— Это что же — букет на платье?
— Не очень впечатляет, да?
— Только если тебе нравятся герберы.
Джек посмотрел на цветок:
— Так вот как он называется?!
— Именно так, — кивнула женщина. — И кто же счастливица?
— Франческа.
Сюзанна, наклонив голову, посмотрела на танцплощадку, где Брук и Габриэль пытались научить Фрэнки движениям какого-то молодежного танца.
— Мы не общались с ней близко, Джек, но как руководитель она великолепна.
Мужчина улыбнулся, принимая одобрение подруги, которая наконец-то сумела преодолеть прошлое и нашла в себе силы жить дальше.
— Обязательно как следует отдохни сегодня. Обещаю, полиция тебя больше не побеспокоит.
— Все благодаря тебе. Знаешь, тебе лучше подарить цветок своей избраннице, пока он не завял.
Слоан последовал ее совету и устремился на танцплощадку.
— Дамы, не возражаете, если я разобью?
— Джек? — воскликнула Франческа, зардевшись, когда он протянул ей герберу.
— Привет, дядя Джек! — закричала Брук, поднимаясь на цыпочки и целуя его в щеку.
— Привет, малышка! Ты стала настоящей красавицей! Думаю, скоро мне придется приставить к тебе патруль, чтобы держать кавалеров на расстоянии.
— Маме только не говори, а то она одобрит эту идею.
Он засмеялся при этих словах, а затем обратился ко второй девушке:
— Добрый вечер, Габриэль! Рад снова видеть тебя. Не возражаешь, если я приглашу твою маму на танец?
Зеленые глаза девочки озорно заблестели.
— Она полностью в вашем распоряжении, шеф Слоан. Не упускайте возможность!
— Габриэль Консетта! — начала было Фрэнки, но ее дочь уже растворилась в толпе.
Джек обнял Франческу за талию, привлекая к себе. Они двигались в ритме музыки. Женщина воткнула цветок в лацкан пиджака, ничуть не беспокоясь по поводу свисавшего длинного стебля.
— Так что привело тебя сюда?
— Я соскучился по тебе.
Ее глаза сияли в мерцающем свете огней.
— Я серьезно, Джек.
— Здесь мой дедушка.
— Неужели? А где он?
— Разговаривает с судьей Пирсом. Не возражаешь, если я представлю тебя деду?
Их взгляды встретились. Он не мог бы с уверенностью сказать, какие чувства отразились в ее серых глазах, — это была, вероятно, смесь восторга и неуверенности, — но она понимала: мужчина хочет представить ее своей семье по определенной причине.
— Франческа, я хочу воспользоваться своим шансом, — просто сказал Джек. — Я хочу быть частью твоей действительности, а не способом убежать от нее.
Кажется, впервые в жизни Слоан осознал, что ему небезразлично собственное будущее. Он всегда верил, что его должность исключает серьезные отношения. Он был свидетелем распада многих браков из-за того, что муж работал в полицейском управлении. Работа полицейского накладывала определенные ограничения. Теперь Джек вспоминал известные ему браки, прошедшие эту проверку и выстоявшие.
Мужчина подозревал, что на самом деле проблема коренилась в его собственных взглядах и убеждениях. Как справедливо замечали и его родители, и Сюзанна, работа составляет только часть жизни. Таковой ей, по крайней мере, следует быть.
— Я хочу, чтобы кто-то скучал по мне и с нетерпением ждал меня, когда я задерживаюсь на работе, чтобы кто-то зависел от меня и любил меня так, как ты.
— Ты слишком уверенно об этом говоришь, Джек.
— Потому что я действительно уверен, что ты любишь меня. — Он крепче прижал ее к себе. Ею тело вспомнило восхитительное ощущение близости ее тела. — Я хочу, чтобы вы с Габриэль стали моей семьей. Кто, как не шеф полиции, сумеет стать лучшим отчимом для красивой девочки-подростка?
Франческа отодвинулась от любовника и, глядя на него сияющими глазами, произнесла:
— Это явно свидетельствует в твою пользу. — Затем она с улыбкой добавила: — Я с радостью познакомлюсь с твоим дедушкой.
Джек был счастлив, что сумел убедить Фрэнки открыть свое сердце для него и воспользоваться уникальными возможностями, которые предлагало им будущее. Он будет постигать их вместе с Франческой.
В конце концов, она была его идеальной женщиной.
Эпилог
Год спустя
Одного взгляда на Блустоун-Маунтин, утопающий в летней зелени, хватило Франческе, чтобы вспомнить, почему ее родной город такой особенный. На безоблачном небе сияло солнце, засыпая склон Катскилских гор снопами ярких лучей. Глядя на эту захватывающую картину из окна ресторана в пансионе, Фрэнки улыбалась.
Она ускользнула из банкетного зала, чтобы немного передохнуть от танцев и понаблюдать, как ее семья и друзья наслаждаются прекрасным праздником. Был день ее свадьбы, и будущее представлялось ей таким же ярким, как солнце на небосводе.
Это был ее второй брак, но первое свадебное торжество. Габриэль настояла на организации «настоящего» праздника и белом платье для невесты.
Платье украсила бисером Нонна, которая всегда верила, что ее внучка когда-нибудь остепенится и встретит-таки своего идеального мужчину. Поэтому она заранее расшила лиф платья и заботливо убрала его до лучших времен… Развернув тяжелый сверток и увидев сияние бисера и блесток, которые бабушка пришивала с такой любовью, Франческа не сумела совладать с чувствами. Они с Нонной и Габриэль придумали фасон платья, достойного этого лифа, ведь на свадьбе, где все полицейское управление в голубых мундирах выстраивается почетным караулом, невеста должна быть великолепна.
Под венец Франческу вела бабушка, а Габриэль была подружкой невесты, так же как и Кимберли, Джудит и Стефани, которые прилетели вместе со своими семьями из Финикса.
Гости отлично проводили время, наслаждаясь торжеством. Франческа с Джеком отказались от таких традиционных и отнимающих много времени мероприятий, как прием с вручением подарков, мальчишник и девичник, обед после репетиции церемонии бракосочетания, поэтому последние дни перед свадьбой они просто наслаждались общением с дорогими им людьми.
Родители Джека предоставили в их распоряжение квартиру на Манхэттене, чтобы разместить гостей после поездки на бродвейское шоу. Им пришлось нанять целый автобус, чтобы перевезти всех желающих.
Франческа должна была бы чувствовать себя усталой, но любовь и радость придавали ей сил.
Она скользнула взглядом по толпе гостей и заметила, что Габриэль танцует с сыном Стефани. Юноша сильно вырос и возмужал с тех пор, как они уехали из Финикса.
Ее красавице дочери недавно исполнилось семнадцать лет, и она начала интересоваться мальчиками — ее общение с сыном ее подруги служило тому явным подтверждением. То, что ее мать встречается с шефом полиции, дочь воспринимала как само собой разумеющееся. Отношения матери и дочери перешли на иной уровень. Теперь они часами могли разговаривать на разные темы, наслаждаясь обществом друг друга.
