– Сколько он стоит?
– Семьсот золотых.
Гилим присвистнул.
– Они не просто дорогие, они очень дорогие, – высказал свое мнение Карой.
– А мой амулет в счет нового, с заклинанием второго круга, возьмете? – спросил я.
– Ты в самом деле хочешь купить такой амулет? – удивилась магесса.
– Да, – сказал я. – Считаю, лучше что-то купить полезное, чем хранить золото.
– Тогда я заберу твой амулет в счет нового приобретения, – согласилась магесса. – Тебе придется доплатить пятьсот пятьдесят золотых.
– Дарт, на кой он тебе? Хватит и старого, – попытался отговорить меня Карой.
– Не хватит, – не согласился я. – Не забыл я, как меня риги грызли, и повторять ошибку, довольствоваться слабой защитой не собираюсь.
– А денег тебе хватит? – спросил Гилим. – Мы ведь добычу еще не продали.
– Если моей доли не хватит, я добавлю, – сказал я.
Магесса достала из стола серебряную шкатулку и, открыв замочек, вынула оттуда амулет. Забрав его, я осмотрел шестигранную золотую пластинку с нанесенными рунами и вплавленным в металл алмазом. Убедившись, что запас энергии полон, я повесил свое приобретение на шею.
Закрыв шкатулку, магесса убрала ее в ящик стола, смахнув туда же мой старый амулет. Затем она отыскала мне свиток с заклинанием ментального очищения.
– Пойдем в денежный дом? – спросила у меня магесса. – Там и сочтемся. Я с вашим отрядом рассчитаюсь, а ты мне за амулет заплатишь и за свиток.
– А сколько у вас здесь денег есть? – спросил я.
– Пять сотен, – ответила магесса.
– Тогда, думаю, не стоит никуда ходить, – сказал я. – Вы отдаете нам двести шестьдесят золотых, а я с отрядом сам рассчитаюсь.
– Верно, – сказал Гилим. – Чего зазря в денежный дом ходить.
– Если вас это устроит, пожалуйста, – сказала магесса и, выдвинув из стола ящик, достала три небольших мешочка. Два она сразу подвинула к нам, а из третьего забрала сорок монет.
– Как только шкатулку принесете, я сразу к работе приступлю, – пообещала магесса, отдавая нам последний мешочек.
Уладив денежные дела с магессой, мы пообещали в течение пары часов определиться со шкатулкой для кинжала и принести ее. Вернувшись в дом Кароя, мы положили на стол два мешочка с золотом и сели на стулья.
– Как сходили? – спросил Вард.
– Отлично, – ответил Гилим. – Девять сотен только за свитки выручили.
– Здорово, – обрадовались охотники. – За малую часть добычи столько взяли.
– Зато за большую часть добычи мало выручим, – сказала Дария. – Сколько добра на себе тащили, а все одно не так много за него дадут.
– Так что, надо было бросить там все серебро? – спросил девушку Улис.
– Нет, – сказала Дария. – Обидно просто, что тяжелые предметы намного дешевле стоят.
– Что ни говори, а поход у нас вышел очень удачный, – сказал Карой. – Никто не погиб и добыча отменная. Если кинжал действительно так дорого стоит, то как бы не по тысяче золотых на долю вышло.
– Да ты что?! – изумился Вард. – Вот это богатство…
– Только его надо доставить в столицу, – сказал Карой.
– А доберемся мы с ним? – спросил Рашид. – Не хотелось бы разбогатеть и сразу погибнуть от руки товарища, у которого рассудок помутился.
– Мы под это дело пятьдесят золотых потратили, – сказал Карой. – Магесса нам обещала к завтрашнему полудню наложить заклинание на шкатулку. Через защищенный чарами металл кинжал не сможет на нас влиять.
– Это разумные траты, – сказал Вард. – Без риска попасть под влияние кинжала до столицы легче будет добраться.
– Сейчас надо купить шкатулку и отнести магессе, – сказал Карой. – Кто этим делом займется?
– Давайте я, – предложил Рашид. – Заодно и жене подарок присмотрю.
– Хорошо, – согласился Карой. – Только подыщи такую, чтоб целиком из металла была, и кинжал чтоб в нее поместился.
– Серебряные побрякушки стоит по скупщикам парами разносить, – сказал Гилим. – Так будет больше шансов, что скупщик не обжулит, да и выручку не смогут по дороге украсть или отнять.
– Верно, – сказал Вард. – Воры у нас шустрые.
– Тогда разобьемся на две пары, – сказал Карой. – Я со Стэном пойду, а Гилим с Вардом. Дарт с Дарией и Улисом останутся присматривать за добычей и золотом.
– Только сперва я избавлюсь от ментальной привязки к кинжалу, – сказал я и выложил на стол клинок.
Я вышел на улицу и зашагал по улочке. Шел по ней, пока не почувствовал головную боль. Подойдя к ближайшему дому, я присел на корточки и прислонился спиной к стене. Не обращая внимания на взгляды проходившей мимо парочки, я вытащил из сумки свиток с заклинанием ментального освобождения. Запитав структуру заклинания энергией, я на миг потерял сознание.
Очнувшись, помотал головой и встал с мостовой. Не чувствуя больше боли, прошел по улочке еще три сотни ярдов. Голова так и не начала болеть, и это убедило меня, что теперь я могу без опаски удаляться от кинжала.
Вернувшись в дом Кароя, я застал охотников, распределяющих по мешкам добычу.
– Все в порядке? – спросил меня Карой.
– В полном, – заверил я. – Можете идти к скупщикам.
– Сейчас пойдем, – сказал Карой. – Надо постараться побыстрей с этим управиться, деньги поделить и отдать на хранение в денежный дом.
Каждая пара охотников взяла по мешку с добычей и отправилась к скупщикам, а мы остались на охране. За время их отсутствия мы очень плотно поели и выпили по паре кубков вина. Видать, за время похода мы изрядно оголодали: вроде наешься, а через некоторое время опять рука к еде тянется. Так мы и сидели, потихоньку уничтожая снедь.
Гилим с Вардом вернулись первыми и притащили мешочек с почти тремя сотнями золотых. Переведя дух и выпив вина, они взяли еще один мешок и вновь отправились продавать добычу. Едва они вышли, как пришли Карой и Стэн и тоже выложили на стол мешочек с золотом. Похваставшись выручкой, охотники взяли последний мешок и ушли.
Вскоре пожаловал Рашид, уселся за стол, с удовольствием похлопал по мешочкам с золотом и налил себе вина. Не успел он поделиться с нами своими планами на будущее, как вернулась первая пара охотников. Мешочек с выручкой присоединился к своим собратьям, а Гилим и Вард присоединились к застолью. Кароя и Стэна пришлось дожидаться довольно долго, не меньше двух часов. Однако едва мы начали беспокоиться, как они вернулись.
Сев за стол, Карой спросил у Гилима:
– Сколько вы выручили?
– Триста девяносто три и четыреста тридцать, – ответил Гилим.
– А мы четыреста сорок два и пятьсот одиннадцать, – сказал Карой. – Всего, значит, выходит две тысячи пятьсот восемьдесят шесть золотых.
– С ума сойти, – прошептал Улис.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
