Ынчхон/19 лет», «Мо Хеён/54 года».
Всю семью перевели в палату восстановления. В палату восстановления, не в морг.
Сухо рассказал, где сейчас мама и Ынчхон:
– Твоя мама поехала домой, чтобы привезти одежду и еду. А ведь я уговаривал ее, что лучше мне… Не волнуйся. С ней поехал полицейский. А Ынчхон сейчас проходит обследование. Он ушел уже давненько, так что скоро вернется.
Ынхе и Сухо купили кофе в торговом автомате и вышли в сад.
Он располагался внутри квадратного здания. Сидя там и глядя на небо, Ынхе ощущала, что у нее как будто появилось собственное маленькое небо в рамке.
Ночной воздух освежал. Тут и там виднелись звезды.
Хотя их было не очень много, а свет казался слабым, все равно создавалась загадочная атмосфера.
Ынхе и Сухо сели рядом на скамейке.
Сухо рассказал о результатах исследования доктора Пэк Сана.
Оказалось, что Ынчхон не страдает аутизмом в строгом смысле этого слова.
Авария пятнадцать лет назад уничтожила его речевой центр. А психологическая травма, которую он получил тогда, заставила Ынчхона изолировать себя от мира.
Хотя он и закрыл свою душу ото всех вокруг, все же проявления его недуга были не такими, как при типичном аутизме с задержкой умственного развития. Значит, если снова начать проходить базовые вещи на цветовом языке, вскоре Ынчхон сможет догнать своих сверстников по интеллектуальному уровню.
– И что это значит? Получается, он с особенностями, но не умственно отсталый? Его душа ото всех закрыта, но он не аутист?
Слова Сухо звучали как загадка. Похоже, ему тоже было трудно это объяснить, и он почесал голову:
– Говорят, Ынчхон гений. Синдром саванта или типа того…
– Синдром саванта – это гениальность, которая проявляется у детей с аутизмом. Но ведь Ынчхон не был аутистом с рождения.
– Как иначе объяснить, что ему удалось запомнить так много значений цветов, если он не гений? – ответ Сухо на вопрос Ынхе прозвучал неожиданно.
Оказалось, что, когда Ынчхон получил травму мозга, область, которая отвечает за язык, соединилась с областью восприятия цвета. Поэтому, когда Ынчхон думает о каком-то слове, он видит уникальные цвета этого слова.
Сухо сплюнул и сказал, что случай удивительный, не имеющий прецедентов в мире:
– Это можно назвать синестезией. Существует гипотеза, что Моцарт тоже воспринимал звуки как цвета. Поэтому он мог импровизировать, даже не думая о нотных знаках, и запомнить за раз даже очень длинное музыкальное произведение. Потому что задействовались два чувства, а не одно.
Слова представляются в цветах! Значит, Ынчхон не запоминал цветовой язык, а просто видел цвета языка.
Ынхе рассмеялась, представив, что Ынчхон видит радугу, даже когда кто-то изрыгает ругательства. В отличие от Ынхе, которая в школьные годы всегда ходила с мертвенно-бледным лицом из-за насмешек над братом-аутистом, для Ынчхона школа, должно быть, напоминала галерею, где каждый день вывешивали новые картины.
Мама была права, говоря: «Когда Бог закрывает одну дверь, он открывает другую». Когда Бог закрыл Ынчхону рот, он дал ему уникальные глаза.
Вокруг Ынхе царил мир. Ее семья была в безопасности, а рука друга, который оставался рядом с ней, дарила тепло.
Надежда и любовь, эти два сверкающих слова, казались такими близкими, словно их можно было коснуться рукой.
Ынхе снова почувствовала сонливость. Она ощутила, что теперь может погрузиться в по-настоящему глубокий сон. Ынхе положила отяжелевшую голову на плечо Сухо и задала последний вопрос:
– А что стало с Капитаном Америкой?
Плечо Сухо вздрогнуло.
Минуту спустя Ынхе слушала нерешительный рассказ Сухо, не в силах в него поверить.
* * *
Детектив Чхве, прихрамывая, пересек линию полицейского оцепления.
Он хотел еще раз осмотреть дом Ко Минджуна.
Доказательств было достаточно. В доме Минджуна полицейские обнаружили бейсбольную биту, которой размозжили черепа Чан Сохи и Ким Джинчхоля, блокнот с подробными планами убийства, различную униформу, в которую преступник переодевался для маскировки, кадры, снятые в подвале, где в заточении сидели Кан Ынчхон и Мо Хеён, а также образцы крови, которые были собраны, чтобы подставить Ынхе.
Детектив Чхве пришел сюда не из-за улик.
Ему показалось, что если он осмотрит дом, то сможет узнать о Ко Минджуне больше. Что он за человек, где может быть сейчас…
Минджун бесследно исчез. Последний полицейский, который его видел, получил удар по голове и потерял сознание, а его пистолет оказался в руках преступника.
Полиция прочесала всю округу, но так и не смогла найти Минджуна.
После этого убийца ни разу не появился на камерах. Картой он не расплачивался. Мобильный телефон, конечно, был выключен. Ко Минджун не давал полиции ни одной зацепки, которая бы позволила его выследить.
Детективы отправились даже в порт Инчхон. Судя по разговору между Ынхе и Минджуном в единой диспетчерской, существовала вероятность, что Минджун попытается тайно пробраться на корабль.
Вместе с береговой охраной полицейские обыскали все суда, не только те, что стояли на якоре, но даже те, что плыли по территориальным водам, но никого не смогли обнаружить.
Вдруг детектив Чхве почувствовал чье-то присутствие. Кто-то пересек полицейскую линию и вошел в дом.
Детектив Чхве достал пистолет и спрятался в тени дерева.
Темный силуэт появился посреди двора и огляделся.
– Детектив Чхве, где вы? – раздался знакомый голос.
Это был Гёнмин, одетый в полицейскую форму. Он держал банку пива и улыбался.
– А я-то уж подумал! – Детектив Чхве ошарашенно убрал пистолет и вышел.
Затем недовольно посмотрел на пакет в руках у Гёнмина и ни с того ни с его заворчал:
– С пивом нужно есть сушеного минтая. А ты чипсы со вкусом креветок принес? Совсем ничего не смыслишь.
Гёнмин плюхнулся на деревянный помост. Детектив Чхве сел рядом с ним и тоже открыл банку пива.
– Полагаю, все еще никаких новостей о Ко Минджуне? – спросил Гёнмин.
– Чтобы начать искать, нужно хоть за что-то зацепиться. Из родственников у него только тетя, с которой они давно не общаются. И как он умудрился за всю жизнь не завести ни друзей, ни женщины?
– Кажется, я знаю, где он.
– Где?
– Где-то там, – патрульный Ким, продолжая держать в руке банку пива, указал подбородком вперед.
Перед глазами двух полицейских раскинулась панорама города.
– В Ансане? Думаешь, он до сих пор здесь?
– Его образ мышления нельзя считать нормальным. Обычный человек уже покинул бы страну или спрятался где-то, чтобы выжить.
– Но если он не сбежал и не спрятался? – торопливо спросил детектив Чхве.
Тогда Гёнмин расслабленно ответил:
– В России есть серийный убийца по фамилии Пичушкин. От его рук погибло шестьдесят три человека. На шестьдесят третьем преступлении его взяли [52]. Говорят, после этого он долго сожалел. Знаете, о чем? Ему не хватило
