ордена не походил на воина, доспехов на нем не было, да и фигура статью не отличалась. Полноватый молодой мужчина в круглых небольших очках был облачен в одежды капеллана ордена, духовного наставника для братьев, но не только, в его обязанности входили и внешние отношения с местной властью и населением.
— О, Мировой Дух! — без всякого видимого негатива воскликнул он. — Эта шутка стара, как сам наш орден. Но не стоит, не стоит, — рассмеялся мужчина. — Ты можешь сколько угодно прятаться за острым языком, Илара, но твое доброе сердце нево
зможно скрыть. Не от меня.
Очень доброе, любовь к ближним из нее прямо льется. То-то я от нее чуть ли не тумаки получаю и при этом еще должен быть благодарен за то, что она вдруг решила спасти меня.
— Тебе что-то надо? — проигнорировала его слова девушка. — Извини, но у меня еще много дел.
— Все мы сейчас погружены в дела, — Гэргор мгновенно помрачнел. — Особенно после смерти стольких наших братьев. Как жаль, что столь печальное событие собирает нас вместе. И оно же, вместе с печалью, наполняет наши сердца способностью продолжить свое дело с новыми силами.
Илара отвернулась в сторону, чтобы скрыть появившуюся на лице печаль. Но быстро взяла свою мимику под контроль.
— Именно поэтому я сейчас занята, стараясь, чем могу, помочь своим братьям и сестрам, — ответила ему паладинка несколько поникшим голосом, и тут же вернулась к прошлой язвительности. — Поэтому прошу, избавь меня от проповедей. Они вгоняют меня в сон.
Хотя тут и слепому было бы понятно, что она просто не хочет показывать свои эмоции отчего-то их стесняясь и всячески скрывая.
— Я беспокоюсь о твоем состоянии, девочка, — печально покачал головой Гэргор. — Многие братья тяжело переживают произошедшее. Погружение в дела хоть и похвально, но может привести не к тому результату, какому хотелось бы. Многим сегодня требуется помощь, но не стоит загонять себя сверх необходимого. Как-никак, ты — воин ордена. Да и твоему напарнику следовало бы на это указать в первую очередь, — он смерил меня одновременно осуждающим и заботливым взглядом.
Мне начинает казаться, что этот капеллан неплохо ее знает. Как минимум, пропускает все язвительности мимо ушей, для чего нужно либо терпение (которого мне бы точно не хватило), либо искренняя забота. А скорее все сразу. Я развел руками и кивнул в сторону Илары, на что мужчина понимающе кивнул.
— Может лучше пройдем ко мне, и ты расскажешь о том, что чувствуешь, и я попробую тебе помочь?
Илара дернулась, явно злясь.
— Мне не нужна ничья помощь! Тем более твоя! — резко ответила Илара. — Я со всем справляюсь сам, так было раньше, так будет и впредь. Не трать мое время на эти глупости!
— Понимаю, — вновь Гэргор проигнорировал ее резкость. — Ты всегда не могла стоять на месте и рвалась вперед. Но не забывай, что порой следует притормозить и оглядеться по сторонам, чтобы не упустить то, что важно именно для тебя. Жизнь скоротечна, и если не наслаждаться мгновениями покоя, то она слишком быстро пролетит мимо тебя.
— Не учи меня! Тем более таким глупым банальностям! — нахмурилась блондинка, слегка краснея. — Нам пора идти дальше!
Капеллан покорно кивнул, но все же продолжил:
— А могу ли я попросить твоего напарника помочь мне с кое-каким грузом перед тем, как вы пойдете дальше? — спросил он, не дав девушке сделать и шага. — Как видишь я больше человек слова, — с самоиронией показал он на себя, намекая на тучную фигуру. — А ящики, которые мне доставили слишком тяжелы. Зато Бин — другое дело. Ему не составит труда все принести за один раз.
— Я даже не знаю… — немного растерялась Илара. По всей видимости девушка продумывала мягкий отказ, но никак не находила достаточно важного повода, чтобы это не вызвало подозрений. — Мы спешим. Мы очень заняты!
— О-о-о, это не займет много времени, — пообещал мужчина.
Илара бросила на меня взгляд, в глубине которого загоралась паника. Время уходило, парня в камере проверят, очень скоро проверят, и найдут не меня. А дальше: тревога, оцепление здания и прощай свобода. «Злой и Добрый» могут даже воспользоваться такой шикарной возможностью, которую мы им предоставим. Да и те два парня, вырубленных мной накануне, пока мы бродили внутри…
Я сделал неопределенный жест рукой, одновременно чуть качнув головой, обозначая отрицательный кивок.
— Бин? Ты какой-то совсем неразговорчивый.
— Я попросила его заткнуться, и он на вред молчит с самого утра, — тут же нашлась паладинка.
Либо напряжение оживило ее мышление, либо это уже не первый случай.
— Мы правда спешим, Гэргор. Извини, поймай пару кретинов, их тут много бродит без дела. На втором этаже мы как раз видели парочку, заливающую за воротник, — осуждающе произнесла она.
— Очень неприятно это слышать, — нахмурился капеллан. — Пожалуй, оздоровительная физическая терапия действительно пойдет им на пользу, — он кивнул, прощаясь, и двинулся в сторону лестниц.
Мы переглянулись, и по губам девушки я отчетливо прочитал: «Уходим, быстро!». Пожалуй, последнее действительно было наглостью, после которой нам следовало бежать со всех ног. Собственно, я ее в этом стремлении только поддерживал.
На выходе Илара лишь отмахнулась от дежурного:
— Я по срочному поручению! Некогда расписываться в документах!
Я поспешил развести руками, как бы извиняясь перед братом ордена, и тот мне понимающе и даже с изрядной долей сочувствия во взгляде кивнул. Мы покинули здание и двинулись по улице, едва удерживаясь от того, чтобы не сорваться на бег.
* * *
Еще раз оглядываюсь на большую улицу, все еще не до конца веря в собственную удачу. В темном переулке, ставшем нашим временным укрытием, никому не было дела до двух паладинов, а погони еще не наблюдалось.
— Не могу поверить, что нам это удалось. Все было как-то слишком просто, — покачал я головой.
— Если ты все же включишь свою голову, — насколько я заметил, Илара просто не может без язвительности начать фразу, — то поймешь, что Грисон и Сольяк, называемые тобой «Злой» и «Добрый», постарались привлечь как можно меньше людей к своему расследованию. Ты все еще лишь подозреваемый, хоть и с натяжкой. Поэтому в погоню они пойдут сами, может возьмут еще двух или трех рыцарей из своих друзей. Но не всех. Большинство, обнаружив тебя вместе со мной, поймет, что дело нечисто, и могут запросто саботировать приказ о поимке, пока не получат распоряжений от старших братьев или моего наставника.
— Весело у вас в ордене, — не удержался я от ироничного хмыка.
— В вашем дворянском гадюшнике ничуть не лучше! — ответно огрызнулась паладинка.
Да, тут мне крыть нечем, аристократы, особенно при дворе, топят друг друга с радостным улюлюканьем. Это, конечно, утрировано и есть много нюансов, которые могут перевернуть данную картину с ног на голову, но все-таки.
— Хорошо, мы успешно сбежали, — сказал я, стягивая с себя доспех, который уже стал неприятно натирать. Признаю, выполнен он был с отменным качеством, которое я не мог не отметить. Вот что значит, когда имеется отдельное производство, заточенное только под нужды ордена. — Что дальше? Нам не помешало бы убраться из города.
— Я еще думаю над этим, — фыркнув, отвернулась от меня Илара.
— То есть ты вытащила меня без вообще какого-то плана на дальнейшие действия? — я удивленно смотрел на нее. — А ты точно паладин ордена, а не послушница?
— Слушай, ты! — моментально развернулась ко мне блондинка, чуть ли не хлестнув волосами по глазам и ткнув меня пальцем. Кстати, было больно. — Я много лет трудилась, чтобы стать паладином! И не какому-то грязному хаотику, успевшему посидеть в тюрьме, сомневаться в этом!
— Тихо-тихо, — мягко произнес я, делая осторожный шаг назад. Может девушка этого и не заметила, но в ее глазах в этот момент заполыхала магия порядка, с учетом моего нынешнего состояния она меня размажет и не заметит. Может быть, я и преувеличиваю, но проверять не очень хочется, сейчас силы явно неравны. — Предлагаю мир. Считай, что я ничего не говорил.
— Замолчи! — воскликнула девушка, и зло посмотрев на меня, стала напряженно над чем-то думать.
Я на всякий случай выдержал паузу, но даже две минуты спустя она не предложила ничего.
— Может, хотя бы снимем с меня эти оковы? — предложил я, показав на шею и руки. От цепи я был избавлен еще в камере, а вот эти магические ограничители снимались либо предназначенными для этого ключами, либо, очевидно, соответствующим инструментом и специальными «заклинаниями», состоящими из матов и обращений к такой-то матери. — А то как-то без магии мне не комфортно.
— Пожалуй ты прав, снять их действительно стоит… —
