Она удивленно вскинула брови.
– Вот те двое мужланов – принцы?
– Принцы войны, – уточнил он.
Глава 8
Лицом к нему за столом степенно насыщается великий Энчи, в одной руке двуручный меч, в другой – чаша с красным вином, а справа и слева две полуголые красотки, что стараются привлечь внимание героя, ведь у него и золота много, и редких украшений, да и дети от героя могут стать тоже знатными и прославленными бойцами.
Боком к Ютланду расположился второй герой Артании, Великий Воин, так всегда его называют, Гонгрена. Еще молодой, не расстающийся с двуручным топором, в великолепных куявских доспехах, которые носит с гордостью, так как снял с поверженного им богатыря, который одним видом ввергал артанских силачей в смятение.
Остальные гуляки поглядывают на героев с великим уважением, разговаривают между собой, стараясь не повышать голоса, а когда встречают прямой взгляд Энчи или Гонгрены, поспешно опускают головы.
Наконец прибежал запыхавшийся слуга, спросил, что желают, но сразу предупредил, что осталось только мясо оленя и немного сыра со вчерашним хлебом.
– Давай, – сказал Ютланд, – мы не привередливые.
Мелизенда посмотрела на него с негодованием, громко фыркнула и задрала нос, но в сторону кухни поглядывала с нетерпением.
И все-таки, пока подавали на стол, она ухитрилась заснуть, а очнулась, когда ощутила всем существом приближение огромной и недоброй силы. Ютланд тоже насторожился, все тело напряглось, медленно, по-волчьи повел глазами в сторону входа.
В зал спустился и неторопливо двигался в их сторону крупный человек в темно-зеленом плаще. Капюшон надвинут на глаза, полы спускаются до самой земли, однако Ютланд рассмотрел торчащие справа и слева на поясе рукояти огромных тяжелых мечей.
– Это место свободно? – спросил он сильным, чуть хрипловатым голосом и, не дожидаясь ответа, сел на лавку с той стороны стола. – Спасибо. Здесь хорошо кормят, кстати, хотя подвоза нет…
Ютланд смотрел враждебно, полы плаща теперь распахнулись, оттуда сверкнули золотом очень дорогие латы, ко всему еще и в причудливых выпуклых изображениях сцен битв.
Незнакомец откинул капюшон, лицо суровое и жестокое, губы плотно сжаты, но, перехватив напряженный взгляд Ютланда и перепуганный Мелизенды, сделал попытку улыбнуться.
– Меня зовут Фаремайт, – назвался он сильным, хотя и приглушенным голосом. – Я увидел вас… и что-то меня заинтересовало. Не часто попадаются такие… гости.
Мелизенда с достоинством вскинула мордочку, посмотрела на него свысока, а потом победоносно – на Ютланда. Видишь, дикарь, умный человек издали разгадал в ней высокорожденную. Породу не скроешь, как ни изощряйся, благородное происхождение выдает себя в каждом жесте.
Хмурый слуга принес жареного мяса, сыра и хлеба, обычный набор недорогих гостиниц и постоялых дворов, поставил кувшин с вином и удалился.
– И что так уж заинтересовало? – спросил Ютланд недовольно.
Мелизенда посмотрела на него снисходительно, это же и вон тем мухам понятно, что за вопрос?
– Я Фаремайт, – повторил их собеседник, – охотник на темных дивов. А еще член Верховного совета Ордена Истребителей дивов. Власть наша и деятельность простирается на Артанию, Барбуссию, Куявию, Славию и даже дальше…
Мелизенда воскликнула:
– Ого! Как здорово!
Он кивнул ей, но продолжил, обращаясь к Ютланду:
– Мне Советом поручено представлять интересы Ордена в Артании и вербовать в наши ряды новых членов.
Ютланд холодно смотрел ему в лицо, Фаремайт так же спокойно и бесстрастно всматривался в его глаза, словно старался увидеть что-то еще за непроницаемым выражением.
– И как идут дела? – спросил наконец Ютланд равнодушно.
Он ел быстро и жадно, рвал руками жареное мясо, мелкие косточки хрустели, как соломинки, Фаремайт только отхлебывал из чаши, на Ютланда и девочку посматривал с легкой усмешкой.
– Идут, – ответил он неопределенно, – но не так хорошо, как хотелось бы. Какие у тебя планы?
Мелизенда вздрогнула, а Ютланд ответил равнодушно:
– Отвести эту вот… в ее гнездо. А сам я не могу брать оружие еще долго.
– Но возьмешь, – сказал Фаремайт.
Мелизенда чувствовала напряжение в воздухе, словно этот странный человек высокого ранга и пастушок сомкнули пальцы и поставили локти на столешницу для схватки.
Ютланд сдвинул плечами.
– Конечно. Как и все.
– Но все в твоем возрасте мечтают, – произнес Фаремайт, – поскорее ощутить в горячих ладонях твердую рукоять боевого топора!
В голосе его Мелизенда ощутила давление, он явно старался получить от Ютланда тот ответ, которого жаждет, однако пастух словно не заметил появившихся в голосе члена Совета железных ноток, уже неторопливее доедал мясо, утолив первый голод, потом взялся за сыр.
– Да, – буркнул он с набитым ртом, – мечтают.
– А ты?
Ютланд нахмурился.
– Сейчас у меня есть нечто поважнее. А потом… да, рукоять боевого топора. Как у всех.
Фаремайт откинулся на спинку лавки, в глазах странный блеск, то ли зловещий, то ли просто таинственный, после долгой паузы, во время которой слышался только треск разгрызаемых Ютландом костей, он коротко усмехнулся.
– Не буду вам мешать. Я услышал то, что хотел услышать.
Мелизенда наблюдала остановившимися глазами, как он легко поднялся, поправил плащ на торчащих рукоятях мечей, кивнул им и вышел из-за стола.
За другими столами на человека в плаще смотрели молча и уважительно. Когда за ним закрылась дверь, Мелизенда сказала язвительно:
– Плохи дела в их Ордене?
– Почему? – спросил Ютланд.
– Если пастушонка, – сказала она, – не знающего, с какой стороны браться за меч, уже уговаривают вступить к себе! Значит, сильные воины к ним не идут?
Он догрыз кость, швырнул ее под стол. Там громко клацнуло, раздался быстрый хруст.
– Идут, – ответил он коротко и поднялся.
Она нехотя встала, невежда мог бы и подождать, когда она встанет первой, ну да ладно, чему его овцы могли научить, но все-таки заносчиво вздернула нос и пошла за ним не как рабыня, а госпожа, повелевшая рабу чистить перед нею дорогу.
Хозяин сам провел их в свободную комнату, Мелизенда морщилась, но помалкивала, ноги от усталости подгибаются, она царственно приблизилась к ложу, с усилием опустилась, держа спину гордо выпрямленной, но сразу ощутила, что встать вот сейчас уже сил не хватит.
– Отдыхай, – велел Ютланд.
Она легла и сказала сонным голосом:
– Я чуть-чуть…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
