и инфляцией. А штрафы назначают на все что могут.
— То есть? — нахмурилась Катя.
— Я слышал, что у нас в позднем Союзе в свое время встала такая проблема, — ответил Илья. — Люди были в целом накормлены, хлеб, молоко и крупы на прилавках имелись, кое-какие овощи и мясо тоже, никто не голодал, не мерз и не ходил в обносках. И денег у людей хватало, тем более что государственные цены были фиксированные. Но потратить заработанные деньги людям было толком некуда, потому что всё хоть сколь-либо ценное, интересное и редкое из вещей и продуктов было в дефиците и его приходилось не покупать, а доставать разными сложными путями. Что в свою очередь крайне плохо сказывалось на экономике в целом и моральном состоянии общества. Ну, а у вас — все то же самое, но немного не так. У вас тоже никто не голодает, а необходимый набор качественных продуктов и услуг есть, сам видел. И с жильем проблема решена. Только этого людям мало, им всегда хочется особенный диван под задницу и сорок сортов колбасы на прилавке. Но там, где у нас когда-то был дефицит, блат, кумовство и спецраспределители, у вас есть официальный путь — плати штраф за роскошь и бери что хочешь. А чтобы было чем заплатить штраф — заработай права и полезность. В итоге дефицита и инфляции как бы нет, потому что если очень надо, то достать можно все и совершенно легально, без талонов и очередей. Но в скрытом виде они есть. Бедненько, конечно, выходит, но зато на первый взгляд справедливо и честно. А еще государство на товарах народного потребления может здорово сэкономить — знай себе, штампуй типовые наборы и немножко роскоши, вместо полноценной потребительской корзины.
— Теоретик из тебя никакой, — продолжала улыбаться Катя, выслушав монолог Ильи. — Ничего ты не понял. Ну сам подумай, какая может быть у нас инфляция, если у нас нет денег? Чушь говоришь.
— Экономика штука безжалостная, — развел руками Илья. — А ее законы столь же фундаментальны, как законы физики. Запретить деньги можно. А инфляцию запретить нельзя даже в коммунистическом обществе. Просто теперь она будет выражаться не в цифрах на ценниках, а в увеличении штрафов за роскошь. Или в увеличении рабочих часов, нужных для того, чтобы получить гражданские права и повышенный коэффициент полезности для доступа к нужным товарам. Или в товарном дефиците…
— Мне нравится слушать, как ты философствуешь, — сморщила носик пионерка. — Нодавай лучше перенесем этот разговор на вечер, а сейчас поговорим о другом, более насущном. Знаешь, Илюша… наверное, нам надо пока снять номер в гостинице поблизости, раз уж дома все равно ночевать негде. Не матрас же в угол кидать. А я с завтрашнего дня плотно займусь покупками и буду обустраивать наше семейное гнездышко на свой вкус. В конце-концов, надо же куда-то тратить подаренные Пузырем деньги.
— Я тебе помогу.
— Не надо, — помотала головой пионерка. — Отдыхай пока, ты это заслужил. О глобальной экономике подумай на досуге, потом мне расскажешь… Я хочу все сделать сама, доставь уж мне такое удовольствие. К тому же Леша как-то говорил мне, что у вас пары часто ссорятся во время совместного ремонта и покупок. Не хочу проверять наши отношения на прочность из-за такой ерунды…
Так все и вышло. Наутро в гостинице Катя тихонько встала и спустилась к завтраку в восемь утра, не потревожив свернувшегося рядом клубком под одеялом Илью. Потом снова поднялась в номер, поцеловала сонного жениха в щечку и сказала, что собирается пробежаться по мебельным магазинам. Когда вернется — еще не знает, но если ее не будет к обеду, то пусть он обедает без нее. Все, пока-пока дорогой…
— Куда в такую рань, вейга? — пробурчал Илья. — Вчера не выспались и сегодня полночи тоже зажигали… ТЦ еще все закрыты.
— Дела сами себя не сделают, — прощебетала в ответ пионерка. — К ним нужен обстоятельный подход. Все, я пошла, если что звони, — Илья услышал, как хлопнула входная дверь.
Оставшись один, бывший наемник поспал еще часок. А когда, наконец, открыл глаза, уставившись в потолок, то серьезно задумался над тем, что ему делать.
Валяться тюленем в постели? Ну нет, это скучно. Присоединиться к Нике, Толе и Лехе? Так у них свои планы на отдых. Более того, его друзья как раз хотели оставить Илью с Катей одних — все же у них с пионеркой что-то вроде медового месяца. Съездить домой, проведать мать с сестрой? Но Мелькор просил не покидать Краснодара. «Странно все же, что Катя вдруг с таким рвением решила заняться шопингом» — подумал Илья. «Но, с другой стороны, она права — ей тут жить и пора врастать в наш мир по-настоящему».
Поразмышляв еще минут двадцать, Илья решил, что проводить время без толку не имеет смысла. Если пионерка решила всерьез взяться за их семейное гнездышко, то мешать ей не стоит, на то она и девушка, чтобы этим заниматься. Пусть возится столько, сколько захочет. У него свои дела. В конце концов, их отдых не вечен, а он командир отряда и главный кольценосец Мелькора. Война с шаори еще не закончена. Да и дел в «Пузыре» предстоит переделать немало. А у него есть серьезные недочеты сразу по нескольким пунктам. Во-первых, давно пора бы обзавестись машиной и правами. Хотя бы для элементарных вещей — возить в «Пузырь» продовольствие и снаряжение, да и передвигаться по городу со своим авто удобнее. Он командир или кто? Стыдно не уметь таких элементарных вещей. Причем ни машина, ни права вообще ни разу не проблема — если не брать премиум класс, то денег хватит купить любой новый автомобиль прямо сегодня. А водительское удостоверение можно получить в МФЦ с помощью ультатона или просто позвонить Терентьеву и тот сделает права через свои связи. Но есть одно «но» — сначала надо хотя бы немного научиться ездить. Вложить знания и водительские навыки ему в голову не сможет ни «магия» ультатона, ни сила Мелькора. Надо тренироваться, ничего не поделаешь. А стало быть, стоит найти какого-нибудь инструктора, хотя бы при автошколе и договориться о частных уроках. Десятка занятий по два часа в день должно хватить для базового навыка. Ему экзамен в ГИБДД не сдавать, дальше сам как-нибудь научится.
Но автомобиль, это еще не самое главное. Илья отлично помнил, как он беспомощно махал своим призрачным мечом, когда пришлось драться с Исполнительницей Желаний. Если уж он волею Мелькора становится в бою туманным мечником, то надо и в этой области
