– Ничем они не закончились. Ничем хорошим!
Скрипнув зубами, я скрылась за дверцей, и яростно дернула боковую молнию, едва не порвав нежную ткань.
– Так быстро?
Абсолютно неделикатный интерес этой жертвы научного эксперимента выглядел настолько невообразимым, что я даже не знала толком, как на него реагировать. Первая злость прошла так же внезапно, как и началась, и я спокойно продолжила отвечать на вопросы, внезапно опознав в его заинтересованном лице (морде) неординарного сочувствующего слушателя.
– У него есть невеста.
– Даже так?
– Угу. И он уже вполне себе человек.
– Интересно, и откуда же ты узнала про невесту?
Я снова напялила свою любимую пучеглазую пчелку, и мягкие фланелевые штаны приятного сиреневого оттенка. Платье было забыто в удобно утопленном в стену платяном шкафу до очередного мероприятия с определенным дресс кодом. Уже закрывая тонкую дверцу, я заметила на нижней полке нечто серебристое. Это оказались мягкие тапки, абсолютно такие же, как и у Гера, только моего размера. Типа это местная форма обуви, обязательная для всех? Примерив их, я восхитилась, насколько приятными и удобными они были. Определенно, классная вещь, за которую стоило поблагодарить предусмотрительного дарителя. В любом случае, рассекать босиком при наличии подобного подарка было теперь не очень комильфо.
Вернувшись на кровать, я вспомнила, о чем был предыдущий вопрос:
– Гермиан сказал, что дома Ктиарана ждет невеста.
Фуниан не скрывал своего скептицизма:
– Столько лет?
Я задумалась. С одной стороны, ждет или не ждет, это меня не касается. Просто сам факт, что меня не уведомили о наличии невесты как таковой. Хотя…может просто не успели? Вспомнились тесные объятия в уютной кухоньке, и горячее дыхание полуящера на моих губах… По спине тут же побежали незваные мурашки. Не о том я сейчас думаю, не о том. Потом появилась шерстяная мелочь и испортила нам все удовольствие. Или предотвратила ошибку? В любом случае, что ни делается, то к лучшему. А что, если бы он не появился? Рассказал бы мне тогда Кти или нет? Ведь потом нам так и не удалось остаться наедине, возле нас постоянно крутился горностай. Этого я уже никогда не узнаю. И я решила поменять тему.
– А как ты здесь оказался?
– Молча, кто мне запретит?
– Я бы запретила, если бы знала, что по базе с сомнительной целью разгуливает несанкционированный представитель местной фауны.
Горностай попробовал было обидеться, но передумал.
– Я решил тебе помочь. Как, по-твоему, это достойная цель?
– Хм…не помню, чтобы просила об этом.
– А я доброволец.
Лениво потянувшись, он нагло забрался ко мне на колени и, подняв голову, проникновенно заглянул в глаза своими крошечными темными бусинками.
– Ты одна, я это сразу видно. Иначе не набросилась бы на этого сомнительного с виду рептилойда за одно лишь хорошее отношение и вкусную еду.
Я возмущенно задохнулась, но тот не дал мне говорить, продолжив тираду:
– Я знаю достаточно о них, чтобы быть тебе полезным. А ты взамен можешь меня изредка подкармливать и просто быть рядом. Ведь я тоже один, а значит нам следует держаться вместе.
Он уставился на меня, явно ожидая ответной реакции. А я даже не знала, что сказать, позабыв все слова. Со мной такое бывает, в моменты эмоционального всплеска я порою забываю, как нужно говорить. Тогда я просто взяла маленького зверька в ладони, и легонько поцеловала в мокрый нос, едва сдержав очередные слезы. Но видимо, они подумали, что я сегодня достаточно наплакалась, и милостиво решили не показываться.
– Ты будешь мне хорошим другом, я знаю.
Он мимолетно потерся о мою щеку, и спрыгнул обратно на кровать.
– Пошли поедим?
Нельзя было не рассмеяться. Зверек веселился крайне забавно, сощурив бусинки глаз и приоткрыв рот, оттуда виднелись пара нижних полупрозрачных клычков и острый розовый язык.
– А что насчет Кти? Он разве не друг тебе?
Мы осторожно вышли из комнаты и теперь тихо крались в сторону кухни.
– Полуящер? Еще чего! Он меня бесит.
– Почему?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мелкий демонстративно закатил глаза, нервно дернув пушистой кисточкой хвоста.
– Он повернутый.
– В смысле?
– На своей мести. Он даже из меня пытался сделать шпиона-диверсанта, чтобы я наблюдал за базой Гермиана, и ему докладывал. Хорошо, умений не хватило.
– Значит, это правда.
– Ну да, никакого секрета здесь нет.
Вдруг застыв посреди коридора, я уставилась в пространство перед собой.
– Значит и со мной тоже, это…
– Ну типа того, месть, и все такое.
Сволочь! Гадская инопланетная плесень!
– А предупредить ты не мог?!
– Меня он тоже не особенно посвящает в подобные тонкости своих планов, знаешь ли.
Укоризненно покачав головой, зверек демонстративно обошел мою ногу в новом серебристом тапке и потопал вперед.
– Ну прости, – произнесла я ему вслед.
– Да ничего, – сердито отозвался тот. – Я тоже узнал совсем недавно, когда нашел его записи. У него там все по пунктам расписано: доделать портальную пушку, украсть девушку и так далее. Благо, он с чего-то решил, будто никто не разберет его его каракули. Хорошо, что Герм его на транквилизаторы посадил, а то наворотил бы тут дел этот мстительный гад. Не переживай, всем в жизни свойственно ошибаться, главное вовремя осознать ошибку.
Да уж, что тут можно сказать. С каждым разом все интереснее. На душе было гадко.
Мы оказались на кухне, и я к своей досаде вдруг вспомнила, что не знаю пароля от хранилища. Хаотично потыкав в стену, где по идее, должна скрываться сокровенная дверца, я не добилась никаких результатов. Тогда пришлось начать ощупывать металлическое покрытие на предмет трещин, которые могли бы очерчивать силуэт искомой двери. Но ни трещин, ни черточек, ничего. Да и в кармане штанов вдруг что-то подозрительно закопошилось. Не успела я ощупать его на предмет подозрительных шевелений, как за спиной раздалось вкрадчиво-удивленное:
– А что это ты делаешь, Ри?
Я застыла на месте и медленно обернулась, позволив себе лицезреть вошедшего Германа. Он уже переоделся в светлую футболку и лабораторный халат, и теперь для чего-то вернулся сюда.
– Я…Мне…
Ну давай же, Рин, не тупи!
– Решила перекусить.
Горячая краска начала заливать мое лицо, решив предательски начать со щек.
– Ну еще бы, весь день без еды.
Герм снисходительно усмехнулся, приблизился, и неуловимо ткнул куда-то в стену рядом с моим плечом. Раздался тихий писк, и открывшаяся дверь мягко ткнулась мне в спину.
– Закрой потом за собой, хорошо?
Он вытянул оттуда пластиковую бутылку с чем-то прозрачным, подмигнул мне, и деловито утопал обратно в коридор.
– Так он тебе и поверил, – пробурчал Фуниан, высовывая острую мордочку из кармана штанов.
– А что не так то?
Я обернулась к холодильнику и обозрела масштабы съестного.
– Когда хотят есть, сразу говорят, что хотят есть, а не тянут кота за уши, и не краснеют, как помидор.
– А может, я просто стесняюсь своей прожорливости.
– Это ты то?
Усмехнувшись в усы, зверек полез выбирать себе ужин, а я осталась стоять на стреме.
– Что-то не так?
Взобравшись на полку с разнообразными мясными деликатесами, и вцепившись в ближайшую сосиску, Фуниан захихикал с набитым ртом.
– Я еще понимаю, стесняться прожорливости, если бы ты не вмещалась в дверной проем, но ты посмотри на себя! Ты же в полном праве требовать от каждого материальную помощь продовольствием!
Гаденыш.
– Стройность не порок!
– А средство к безнаказанному обжорству!
Трудно было сердиться на это голодное недоразумение, поэтому я мудро промолчала, сделав вид, что не расслышала, пока мелкий предавался тому самому безнаказанному. Праздник маленького мохнатого пуза длился недолго. Да что за проходной двор то!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ты что тут делаешь?
Очередной посетитель не отличался оригинальностью.
– Ем!
