Читаем без скачивания Ларец с опасным сюрпризом - Евгений Сухов

– Садись в машину, – приказал Константин, распахнув заднюю дверцу.

Молчаливый, с окаменевшим лицом, Лозовский сел на заднее кресло, рядом, не убирая пистолета, устроился Константин.

– Поехали! – распорядился Кеша. – Выбери какой-нибудь пустынный двор, там и поговорим.

Машина выехала со двора и покатила по проспекту.

– Что вы от меня хотите? – подал голос пленник.

– А ты не догадываешься? – хмыкнул Анисимов. – Где яйцо Фаберже?

– Я не знаю, о чем вы говорите.

– Ты будешь нам петь, что это не ты был в Староконюшенном?.. Я тебя сразу срисовал. Проворный ты, от нас мало кто убегал, а вот ты сумел… – Машина, удаляясь все дальше от дома, свернула в малознакомый промышленный район, с длинными, уходящими куда-то в бесконечность заборами. – Еще вот Севе в лицо саданул, так что у него к тебе особый счет. Советую не упрямиться, иначе он тебе это припомнит.

Свернули на тенистую безлюдную улочку, приметную аллеей разросшихся кленов, и, доехав до конца, направились к замороженной стройке.

– Действительно, я был на Староконюшенном, но вы меня с кем-то спутали, я не знаю ни о каком яйце Фаберже.

– А чего ты тогда от нас убегал?

– Думал, что полиция. Ведь мы занимаемся не вполне законными вещами. Всякое может случиться.

– Клады ищешь?

– Вроде того, – попытался улыбнуться Владлен.

– Много находишь?

– На жизнь хватает.

– Знаешь что, парень, у меня нет времени с тобой перетирать. Меня интересуют только деньги, и ничего более. Итак, спрашиваю еще раз: где яйцо Фаберже? – Посмотрев на часы, добавил: – У тебя ровно минута, твое время пошло.

– Послушайте, давайте поговорим по-хорошему…

– Осталось сорок секунд. Если ты поведешь себя правильно, обещаю, что мы тебя не тронем, и можешь катиться куда хочешь.

– Хорошо. Я отдам вам яйцо Фаберже. Но оно у меня не здесь, – тотчас добавил Лозовский.

– Где? – спросил Константин. – Показывай.

– За городом у меня там небольшой домик с садом. Там я обычно храню самые ценные вещи.

– И где ты там хранишь? На грядке, что ли, закопал?

– В доме имеется сейф.

Константин поморщился:

– Ты это всерьез? Думаешь, ни у кого не возникнет желания выпотрошить его, пока тебя нет?

– До сих пор не возникало… А потом, туда к нам особенно никто и не ездит, все свои. Чужой человек как-то сразу виден. Да и сейф очень надежный, просто так его не вскроешь.

– Где находится твой домик? – спросил Анисимов.

– Километрах в семидесяти отсюда.

– Показывай дорогу, – сказал Сева, выезжая на улицу.

Глава 23

Подзабытые навыки, или Щелчок ударника

Вжикнув замком сумки, Алексей Таранников посмотрел на аккуратные пачки купюр, сложенных рядком. Со стодолларовых купюр из глубины сумки на него смотрел Бенджамин Франклин. Отчего-то его лицо показалось Алексею Павловичу слегка печальным. Возможно, президент предчувствовал скорую разлуку, а потому малость загрустил. Да и Таранникову было жаль расставаться с собранными деньгами, чего уж тут греха таить.

Три миллиона долларов – сумма нешуточная. Вот только настоящими были всего лишь первые четыре банкноты в каждой из пачек. Предстоящая операция была рассчитана на то, что покупатель не станет вскрывать каждую, чтобы убедиться в подлинности, а лишь пересчитает. Разумеется, был определенный риск, но игра стоила того.

На сделку Владлен принесет яйцо Фаберже и отдаст его только после того, как получит деньги. Существовал риск, что он может распознать фальшивки и уйдет, тогда изделие для Таранникова пропадет навсегда. Второй встречи не будет. В случае отказа яйцо можно будет просто отнять. Придется пойти на чистейший криминал, но жаловаться в полицию Лозовский не побежит – наверняка будет привлекать криминальные элементы, посулив им долю. Ему, Таранникову, со своей стороны, тоже придется заручиться кое-чьей поддержкой. Так или иначе разборок не избежать.

Впрочем, существовал еще один выход… Улыбнувшись пришедшей в голову мысли, Алексей Павлович закрыл сумку и затолкал ее под кровать.

Через полчаса в дверь позвонили. Это был Упырь с Кентом. В этот раз их дорогие костюмы и модно стриженые головы Таранникова отчего-то раздражали. Им бы в руки по кожаному портфелю, сунуть приличное резюме в зубы и отправить штурмовать министерские кресла. Даже не подумаешь, что каких-то пять лет назад они стреляли гривенники по подворотням…

– Вот что я вам хочу сказать. В пять часов ко мне должен подойти один человек…

– Мы должны быть рядом, – кивнул Григорий.

– Ты перебиваешь меня, – хмуро посмотрел на него Алексей Павлович.

– Виноват.

– Это Лозовский, тот самый, за которым вы следили. У меня с ним должна состояться сделка. Но перехватите вы его где-нибудь по дороге. Лучше всего это провернуть, когда он будет выходить из дома. Приставите ему к боку перо и доведете до машины, а потом возьмете у него яйцо Фаберже и принесете мне.

Приятели переглянулись. Таранников видел, что предстоящее дело им не нравилось. Парни разучились работать, им бы плевать в потолок и получать незаслуженное жалованье. Самое большее, на что они способны, – перевести древнюю старушку на зеленый свет по пешеходной дорожке. Придется вам, братцы, восстанавливать подзабытые навыки…

Упырь негромко сказал:

– Хм… Давно мы не занимались такими вещами. Думали, что все уже в прошлом…

– Не бздеть! Этот парень не из тех, кто дает сдачи. Сейчас он находится дома. К криминалу никакого отношения не имеет, кладоискатель. Вы с ним справитесь быстро. Для острастки дайте по роже пару раз, чтобы прочувствовал, что с ним не шутят. Думаю, что долго уговаривать его не придется.

– Какая цена?

– Добавлю еще по пять штук.

– Годится.

– Тогда чего сидим? Времени уже нет. Езжайте к его дому. Посмотрите, что и как, а там действуйте.

Упырь с Кентом поднялись и направились к двери.

* * *

Ждать пришлось недолго. Уже минут через десять дверь подъезда широко распахнулась, и из него, энергично размахивая руками, стремительно вышел худощавый парень и зашагал вдоль дома.

– Это он, – сказал Кент.

– Вижу. Пусть дойдет до угла, там мы его перехватим.

Неожиданно к Лозовскому, обступая с двух сторон, подошли двое мужчин. Один из них был плотного сложения с короткой русой шевелюрой, другой – сухопарый, с цепким взглядом из-под сомкнутых густых бровей. Плотный преградил Владлену дорогу и что-то негромко сказал, а второй, заступив за спину, держал правую руку в кармане. Лицо Лозовского вдруг изменилось, губы дрогнули, и, едва кивнув, он направился вместе с ними к припаркованной машине.

– Что за дела? – невольно ахнул Упырь. – Кто они такие?!

– У одного из них ствол, – посмурнев, обронил Кент, провожая троицу взглядом.

Парень не пытался воспротивиться, не делал каких-то необдуманных резких движений – просто шел рядом, будто бы телок на привязи. Вряд ли на них обратили внимание, со стороны происходящее выглядело вполне миролюбиво, безо всякого дворового «экшена» с размахиванием конечностей. Сели в темно-зеленый «Ниссан», пересекли на малой скорости двор и выехали на магистраль.

– За ними! – скомандовал Упырь.

Стараясь держаться на расстоянии, пропуская вперед себя две машины, Кент ехал за «Ниссаном», перестраиваясь из ряда в ряд. Через пятнадцать минут выехали из города, где движение было не столь плотным.

– Сбавь, он может тебя увидеть, – посоветовал Упырь.

Теперь «Ниссан» находился вдали, поблескивая полировкой на солнце. Проехав километров пятьдесят по шоссе, завернул на неприметную узкую асфальтированную дорогу, уводящую далеко в сторону.

– Куда это он собрался? – спросил Григорий. – Там же дороги нет.

– Есть. В той стороне стоит коттеджный поселок, может, туда поехал?

– Посмотрим.

Проехав еще с десяток километров и оставив поселок далеко в стороне, машина свернула к неприметной деревушке, черневшей невысокими крышами среди скошенного поля и казавшейся реликтом среди надвигающихся каменных строений. «Ниссан» аккуратно двигался по наезженной полосе, преодолевая многочисленные колдобины, и остановился на окраине деревни у небольшого дома с покосившимся забором. Дверцы автомобиля разом открылись, со стороны водительского места сначала вышел чернявый, сидевший за рулем, а затем, подталкиваемый крепышом, выбрался Лозовский. На правой руке здоровяка, согнутой в локте, лежала джинсовая куртка, скрывающая ствол.

Кент остановил машину у бровки леса – весьма удачное место для наблюдения. Тень разросшихся деревьев плотно укрыла машину, словно взяла ее в полон. Через густые травы хорошо было видно, как все трое прошли через калитку, и Лозовский, порывшись в карманах, выудил дверной ключ. Поковырявшись в замке, он распахнул дверь и, что-то сказав, вошел в дом. Дверь тотчас закрылась.

– Что будем делать? – посмотрел на приятеля Кент.