хойдов, что и не отличит их от брильемцев. Может только в Ховде видят различие. Это королевство граничит с холодными степями.
Возле реки спешились. Кони тут же вошли в воду, принялись жадно пить воду, изредка дергая головой – отгоняли оводов.
Всадники остались на берегу. С кряхтением усевшись на землю Иво стал раскуривать трубку. Глянув на Хакара краем глаза десятник невнятно бросил:
— Садитесь, отдыхайте. Обоз еще полчаса переплавляться будет. Потом наш черед.
— А как потом все войско здесь переберется? — полюбопытствовала Ите. — Нас сейчас четыре сотни. А сколько будет? Тысячи две, три?
— Когда начнется поход мы здесь и не пойдем, — хмыкнул десятник, откладывая огниво и крепко затягиваясь. — Выше по течению реки мост. Хороший. Но до него верст пятнадцать крюка. Лучше тут переправится.
— А вы давно на Гильдию работаете? — неожиданно перескочила на другую тему девушка.
Иво задумался, пуская дымные колечки.
— Лет десять вроде, — пожал плечами мужчина. — До этого несколько лет наемничал на севере.
— А ранг у вас какой?
— Чего ты такая любопытная? — фыркнул Иво.
Девушка только невинно хлопнула пушистыми ресницами.
— Третий Железный, — вздохнул мужчина. — Хватит уже меня допрашивать.
— Так скучно же…
— Ну так и ступай в деревню, прогуляйся!
— Не люблю столпотворения, — скривилась Ите.
Лежавший на берегу Дэлгэр недовольно всхрапнул и отвернулся от расшумевшихся болтунов.
— Вон с него тогда пример бери, — усмехнулся десятник, выпустив в сторону девушки дымное облачко.
Лучница недовольно закашлялась, но отшагнула назад.
— Иво, — замялся на секунду до этого молчавший Хакар. — А откуда у тебя такое прозвище странное?
— Да что ж вы все заладили! Так не догадаться, м? — чиркнул себе по шее мужчина, аккурат по белому шраму.
— Я думала после таких ран обычно не разговаривают. Да и живут недолго, — суеверно поежилась девушка, вновь пододвигаясь на шаг.
— А я и не выжил бы, если бы не Римит – клирик, что с нами странствовал, еще когда я наемничал. Золотой человек, — вздохнул Иво. — Я тогда на мечах сошел с бастардом баронским, в лесах на востоке Салкона. Тот разбойничал на дорогах окрестных, а нас его пришлепнуть наняли.
Десятник грустно вздохнул и вытряхнул докуренную трубку. Позади Хакара приподнялся на одной руке Дэлгэр, ненадолго прогнавший дрему.
— В общем клинком я тогда недолго махал. Ублюдок баронский мне острием шею рассек, еще б чуть-чуть и правда головы бы лишил, — на удивление спокойно продолжил бывший наемник. — Я в траву повалился, кровь фонтаном хлещет, в глазах потемнело. Только и успел подумать, что все, добегался. Но Рим мне помереть не дал. Парни говорили, главарь разбойничий еще меч свой не опустил, а Римит уже ко мне бросился.
— Неужели вылечил? Врет поди, — скептически хмыкнула Ите.
— Не хочешь не верь! — рыкнул десятник. — А все так и было. Рим очень сильным клириком был, я таких не встречал больше. И лечить меня он начал почти сразу, пока вся кровь еще из тела не вытекла.
— А бастард баронский? — пробасил сзади Дэлгэр.
— Его наши арбалетчики подстрелили, которых я прикрывал. Почти сразу как меня «убили». Не задержи я его тогда, может и не успели бы они перезарядится.
— Где же сейчас ваш друг? Нам бы в походе такой мастер пригодился, — заметила девушка.
Иво в ответ лишь пальцем ткнул в небо.
— Ой, извините, — смутилась Ите. — Я как-то не подумала…
— Да ладно, давно это было, — отмахнулся десятник. — Хотя если подумать… Может из-за этого я Охотником и стал.
Три вопросительных взгляда уставились на замолчавшего воина. Заметив это Иво недовольно скривился.
— Я так погляжу не только девчонка излишним любопытством страдает. И чего вы в деревню не пошли? Сейчас бы отдыхал в тишине.
— Но вы же нас сами позвали, — пожала плечами девушка.
— И уже жалею об этом. Не одна ты не любишь суету вокруг… Римита Слуга прикончил. Распял на жертвенном столе и обратил в… в проклятую тварь. И хватит об этом!
Поднявшийся на ноги десятник был смурнее тучи. Удостоившаяся его взгляда Ите вся сжалась, уже жалея, что завела этот разговор в угоду своему любопытству.
Вскоре переправа завершилась. Вновь заняв походный порядок разведчики поскакали дальше. До вечера должны были быть еще пара привалов – коням нужно было дать отдохнуть. Но в целом до границы Редалии добрать должны были добраться за пять дней. Все из-за телег, которые хоть и были облегченной конструкции, где упор был сделан на скорость, а не вместительность, с не запряженными лошадьми конкурировать не могли. Без обоза выигрыш по времени составил бы день-полтора, но тогда рано или поздно разведка осталась бы без припасов. Приходилось жертвовать скоростью.
Спустя полчаса, как тронулась процессия, Хакар поравнялся с десятником и задал давно интересующий его вопрос:
— А куда именно наша сотня направится? Знаю, что в Покинутые земли, но выходит, что там намечено больше одного пути?
— Этого я не знаю, — пожал плечами Безглавый. — Если хочешь, вечером к Като подойдем, может просветит.
— А он с нами говорить то будет? — засомневался Хакар. — Где глава всей разведки и где мы…
— Ну с тобой то лично он вряд ли заговорит, — хмыкнул Иво. — А вот я с ним давно знаком. Работали вместе еще когда вот эти побрякушки были из олова. Потом Като в Редалию подался, а так на севере и мотался. И как видишь его ставка сыграла – он рангом теперь повыше меня будет.
— Удобно иметь везде знакомых, — не нашелся, что ответить брильемец.
— Не мудрено, за столько-то лет. В общем вечером найдешь меня, я и сам с Като поговорить хотел, глядишь он не будет против лишних ушей.
Приободренный Хакар вернулся на свое место в конном строю и чуть иначе взглянул по сторонам. Веселящиеся и распевающие песни воины все еще вызывали у него смешанные чувства, но больше на раздражали. Хакар и сам, неожиданно даже для себя, замурлыкал какую-то песенку на брильемском. Одну из немногих у его народа, в которой пелось о отправившемся в дорогу любознательном пареньке. Правда герой песни никогда не покидал Лесов, путешествуя по их опушке с юга на север, в отличие от Хакара.
В глубине души парня
