальных бутербродов.
Молчавший всю дорогу Макар кинул в кружку сахар, взялся за бутерброд и, наконец, озвучил результат размышлений.
— У меня создаётся впечатление, что кланы — это вовсе не самостоятельные здешние формирования, сидящие на самоокупаемости или кормящиеся от барыг поднятым с земли хабаром. Элементарный подсчёт одного только провианта, потребляемого в Зоне, делает понятным, что сюда идут полноценные и почти централизованные поставки в масштабах обеспечения небольшого населённого пункта, тысяч на 20 населения. Оружие, боеприпасы и прочая экипировка тоже наводит на мысли о неслучайном и даже не гражданском снабжении…
Ждан, жуя, показал Макару большой палец.
— Красавец! Какие ещё впечатления?
— Зона — это перекрёсток интересов внешних структур, которые, находясь в безопасности Материка, просто запустили сюда свои щупальца-манипуляторы. Как прагматичные хозяева, они обеспечивают свои щупальца необходимым ресурсом и сохраняют между собой относительный нейтралитет, заботясь каждая о своём манипуляторе.
— Сохраняли… — уточнил Ждан. — Впрочем, не отвлекайся.
Макар отхлебнул чаю и, кивнув, продолжил.
— Похоже, что каждая из здешних структур, как-то: кланы, специальные службы, или крупные инфраструктурные объекты, вроде бара, питают иллюзию, что они абсолютно самостоятельны. На самом деле, осознавая или не догадываясь о настоящем положении вещей, каждый из них функционирует в строго отведённых рамках. И рамки эти достаточно узки.
Ждан взялся за второй бутерброд, снова обернулся к Макару, который продолжил рассуждения.
— Пространства в этих рамках хватает только на эффективное функционирование, плюс небольшой люфт для минимальных коррекций в случаях естественных форс-мажоров. Так?
— Так, — подтвердил Ждан с интересом.
Макар хмыкнул и принялся за бутерброд. Ел, тщательно жуя, и прихлёбывая чай маленькими глоточками. Ждан не торопил. Достав автомат, занялся чисткой. Когда протёртый затвор встал на место, Макар отставил кружку и продолжил:
— И если эти мои соображения верны, то несложно сделать следующий вывод:
Как только местные структуры или их администраторы выплёвывают удила и выходят за установленные рамки, вопрос решается с Материка достаточно быстро и всегда в пользу хозяев.
Так же очевидно, что появление любой здешней структуры, её развитие и функционирование полностью зависит от тех на Материке, кто будет доить эту корову. И если это так — а это так — то, учитывая остальные обстоятельства, можно сделать простой вывод: Папаша Гризли просто взбрыкнул, и его сразу нашли кем заменить. И если другие взбрыкнут — то их тоже достаточно быстро реорганизуют или аннулируют. Так?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ждан улыбнулся, защёлкивая крышку затворной коробки.
— Так.
— Чтобы понять, по поводу чего взбрыкнул папаша Гризли, достаточно выяснить планы тех, кто его сейчас заменяет. И выяснить это несложно, но чревато, потому что «Большой брат» с Материка всё видит и, скорее всего, следит внимательно за всем происходящим вокруг Берлоги.
Однако, кроме Больших Материковых Братьев, есть братья и поменьше в самой Зоне, которые с одной стороны тоже бдят, а с другой — имеют почти такие же узкие рамки. Это вояки, ООНовцы и внутренние войска, охраняющие периметр снаружи.
Резюмируя, можно сказать, что тут всё под колпаком, а то и под несколькими колпаками…
Ждан утвердительно прикрыл глаза.
— Пять баллов! Именно поэтому мы изначально обречены действовать практически в одиночку… не рискуя лишний раз рисоваться и покупать красноречивое вооружение или снарягу.
Стук в дверь заставил его прерваться на полуслове.
Ждан положил автомат на тумбочку и прикрыл его пустым рюкзаком. Макар наоборот распустил горловину рюкзака и, вынув автомат тихо щёлкнул затвором.
— Кто там?
Из-за двери донёсся голос Кочерги:
— Соседи из третьей. Разговор есть.
Макар положил оружие на кровать, накрыл полотенцем и вопросительно посмотрел на Ждана. Тот согласно мотнул головой и Макар направился отпирать. За дверью, кроме Кочерги оказался и Батон с деревянным сосредоточенным лицом. Пропустив гостей в комнату, Макар пожал обоим руки и запер замок.
— Чай будете?
— Да мы, собственно, ненадолго, — пояснил Кочерга.
Макар пожал плечами и, указав на стулья возле стола, вернулся к своей кровати. Встретившись взглядом со Жданом, подал знак тревоги. Ждан еле заметно кивнул и облокотился на тумбочку с рюкзаком. Когда вошедшие сели к столу, а Батон сунул руки в карманы, Макар отбросил полотенце и направил автомат на гостей. В следующую секунду Ждан громко щёлкнул предохранителем и, уже не спеша, передёрнул затвор. Короткий ствол выбрал целью Кочергу и замер на уровне его живота. Макаровский АКСУ утвердился в направлении окаменевшего Батона.
Кочерга выставил ладони перед собой и заговорил, не повышая голоса.
— Вот, Батоша, учись, как юный партизан гостей расшифровал. А ты себя в руках не держишь. Звенишь от напряжения, как выпускник в подъезде с одноклассницей.
— Рука мокрая… — холодно констатировал Макар, глядя на Батона. — И в кармане… не гоже как-то… вынимай без резких движений…
Батон медленно, будто коала, выпростал руки и тоже развёл ладони в стороны. Какое-то время слышалось только тиканье будильника.
— Чё хотели-то? — бесцветным голосом поинтересовался Ждан.
Кочерга, стараясь не делать лишних движений, заговорил:
— Хотели несколько вопросов задать, потому что кое-кому вы кажетесь очень подозрительными. И пока эта подозрительность не приобрела другие черты, лучше кое-что прояснить.
— А пушки прихватили для пущей доверительности? — тем же тоном уточнил Ждан.
— Пушки прихватили на случай, если подозрения вдруг окажутся верными и беседа выйдет из конструктивного русла.
Ждан едва двинул автоматом.
— Она уже вышла. Поэтому сначала спрошу я. Кто нас подозревает и в чём?
Батон снова кисло вздохнул, а Кочерга, усмехнувшись одними губами, продолжил.
— Военные. А подозрения связаны с минами, которые ты Кабану забарыжил и с вашей крайней прогулкой возле Янтаря. Согласись, в свете последних событий в Зоне, это может показаться странным.
— Бибик решил, что мы с чехами заодно? — напрямую спросил Ждан.
— Не знаю, что он решил, но вы у него ни в какие версии не укладываетесь. И эта непонятка вкупе с прочими обстоятельствами его сильно напрягает.
