Подскочив, я схватил меч и вытащил его из ножен.
– Не жить тебе, гаденыш. Оплошал я, что сразу тебя не шваркнул о стену, но теперь я с тобой расплачусь. Ты мой кинжал сожрал, а я сожру тебя, – пообещал я. – Отправляйся к Даргу!
Я приподнял меч, чтоб разрубить это подлое создание, и тут в комнату влетела Дария.
– Дарт, ты что творишь? – воскликнула она, увидев, что я замахнулся на демона.
Не успел я и рта раскрыть, как она подбежала к кровати и загородила слипа собой.
– Отойди, – зло сказал я. – Не жить этой скотине. Сегодня я из него жаркое сделаю.
– Дарт, опомнись, – прошептала девушка, смотря мне в лицо. – Ты добрый. Это заклинание тебя злым делает.
– Какое к демонам заклинание? – не понял я.
– Которое на кинжал наложено, – сказала Дария. – Помнишь? Оно тебя предать нас заставляло, а теперь, похоже, злым делает.
– Меня не заклинание, а этот гаденыш злым делает, – сказал я. – Отойди от кровати.
– Нет, – сказала Дария. – Я не позволю тебе убить милого слипа.
– Милого слипа? – ошалел я. – Ты посмотри, что этот милый гаденыш жрет!
Дария повернулась к слипу и ахнула. Я сдвинулся немного в сторону и увидел, как демон засунул в пасть остатки рукояти кинжала и начал жевать.
– Это, это… невероятно… – прошептала девушка.
– Уродец прожорливый, – буркнул я и опустился на стул.
– Но как такое могло случиться? – спросила девушка. – Ведь они только фрукты едят. Ну иногда, если голодные, траву и кору на деревьях. Но камень…
– Откуда я знаю, – сказал я, немного успокоившись. – Может, их специально создали, чтоб они ритум жрали. Магесса ведь говорила, что у Древних было много отходов.
– Что же теперь? – Дария села на кровать.
– Казнить скотину подлую, – пробурчал я. – Хоть какое-то удовлетворение.
– Нет, Дарт, не надо, – вздохнула девушка. – Он ни в чем не виноват.
– Виноват, – сказал я. – Нечего жрать все, до чего лапы дотягиваются.
– Дарт, успокойся, – сказала Дария. – То, что ты убьешь слипа, не вернет кинжал.
Налив себе вина, я жадно выпил. Вздохнул, посмотрел на слипа.
– Хорошо, я не буду его убивать, – сказал я и зло усмехнулся.
– Правда? – недоверчиво спросила девушка. – Не верю я тебе. С чего ты так улыбаешься?
– Я его подарю, – сказал я. – Оттого и улыбаюсь.
– Хорошо, подари, – согласилась Дария. – Только добрым людям.
– Добрее не бывает, – заверил я девушку.
– Только, пожалуйста, не обмани меня и не расправься с ним, – попросила Дария.
– Обещаю ничего ему не делать, – сказал я.
– Вот и хорошо, – сказала Дария.
Налив себе еще вина, я посмотрел на девушку и заметил, что она надела красивое атласное платье и сделала пышную прическу.
– А ты чего так нарядилась? – поинтересовался я. – Не на бал ведь идем, а в таверну.
– Тебе не нравится? – опечалилась девушка.
– Что ты, очень нравится, – заверил я. – И платье красивое, и ты просто прелесть.
– Правда?
– Конечно, правда, – сказал я. – Ты очень красивая, и прическа чудесная.
– Спасибо, – немного покраснела Дария. – Мы ведь сегодня с отцом последний день охотники. Больше в пустоши ни ногой. Вот я и решила, что это будет самый прекрасный день в моей жизни.
– Хорошая задумка, – одобрил я план девушки.
– А ты в этой одежде в таверну пойдешь? – спросила Дария.
– Да, – ответил я. – Вроде чистая и почти новая одежда. Не стыдно на улицу выйти.
– Жаль, – едва слышно прошептала девушка.
– Что? – не расслышал я.
– Нет, ничего, – Дария тряхнула головой и поднялась с кровати. – Пойдем?
– Да, пойдем. – Я выбрался из-за стола и, вложив меч в ножны, начал закреплять перевязь.
Девушка шагнула к столу и с любопытством спросила:
– А что это ты пишешь?
– Письмо, – сказал я, возясь с перевязью.
Дария тем временем подняла листок и прочла написанное.
– Вот, значит, как… – прошептала девушка, бледнея на глазах.
– Что с тобой? – встревожился я.
– Нет, ничего, – пробормотала Дария. – Все в порядке.
– Ты уверена? – спросил я. – Может, тебе плохо?
– Нет-нет, Дарт, все в порядке, – взяла себя в руки она.
– Пойдем тогда?
– Да-да, пойдем. – Дария быстро вышла из комнаты.
Я покосился на развалившегося на кровати слипа и едва слышно сказал:
– Готовься, скотина неблагодарная, скоро тебе за все воздастся.
Слип посмотрел на меня, зевнул и закрыл глаза. Ругнувшись с досады, я вышел из комнаты и запер за собой дверь. Дария не стала меня дожидаться и к тому времени, когда я разобрался с замком, дошла до лестницы. Нагнав девушку у входа, я открыл дверь, и мы вышли на улицу. Я подхватил ее под руку, и мы пошли в таверну. Дария о чем-то задумалась и не отвечала на мои вопросы. Так и не завязав разговор, я тоже умолк. Войдя в зал, мы направились к столу, за которым уже сидел Улис.
– Чего вы такие смурные? – удивился охотник, поглядев на наши лица.
– Остальные придут – узнаешь, – сказал я.
Встревоженный Улис попытался выпытать у нас причину нашего уныния, но это ему не удалось. Мы дождались, пока соберется весь отряд, и лишь тогда я сказал:
– Поездка в столицу отменяется.
– Почему? – спросил Карой.
– Кинжала больше нет, – сказал я.
– Как нет? – изумился Вард. – Куда он мог деться?
– Слип сожрал, – сказал я.
– Какой слип? – возмутился Улис. – Ты нас за ослов держишь, что ли?
– Может, ты просто не хочешь делить выручку на всех? – спросил Стэн.
– Я видела, как слип жрал кинжал, – сказала Дария. – Если бы не видела собственными глазами, Дарту не поверила бы сама.
– Я сам ошалел, когда увидел, как он кинжал жрет, – сказал я. – Кто мог знать, что слипы могут ритум или тэриум есть. Мы кинжал мечом не могли разрубить, а слип его стрескал как ни в чем не бывало.
– Хм. Не похоже, что Дарт врет, – высказал свое мнение Гилим. – Не идиот же он, чтоб такую отговорку выдумывать. Кто бы ему поверил? Если бы он желал сам продать кинжал, то придумал бы нечто более правдоподобное или вообще не стал бы ничего объяснять, а просто уехал бы с товаром.
– У него шкатулки еще нет, – сказал Улис. – Завтра заберет ее и уедет.
– На кой ему шкатулка? – спросил Карой. – Его амулет защитит не хуже шкатулки. К тому же я своей дочери верю.
– А может, вы нас разыграть решили? – неуверенно улыбнулся Улис. – Может, это шутка?
– Если бы, – вздохнул я.
– Значит, о продаже кинжала можно забыть, – сказал Гилим.
– Жаль, – опечалился Вард. – Так хотелось, чтоб по тысяче на долю вышло. Как у отряда Рамуса.
– У Рамуса в отряде пять человек было, – сказал Гилим. – А у нас восемь. Так что общая добыча у нас больше выходит.
– Добыча и без кинжала добрая, – сказал Карой. – Грех жаловаться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
