Самое древнее из литературы, что дошло до наших дней, это поэма «О все видавшем», в народе названная песнью о Гильгамеше. Супергерой, крутой парень, что мочил направо и налево злодеев, магов и драконов, с диким великаном даже подружился, одолев, вдруг ощутил непонятный ужас, когда этот дикий друг по имени Энкиду погиб.
В те времена бурно рыдали даже самые мужественные из мужчин, мода на скупые мужские слезы пришла совсем недавно от демократии, и Гильгамеш проливает слезы реками, кричит, вырывая волосы прядями:
– Как же смолчу я, как успокоюсь?
Друг мой любимый стал землею,
Энкиду, друг мой любимый, стал землею!
И сразу после этого Гильгамешу приходит в голову мысль, ужасающая его своей отвратительностью и которая никогда раньше не приходила:
– Так же, как и он, и я не лягу ли,
Чтоб не встать во веки веков?
Но если еще как-то можно примириться и даже свыкнуться с мыслью, что твои близкие умрут, то эта мысль, отнесенная к себе, заставляет барахтаться изо всех сил: Гильгамеш отправляется в долгие странствия, даже опускается в подземные страны, где ищет цветок бессмертия. Увы, сказочная поэма все же не совсем брехлива: он только увидел издали этот цветок.
«Махабхарата» рассказывает о некоем дереве, сок которого продлевает жизнь человека на десять тысяч лет, а потом можно хлебнуть этого сока снова и снова…
Русские и эллинские мифы рассказывают о молодильных яблоках, но о них упорно говорят и заслуживающие доверия греческие историки Страбон и Мегасфен, как и Эллиан, историк Древнего Рима. Такое же дерево с яблоками, дарующими бессмертие и молодость, растет и в Асгарде, где их едят скандинавские боги.
Еще больше слухов о «живой воде». Понятно, что русские уверены, что она за тридевять земель, где-то в районе Багдада, арабы уверяли, что источник живой воды в загадочной Гиперборее, где-то под Киевом, морские народы считали, что источник там, где люди весло принимают за лопату, а люди срединных степей помещали такой источник на крохотном острове среди океана. Римские императоры призывали себя именовать не «ваше величество», а «ваша вечность», полагая, что это поможет им достичь бессмертия. Увы, путь был неверен…
Хотя, как замечено исследователями, да и туристами, некоторые народы выглядят значительно моложе своих соседей. К примеру, долголетие абхазцев вошло в поговорку, женщины народа хунза рожают до девяноста лет, а мужчины и в сто двадцать лет еще могут заводить детей. На одном из островов Карибского бассейна люди выглядят значительно моложе остальных, живут дольше. Они объясняют, что на их острове бьют источники особой воды. Если бы она не смешивалась под землей с простой водой, то они вообще были бы бессмертными…
Потом пришло великолепное и мрачное Средневековье, суровое и гордое, когда люди уже не только искали бессмертие за тридевять земель, а сами проводили время в изысканиях за научными трудами, в лабораториях за тиглями, ретортами, колбами, пытаясь создать философский камень, а с его помощью получить ВСЕ, в том числе и вечную жизнь.
А что, если кому-то удалось?
Я сделал крепчайший кофе, который, как говорят мои друзья, можно резать ножом, ноздри жадно ловили возбуждающий запах, а сам напряженно думал, что все-таки слишком много ходит слухов о якобы полученном бессмертии. Дело в том, что, конечно же, никто не собирался разглашать тайны бессмертия. Каждый намеревался достичь его только для себя, по ряду причин как эгоистических, так и простого опасения вмешиваться в природу вещей.
В истории зафиксированы случаи, когда точно известны даты рождения и даты смерти. Например, Джан Даолин родился в 34-м году, а умер в 156-м, основатель философской системы дао упорно занимался также поисками эликсира бессмертия. Эликсира не нашел, но отыскал рецепт и, когда дожил до шестидесяти и ощутил себя дряхлым стариком, составил лекарство и выпил, после чего стал молодым юношей и прожил еще шестьдесят, но затем решил не противиться природе, как выполнивший все уготованное ему на земле…
Но вот Эпименид, известный поэт с Крита, такими сомнениями не терзался, он продлил себе жизнь до трехсот лет. Почему не больше, неизвестно. Не смог, видать.
Один мусульманский святой, годы жизни 1050—1433, жил в Индии, прославился своими деяниями, долгой жизнью, а святым его объявили уже потом.
Роджер Бэкон сообщает об одном немце, которому удалось благодаря некоему эликсиру прожить пятьсот лет. А вот совсем недавний, так сказать, пример: Ли Цаньюаль умер в 1967 году, оставив после себя вдову, бывшую его пятнадцатой женой. Как утверждают записи в актах о рождении, он появился на свет в 1408 году, так что прожил пятьсот шестьдесят лет…
Конечно, самое странное сообщение было в газете «Хабаровский рабочий», в котором говорится о найденной деревне староверов, которые бежали от преследования властей еще при церковном расколе Никона. Они забрались в самые глухие места уссурийской тайги, жили по своему уставу, лелеяли старые обиды, и, когда к ним добрались первые геологи, некоторые старики хорошо помнили как протопопа Аввакума, так и других видных деятелей старого толка, которых, по идее, не могли знать и помнить их потомки. Один дотошный ученый начал сравнивать их рассказы и с великим изумлением увидел, что их воспоминания о Москве до мельчайших подробностей совпадают с результатами раскопок, с данными старых церковных актов и даже названий мелких улочек и переулков Москвы, Коломны…
Более того, один из староверов рассказал, в какой церкви его крестили, и, когда удалось отыскать те старинные церковные книги, с великим удивлением обнаружили запись, по которой выходило, что ему сейчас триста девяносто лет! Что удивительнее, другие староверы, что выглядели порой моложе, вспоминали времена еще более старые, а один все рассказывал про дикие кочевые народы, что в его детстве дважды жгли его город, и геолог не мог только понять, говорит ли старик о татаро-монголах, половцах или даже гуннах?
Как эти люди достигли такого долголетия, пока не выяснено, но что его искали не только в дикой уссурийской тайге с ее женьшенями, пантокрином и прочими эндемичными вещами, но и в цивилизованной вдоль и поперек изъезженной Европе – тоже известно. Много лет и сил потратил, реки пота пролил в окружении реторт, тиглей, перегонных кубов дотошный немец, что педантично и упорно, не желая повторять ошибки своих предшественников, прочел их труды, зачастую написанные тайнописью, шифрами, пытаясь отыскать эликсир бессмертия… А потом принялся за поиски его сам… Да и потом в своей знаменитой поэме «Фауст» этот алхимик, известный больше как поэт Гёте, говорил как раз о наболевшем, об эликсире если не бессмертия, то хотя бы молодости и долголетия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
