Но женщина не могла предугадать, что он сделает дальше. Тело любовника вжимало ее в подушки, а его поцелуи лишали ее воли и желания противостоять его натиску. На мгновение их глаза встретились, а затем Джек скользнул вниз, раздвинул ее бедра и принялся ласкать языком бугорок между ними.
Франческа лежала на кровати, выгибаясь всем телом и зарывшись лицом в подушку, чтобы приглушить стоны наслаждения. Она впивалась ногтями в его плечи, а его губы и язык дарили ей немыслимое блаженство. Фрэнки громко закричала и вернулась в реальность. Волосы Джека были взъерошены, а сам он выглядел чрезвычайно довольным.
— Тебе было хорошо? — спросил он.
Она лишь кивнула:
— Давно не испытывала ничего подобного. Кажется, целую вечность.
Его пальцы ласкали внутреннюю поверхность ее бедер, в дразнящей близости от крошечного источника ее наслаждения, и женщина затрепетала.
— Ты хочешь еще, — заявил Джек.
— Это невозможно, — запротестовала она.
— Возможно, поверь мне, — возразил мужчина.
И Франческа поверила. С Джеком Слоаном она испытывала неземное наслаждение. Ей вдруг вспомнилась прочитанная когда-то статья, что женщины достигают расцвета половой зрелости позднее, чем мужчины. Очевидно, ее время настало.
Мужчина легонько коснулся ее клитора большим пальцем, и она снова застонала.
— О да, ты хочешь еще, — сообщил он, снова принимаясь ласкать ее языком.
В этот момент Фрэнки поняла, что хочет, чтобы Джек всегда находился рядом.
— Я позову тебя снова, — простонала она, — обязательно позову, если переживу такое.
— Конечно переживешь. Верь мне.
А ведь Франческа даже не успела полностью раздеть его! Когда же она все-таки раздела возлюбленного и ее руки исследовали потаенные уголки его восхитительного тела, она поняла, что пропала. В этом не было сомнений.
Они не сказали больше ни слова: слова были излишни. Их тела, словно созданные друг для друга, переплелись в едином страстном порыве. Будущее не имело значения, важно было только настоящее. Джек нашел преступника, а Франческа выяснила, что она снова может чувствовать страсть и наслаждаться близостью с мужчиной.
Глава 21
Джералд настоял на том, чтобы лично отвезти Сюзанну в аэропорт. Он всегда был заботливым человеком, и миссис Адамс была благодарна ему.
— Пожалуйста, передай Бетти спасибо за чудесный ужин. Если бы не ее приглашение, я провела бы вчерашний вечер, сидя в гостиничном номере и ожидая, когда на мою шею опустится топор.
— Она будет рада узнать, что ее болтовня помогла тебе отвлечься. Именно на это она и рассчитывала, — признал Джералд, и Сюзанна вдруг заметила, как он постарел. Энергичный мужчина, который поддерживал ее все эти годы с тех пор, как она пришла на службу в компанию, явно начал сдавать. — Я понимаю, сколько тебе пришлось пережить за последние несколько лет, Сюзанна, — сказал он, не отрывая взгляда от запруженной машинами дороги. Они ехали в аэропорт О'Хара. — Мы все были восхищены тем, как мужественно ты справлялась с трудностями. Компания довольна твоими результатами и результатами твоих подчиненных в Грейвэк-Лодж.
Миссис Адамс было приятно слышать его похвалу.
— Я мало знаю о твоей работе в пансионе, — продолжал Джералд, — и не осведомлен о твоих отношениях с Франческой, но, отчитываясь перед руководителями компании, она вела себя изумительно. Прямо заявила, что не крала ничьих персональных данных и уверена, что ты также ведешь честную игру. И шеф полиции на совете директоров сообщил, что она постоянно твердила ему о твоей невиновности.
На какое-то время Сюзанна лишилась дара речи. Наконец, ей удалось выдавить из себя:
— Она действительно защищала меня?
Джералд кивнул:
— Она положительно отзывалась о твоей работе. Я подумал, что тебе следует об этом знать.
Сюзанне стало не по себе. Она сама, ничуть не смущаясь, принялась выгораживать себя, бросая тень на Фрэнки, в то время как та отстаивала их невиновность! Босс недаром поделился с ней этой информацией: женщина понимала, что ей придется изменить свое отношение к Фрэнки.
— Говорила ли я тебе, как ценю твое участие? — воскликнула миссис Адамс.
— Нет. — Джералд на мгновение отвлекся от дороги и посмотрел собеседнице прямо в глаза.
Сюзанна прочла в его взгляде дружеское участие. — Но мне всегда приятно слышать комплименты.
— Я очень-очень тебя ценю!
— Я тоже ценю тебя, девочка моя, я тоже. Босс высадил Сюзанну у аэропорта и уехал, оставив ее наедине со своими мыслями, которые не давали ей покоя на протяжении всего полета. Итак, Фрэнки вовсе не бросала ее на растерзание волкам. Если рассуждать здраво, любой руководитель на месте Франчески поступил бы так же — он стал бы защищать своих подчиненных.
Так почему же Сюзанна с готовностью уверовала в виновность Фрэнки? Причина наверняка крылась не в работе управляющей пансиона. Служебные обязанности Фрэнки с самого первого дня выполняла безупречно, и ее деятельность не вызывала никаких нареканий. Однако миссис Адамс убедила себя, что за маской профессионала скрывается лживая натура.
Почему же она с готовностью поверила в худшее?
Сюзанна была благодарна Джеку за то, что, проводя расследование, он не поддался гипнозу казавшихся такими очевидными фактов, иначе сидеть бы ей сейчас за решеткой. И собственное предубеждение беспокоило ее даже больше, чем осознание, в каком неприглядном свете она выставила себя перед советом директоров. Оглядываясь назад, Сюзанна понимала, что ее страх перед увольнением и слепое доверие к мнению Карен сослужили ей дурную службу. Сюзанна, как когда-то в школе, снова пошла на поводу у подруги, развернувшей травлю Франчески.
«Неужели я совсем не повзрослела и ничему не научилась?» — с тоской подумала миссис Адамс.
Ее не радовали выводы, пришедшие в голову на знакомой дороге, ведущей в родной город. Поэтому, когда раздался звонок мобильного телефона, Сюзанна тут же ответила, благодарная этому вмешательству извне, прерывающему ее невеселые размышления. Звонила ее свекровь, присматривавшая за Брук и Брендоном в ее отсутствие.
— Привет, мама. Все в порядке?
— Да, никаких проблем, — ответила свекровь. — Я просто хотела узнать, когда ты вернешься.
— Я еще не подъехала к городу. Хочешь, чтобы я что-то купила?
— Нет. Но я не знаю, надо или нет мне забирать Брук. Папа еще не вернулся с собрания в Элке, — значит, он решил перекинуться в карты и раньше одиннадцати можно его не ждать. А Брендон уже спит, и я не хочу оставлять его одного.
