Мария завела дизель и немного потренировалась управлять баржей. Маневренность у нее была примерно как у утюга, но одержимая приноровилась, и вскоре судно скрылось за поворотом.
Через три дня Мария и Мадлен, вставшая на задние лапы и опершаяся передними на леера, смотрели на дымок, вьющийся из трубы небольшого зимовья.
– Интересно, кто там? – задумчиво протянула одержимая. Поглядела на зимовье в тяжелый бинокль, хмыкнула. – Дед какой-то и молодой парень. Скорее даже молоденький. Но здоровенный парнишка. Знаешь, Мадлен, а загляну-ка я на огонек, посмотрю, что и как. Может, даже трахнусь несколько раз. А ты, солнце мое, меня на берегу подожди, хорошо? Заодно порыбачишь, смотри, сколько рыбы. – Мария кивнула на кипевшую от рыбьих спин воду небольшого заливчика.
Росомаха рявкнула, грациозным прыжком плюхнулась за борт и вскоре уже отряхивалась на берегу, поднимая облако брызг.
25 сентября 2241 года, суббота
Ростов-на-Синей
Варвара Белова
– Варь, ты уверена? Ну что, хочешь стать названой сестрой этой красавицы? – Слава поглядела вслед исчезающим огонькам мототакси, на котором они приехали на большую поляну за городом на берегу Синей. Здесь в броуновском движении туда-суда сновала молодежь, горел десяток костров, доносился запах жареного мяса со специями. Играли скрипки и гитара, кто-то танцевал.
– Да. И твоей сестрой тоже, Слава. Ты мне уже давно родная, с тех самых пор, как погибли мои родители. И даже раньше. Станешь? – Варя расправила, точнее, поправила джинсы под широким ремнем и, подхватив под руку немного ошалевшую от такого предложения подругу, пошла к дальнему костру.
Девушки проталкивались сквозь смеющихся и о чем-то болтающих парней и девчонок. Разок Славу увлек в круг танца здоровенный как медведь брюнет и вернул подруге только после того, как танцующие отблагодарили аплодисментами музыкантов. Смачно чмокнув раскрасневшуюся девушку в губы, он приподнял ее за талию и поставил перед Варей.
– Вот, возвращаю в целости и сохранности. Пока! Жди сватов, рыжая! – и повернулся было к своему костру.
– Эй, погоди! Я даже не знаю, как тебя зовут?!! – окликнула смущенная Слава удаляющегося симпатичного громилу.
– Валя я. Валентин Семенов. А тебя я знаю, тебя Славой кличут, видел тебя в гидромете аэродрома. – Парень усмехнулся, блеснул зубами. – Жди сватов, красавица!
– И кто это, Слава? – удивленно-насмешливо спросила Белова, снова подхватывая подругу под руку.
– Это? Какой-то пилот-частник, у него двухмоторная летающая амфибия «Гурман». Ну, которая поменьше «Каталины». – Слава тайком облизнула губы и счастливо засмеялась. – А вообще интересный парень, Варь. И танцует отлично, неожиданно для такого громилы. Он ведь здоровее твоего Василия.
– Да, Вася чуть поменьше, – кивнула Варя, глядя на легкий парок, вылетающий изо рта. – Пришли, Слава. Сара, привет! – приветливо помахала блондинка обернувшейся Кедминой.
– Приветик, девчонки. Садитесь рядышком. – Сара похлопала по толстому бревну, служащему ограждением кораля, в котором фыркало с десяток лошадей. – Скоро шашлыки поспеют!
– Добрый вечер, Сара. – Слава присела рядышком с евреечкой, оглянулась. – Не скажешь, что за праздник?
– Просто хороший осенний день, Слава. Мы осенью частенько по субботам вот так вот здесь собираемся. Кто-то утром с друзьями решит, что стоит отличная погода и было бы неплохо собраться, – к вечеру весь город, ну, молодежь, конечно, тут. По крайней мере, те, кто считают себя молодежью.
– Привет, Сара. Здравствуйте, прекрасная незнакомка. – Перед девушками остановился паренек из проезжавшей мимо на великах компании. – А что это вы тут делаете?
– Женька, привет. И почему это тебя интересует? – Сара взлохматила выгоревшие волосы Васькиного братишки.
– Но-но! – Женька отстранился и с важным видом пригладил чуб. – Должен же кто-то приглядеть за невестами брата. А где Варя? Ай-яй, больно! Варя отпусти, я больше не буду! – Евгений привстал на цыпочки, пытаясь освободить левое ухо, за которое его слегка потянула тихонько подошедшая сзади Варвара.
– И тебе привет, надсмотрщик за невестами. – Варя, усмехнувшись, отпустила его и, подпрыгнув, уселась на бревно рядышком с подругами. – Девочки, а может, женим его? Смотрите, какой видный парень, что ему за чужими невестами приглядывать? Слава, как, пойдешь за него? Смотри, какой гарный жених!
– Тю на вас! – Женька запрыгнул на велик и поспешил свалить от греха подальше. А то вдруг на самом деле женят. – Нужен буду, так мы неподалеку.
– Мать хоть знает, что ты тут? Волноваться не будет? – спросила Сара паренька, пока тот не отъехал.
– Знает, отпустила! – фыркнул Женька и укатил к своей компашке подростков, которые расположились чуть подальше.
Гулянье разрасталось, все веселились. Ели жареное и копченое мясо, благо дичины набили с запасом, танцевали, пели и, к удивлению иномирянок, почти не пьянствовали, так, чуть-чуть.
Сама Сара не пила и запретила пить Варе и Славе. Мол, такой обряд проводят на трезвую голову.
– Ну, не передумали? – спросила она через какое-то время, когда гулянка не то чтобы затихла, а несколько утихомирилась и народ чуть успокоился. – Тогда пошли, самое время. Смотрите, луна какая!
– На самом деле огромная, – восхищенно сказала Варя, задрав голову. – А что, луна обязательно нужна?
– Ну, между женщинами так принято, луна-то считается женской богиней. Геката там, или Селена, или Диана. Это у баб Зели уточнять надо. – Сара с девушками подошла к небольшому оврагу, на дне которого горел костер. – Пришли, Варя. Ты точно хочешь стать моей сестрой? Я ведь девушка сложная и вредная.
– Я тоже, Сара. – Варвара помолчала и продолжила: – У меня в этом мире никого нет, кроме Славы, тебя и Василия. А так у меня будет сестра, а если и Слава согласится, то две сестры. Тогда и замуж не страшно, да и делить мужа с сестрой – не то что с чужой девушкой.
– Ты только учти, что я за вашего Васю замуж не собираюсь, – хмыкнула Слава, спускаясь по крутой тропинке. – А насчет сестры ты права, у меня на самом деле никого роднее тебя здесь нет. Ну, если Сара не против.
– Не было ни гроша, да вдруг алтын. Не было ни одной сестрицы, а тут сразу две. Девочки, я согласна. Варя, ты на самом деле умеешь убеждать. Ай!
Любовь к высоким каблукам едва не подвела оступившуюся на крутом склоне евреечку, но Варя успела подхватить ее под локоть. Хотя эти ковбойские сапожки ей самой очень нравились, надо будет купить подобные.
Да, Варя потратила немало времени, убеждая и Сару, и Славу стать ее сестрами, пусть назваными. Точнее, Сара предложила Варе, а та решила, так сказать, расширить список. Во-первых, она уцепилась за сказанные тогда, в первое утро после приснопамятной драки, слова Сары о том, что им желательно стать сестрами. Обдумав это, Варя не обнаружила в себе душевного надрыва из-за того, что придется делить мужа с сестрой. Хотя до сих пор возможность заниматься любовью с Васей на одной постели с Сарой приводила ее в смущение.
Во-вторых, Слава – она и так родная, старая подруга, товарищ по экипажу, умница и красавица. И то, что она станет пусть названой, но родственницей – здорово.
– Едва не навернулась. Бабуль, вы бы место подоступнее выбрали, для чего в овраг лезть? – усмехнулась брюнетка, подходя к костру. – Доброй ночи вам, ведуньи.
У костра сидели три немолодые женщины. Точнее было бы сказать – старые женщины, но уж очень ясными были их глаза и уверенными движения.
– Здравствуйте, девочки. Таки решились? – К своему удивлению, в одной из женщин Варя узнала бабушку Зелю. – Все трое? Тогда не будем тянуть, подходите, подставляйте ладони. – В руке у бабушки появились серебряная чаша и небольшой, но даже на вид острый нож.
Поставив чашу на камень, бабушка Зеля плеснула на белый платок из фляги, и в овраге резко запахло чистым спиртом. Отерев ножик платком, старушка крепко взяла внучку за руку и сделала небольшой надрез на ладони, предварительно также обтерев ее спиртом.
Даже не ойкнувшая Сара позволила сцедить немного крови в чашку и отошла в сторону. Еще одна из бабушек встала и чуть поколдовала, по-другому и не скажешь, над ладошкой девушки. Короткий порез перестал кровоточить, после чего ладонь обтерли марлевым тампоном и перевязали.
А бабушка Зеля уже взяла за руку Варю и, усмехнувшись, поглядела ей в глаза.
– Не бойся, внучка. – Ладонь девушки чуть обожгло болью, и кровь начала капать в подставленную чашу. – Вот и хватит, иди к Светлане. А теперь ты. – Баба Зеля обернулась к чуть побледневшей Славе. – Иди сюда, девонька. Твой черед.
