Вот так, значит. Еще один подкидыш…
— Вот что, лейтенант, — я решительно поднялся, — придется съездить в этот Бийтын. Надеюсь, транспортом меня здесь обеспечат?
— Разумеется, господин капитан. — Кыдыев тоже вскочил. — Когда выезжать?
— Я поеду один. Машина нужна самая незаметная, но надежная. Лучше какой-нибудь старенький внедорожник. Завтра с утра. Кстати, а где эта турбаза находится? «Катунь»?..
— А это почти по дороге, Денис Анатольевич, километров пять в сторону от трассы. Может, все-таки возьмете меня с собой? Вдвоем сподручнее.
— Ты мне будешь нужен здесь, Акай, — твердо сказал я, хлопнув его по плечу. — Отвези меня обратно в гостиницу.
* * *
Едва переступив порог гостиничного номера, я тут же взялся за телефон. До отъезда в горную глухомань надо было срочно озадачить наших оперов, иначе очередного «висяка» не избежать.
Олег откликнулся, будто ждал у телефона.
— Майор Ракитин. Слушаю вас.
— Привет из Шамбалы! Как ваше ничего?
— А, горный козлик? Проявился наконец! Чего нарыл? — Олег был явно на взводе, коли сходу ввязался в словесную пикировку.
— Увага, пан майор! Трэба дуже швыдко шукати такого шановного чоловика — Сергея Игоревича Есаулова, бо як ций чоловик мабуть зараз мертвяком гэпнувся.
— Цэ хто ж таки е?
— Пан майор розумиет нашу мову?
— С кем поведешься…
— …с тем и наберешься! Олег, я серьезно. Этот парень должен очень много знать про нашу страстную горянку Тояну Тудегешеву. Особенно про ее исчезновение. Соответственно, он — первый кандидат на деревянный макинтош. — Я постарался придать словам мрачную интонацию. — Если с парнем что-нибудь случится, я себе этого не прощу.
— Ладно, не трясись. — Ракитин, похоже, поверил в мою искренность. — Прямо сейчас дам задание найти и прикрыть твоего Есаулова. А если поподробнее?
— Этот парень познакомился с Тудегешевой на турбазе «Катунь», здесь, на Алтае. Он же оказался единственным свидетелем и даже подозреваемым в ее гибели. А может, и соучастником ее инсценировки! По-любому, он теперь для Тудегешевой очень опасен, и уж конечно она постарается, чтобы он никому не проболтался.
— Лады. Сделаем. А сам-то ты куда навострился?
— Хочу провести сбор информации на месте. — Я все еще не решил, говорить ли Олегу о странном появлении Тояны на свет. — На связи будет лейтенант Кыдыев из республиканского управления внутренних дел. Запиши его мобильник…
Глава 3
Когда мимо промелькнул покосившийся километровый столб с отметкой «78», я сбросил газ и переключил внимание на левую обочину, стараясь не пропустить в серо-зеленой стене облепихового кустарника просвета боковой дороги на турбазу. Я уже убедился, что глубинка и в двадцать первом веке осталась точно такой же, как и сто-двести лет назад: разбитые, исчезающие внезапно дороги и почти полное отсутствие указателей. Вот внедорожник мне достался хороший — «Форд-Мэверик» 2005 года выпуска: ни илистые низины, ни броды через ручьи, ни осыпи — все ему оказалось нипочем. А столитровый бак, залитый под пробку, гарантировал благополучное прохождение всего маршрута и возвращение в город.
И все-таки поворот я прозевал. А отвлек меня низколетящий над дорогой орел. Огромная птица странного, почти черного окраса неожиданно вывернула из-за скалы и понеслась прямо на машину. Спасла меня от столкновения, чреватого самыми печальными последствиями, новая реакция, появившаяся после инициации сущности воина. В последний момент я резко вывернул руль вправо и поддал газу, отчего внедорожник буквально вылетел на откос, описал по нему цирковую дугу и снова очутился на дороге. Я тут же глянул в панорамное зеркало заднего вида, но никакого орла не увидел, словно того и не было. «Так не бывает! — мелькнула запоздалая мысль. — Что у него, реактивная турбина в заднице? Куда же он подевался?..» В это мгновение боковое зрение уловило светлый проем в зарослях у обочины, и нога моя так же рефлекторно надавила на тормоз. Машину слегка занесло, я распахнул дверцу и уставился в ярко-синее небо все еще в надежде увидеть крылатого нарушителя, но — увы! — тот как сквозь гору прошел. Ну, не померещился же он мне?!
Сплюнув, я снова уселся за руль, включил задний ход и медленно вернулся к повороту.
Полчаса тряски по извилистой каменистой ленте вниз, в долину, привели меня наконец к облупившимся металлическим воротам, над которыми однако гордо сияла свежей краской вывеска «Туристический комплекс «Катунь», выполненная почему-то готическим шрифтом. За воротами справа, как и положено, примостилась вполне современная стеклопластовая будка охраны. И что самое удивительное, там же, за воротами, начиналась нормальная асфальтовая дорога, через десяток метров делавшая резкий поворот вокруг все тех же облепиховых зарослей.
В прозрачной будке никого не было видно, но я все же надавил на сигнал и не прогадал. Из-за будки неспеша, вразвалочку появился сонный детина в камуфляже. Из нагрудного кармана у него торчал черный ус переговорника, что свидетельствовало о наличии на турбазе целой системы охраны! Ну а поскольку есть охрана, значит есть и что охранять. Это вселяло надежду, что заведение переживает далеко не худшие времена. Я вышел из машины и подошел к воротам.
— Здравствуйте, мне бы на турбазу проехать.
— А ты кто такой?
М-да, чоповцы везде и всюду одинаковы: туповаты, хамоваты и медлительны. Наверное, порода такая. Не желая вступать в перепалку с этой гориллой, я молча предъявил удостоверение капитана Кротова. Однако на детину оно не произвело никакого впечатления:
— Ну и что? Это частная собственность. Ордер у тебя есть?
— Ах, ордер… — Я приблизил лицо к его лоснящейся морде и заглянул ему в глаза. — Смотри внимательно, — проговорил я гулким грудным голосом, одновременно посылая волевой импульс: «замри!», — сейчас я покажу тебе лист бумаги, на нем ты прочтешь то, что услышишь. — Я медленно поднял руку на уровень глаз и повернул ее открытой ладонью к охраннику: — Читай! — Он уставился остекленевшим взглядом на мою ладонь. — «Предписание прокурора Республики Алтай. Настоящим уполномачивается Кротов Денис Анатольевич, капитан Сибирского управления криминальной милиции…»
Я размеренно и монотонно проговаривал текст несуществующего документа, следя за тем, как бегают по несуществующим строчкам глаза человека, подчиненного чужой воле. Мне было интересно и противно одновременно. Интересно, потому что я впервые проделывал на практике то, чему до сих пор учился только теоретически. А противно… но ведь этот увалень тоже человек!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
