Фесс пожал плечами. Голос у него не дрожал, но это пока.
– Не слышал, почтенный Арбель.
Плотно кутаясь в плащ, маг прошёлся туда-обратно по комнате. Фесс был не связан, поворачиваться спиной к воинам Серой Лиги рисковали немногие, однако Командор не рисковал ничем. Никакое оружие не способно опередить заклятье. А Верховному магу не надо даже проговаривать компоненты формулы про себя. За него это сделает то, что учёные люди называют «подсознанием». И потому Фесс сидел и ждал. Всё ясно – если его притащили сюда, значит, он им для чего-то потребовался. Вот и пусть скажут, для чего. А там посмотрим.
– У вас хорошая школа, – одобрительно заметил Командор Арбель. – Спокоен, собран, выдержка на высоте, предоставил инициативу мне, ждёшь, пока я сам заговорю... Что ж, пожалуй, и впрямь стоит кое-что тебе рассказать, Кэр. Мне бы очень не хотелось огорчать твою почтенную тётушку и уж тем более мне не хотелось бы вызывать неудовольствие Архимага Игнациуса, но... – Арбель картинно развёл руками. – Обстоятельства, друг мой, обстоятельства против тебя.
– Какие? – с искренним любопытством спросил Фесс. Его готовили к допросам. И он знал, чтодо определённого пределаон должен идти вместе с допрашивающим. Отвечать на малозначащее, всячески выражая готовность рассказать всё...
Однако этот маг знал слишком много. Он знал о Долине. О том, откуда пришел сюда сам Фесс. И это было плохо. Дело пахло уже не банальными разборками между Семицветьем и Серой Лигой...
– Очень простые. Но, при всей своей простоте, настолько важные, что мне срочно пришлось инкогнито прибыть сюда, в Хвалин. И все они против тебя, Фесс. Причём настолько против, что даже Архимаг, увы, защитить тебя не в силах.
– Никогда не прятался за чужими спинами, – презрительно сказал юноша.
– Чистая правда. Не прятался. И лез, куда не нужно. Точнее, нужно, но не тебе, а твоим Патриархам. – Арбель сел в кресло. Плащ он по-прежнему держал плотно запахнутым. – Нам очень хотелось бы знать, зачем ты следил за Илметом. Не отговаривайся незнанием – Патриархи не пошлют лучшего воина Лиги выполнять приказ, точно какого-нибудь мерсенария.
– И тем не менее это так, – сокрушённо вздохнул Фесс. – Я получил приказ. Следить. А зачем, почему, мне не объясняли.
Это была чистая правда.
Маг долго и пристально смотрел на юношу. Правда, смотрел как-то слишком уж спокойно, не буравил взглядом, не сверкал зраком и вообще держался, как и сам Фесс, крайне спокойно.
– Хорошо, – наконец кивнул Арбель. – Смысла приказов ты не знаешь, эдакий идеальный слуга Лиги, идеальный Серый воин. Ты, Фесс! Подававший такие надежды!.. Боги, даже имя у тебя здесь какое-то собачье! Что сказала бы тетушка!.. – Он вздохнул. – Но здесь это вам не тут, как говаривал один мой знакомый урядник. Коли ты не хочешь рассказать все сам, мне придётся слегка покопаться в твоей памяти.
Фесс оцепенел. Командор Арбель спокойным и будничным голосом только что сообщил ему, что смертный приговор уже подписан. И конец будет куда страшнее, чем при колесовании, четвертовании и медленном сдавливании, вместе взятыми. Это даже не магический допрос, когда схваченного заклятьем побуждают говорить правду. Похоже, Командору Арбелю совершенно всё равно. Фесс может чего-то не знать, однако, если силой вырвать из его памяти все подробности разговора с Патриархом... маги и по единичным словам сумеют понять многое. Им нужно установить,ктоипочемупослал его сюда.
– Уничтожать всю Лигу – неразумно и бессмысленно, – словно прочитав его мысли, заметил волшебник. – Поэтому будет лучше, если мы произведём укорот лишь малой её части, возомнившей, будто они-то и есть истинные Ночные Воины, властелины Темноты... Итак – кто отдал тебе приказ и при каких обстоятельствах? Постарайся как можно точнее изложить сам разговор. Я знаю, Кэр, ты ещё в Лицее отличался превосходной памятью. Надеюсь, она не подведёт тебя и на сей раз.
Фесс опустил голову. Правила Лиги были суровы к тем, у кого развязался язык. Но – иного выхода просто не существовало. Никто не придёт ему на помощь. И Командор Арбель не похож на тех глупых злодеев из детских книжек, что по непонятным соображениям оставляют жизнь опасному пленнику. Маг не собирался церемониться. Или Фесс станет отвечать – или из него всё это выжмут. Без всяких детских игрушек вроде раскалённых щипцов и тому подобного.
– Но ведь ты всё равно не выпустишь меня отсюда, Командор, – Фессу пришлось очень постараться, чтобы голос прозвучал естественно. – Даже если я расскажу тебе всё, даже если перечислю поимённо всех наложниц всего патриархата – разве ты сохранишь мне жизнь? Нет. Я слишком хорошо знаю хватку Радуги. От вас не вырвешься... – он постарался, чтобы в голосе прозвучало бы как можно более натуральное отчаяние. Правда, особо сильно притворяться для этого ему не пришлось.
– Фесс, – спокойно сказал Командор. – Поверь, что мы, маги Радуги, убиваем только в крайнем случае и без всякого удовольствия. Как ты знаешь, мы не нападаем первыми. Мы только даём отпор. И поэтому я могу предложить тебе выбор – ты сам рассказываешь всё, сам, добровольно соглашаешься на Слияние Разумов – это куда более щадящее волшебство, прошу заметить! – после чего мы тебя отпустим. Разумеется, не на все четыре стороны. Ты слишком много знаешь, слишком горяч и порывист, слишком горд, чтобы так спокойно пережить унижение. – Арбель едва заметно усмехнулся. Холодное лицо его теперь являло нечто вроде понимания. – Так вот, ты отправишься домой. К тётушке Аглае. И не высунешь носа за ограду. Нисюда, ни виные места. Назови это домашним арестом. По окрестностям, разумеется, ты гулять сможешь. Согласись, с моей стороны это более чем щедрое предложение. И, поверь, у нас найдутся средства обеспечить... э-э-э... выполнение тобой данного слова. Добавлю ещё, кстати, о некоторой пенсии, полагающейся тебе в этом случае. Вы с тётей небогаты, а если ты застрянешь в Долине, вам и жить-то будет не на что. Ну что, молодой человек? Имей в виду, будь ты уроженцем Империи...
Фесс молчал.
– Опасаешься обмана? – понимающе произнёс Командор. – Не доверяешь никому? Похвальные качества, вот только с Патриархом они тебя подвели. Он слишком болтлив. Я догадываюсь, кто дал ему этот заказ, не понимаю лишь, как эта старая обезьяна сообразила насчёт Хвалина и Илмета. Мы знали, что ты в городе, знали с того самого момента, как ты въехал в ворота. Не вздрагивай так! Ты по-прежнему лучший в Лиге. И, если бы не предупреждение, нам нипочём было б не взять тебя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
