прошептала Кэтрин, едва чувствуя ноги. – Она не могла меня любить, потому что мне дала жизнь другая женщина. Отец был родным, а она… она нет. Потому и чахла. Не смогла всё это принять…
Глава 17. Часть 2
Госпожа Портер молчала. Силилась что-то сказать – возможно, слова поддержки или же нечто, что заставило бы Кэтрин изменить мнение. Но не находила сил произнести и звука. Она не ждала, что та догадается. Не думала, что подобное случится. Прозрение леди застало вдову дворецкого врасплох.- Это ужасно, - пробормотала Кэтрин, думая сейчас не о себе, а о леди Кармайкл. – Отец поступил дурно. Он изменял жене, а потом заставил принять плод предательства. Какая женщина способна такое выдержать? Неудивительно, что она заболела и…- Не судите лорда Кармайкла строго, - к госпоже Портер, наконец, вернулся дар речи. – Он всего лишь мужчина. Многие из них слабы, когда дело касается женщин. К тому же, многие женятся не по любви, а по договоренности, когда две семьи находят выгоду. А потом… Потом приходят чувства, да только не к законным женам, а к… Ох, леди Кэтрин, - вдова дворецкого коснулась ее предплечья, услышав тихий всхлип. – Просто помните, что отец вас очень любил, и вы были счастливы здесь вдвоем.- Вдвоем… - повторила она эхом. – И это ужасно. Ужасно, что моя мать… Что она… Вы знаете, кто эта женщина?- Нет, леди Кэтрин, - госпожа Портер покачала головой из стороны в сторону.- Но вы знали правду обо мне.- Это вышло случайно. Я услышала, как лорд Кармайкл ссорился с женой. Она была не в себе. Кричала на него. И наговорила лишнего. Того, что не стоило слышать прислуге. Хорошо, что это достигло лишь моих ушей. Некоторые горничные и лакеи бывают болтливыми. А я… Я хранила тайну много лет и унесу ее в могилу. Клянусь. От меня никто ничего не узнает.Кэтрин снова всхлипнула. Сейчас ее мало тревожило, узнает ли кто-то правду о ней. Какая разница, что она незаконнорожденная? Наследства всё равно нет. А она в каком-то смысле падшая женщина, раз проводит ночи с мужчиной, не будучи его женой.- Какая мать способна бросить ребенка? – задала она вопрос, на который вряд ли существовал ответ. – Та, которой наплевать?- Или та, которая считала, что делает ребенку добро, - не согласилась госпожа Портер. – Вы выросли в богатом доме, были наследницей большого состояния.- Всё это пошло прахом.- Да, леди. Но никто не мог предположить, что так случится. Если бы лорд Кармайкл не погиб, всё в вашей жизни было бы иначе.- Это так, - прошептала Кэтрин, вновь вспомнив ларию Джинни, виновную в смерти отца. И кулаки невольно сжались. – Оставьте меня, госпожа Портер. Я хочу побыть одна.- Вы уверены, леди? Может, вам лучше вернуться в дом?- Нет. Я хочу еще погулять. На свежем воздухе мне легче дышать. Войду сейчас внутрь, просто задохнусь.Вдова дворецкого понимающе закивала.- Хорошо, леди. Но не задерживайтесь слишком долго. Сегодня морозно.- Я дочь Севера, не замерзну, - заверила Кэтрин и побрела по дорожке дальше.В душе бушевали по-настоящему зимние ветра. Плакать больше не хотелось. Слёзы, которые еще недавно жгли глаза, высохли. По венам разливался гнев. Такой, который требовал выхода. А еще накрывало осознание, что лорд, вероятно, прав. Среди ее предков, вероятно, всё же были ларии. Не со стороны отца, верившего в мистическую сторону жизни, а по линии настоящей матери. Или… лучше назвать ее женщиной, подарившей жизнь? Мать – это та, кто рядом. А не просто выносила и родила.- Ты та, кто есть. Новые сведения тебя не меняют. Если только сама не позволишь им на себя влиять.Кэтрин вздрогнула.Нет, это сказала не вернувшаяся госпожа Портер. Та выполнила распоряжение и ушла. Слова принадлежали волшебной птичке Карин, полетевшей над головой.- О! Ты решила со мной поговорить! – вырвалось у Кэтрин со зла.- Почему нет?- Раньше ты меня такой чести не удостаивала.- Раньше ты не знала, что я могу говорить. Теперь знаешь.- Чего ты хочешь? Разговора по душам? – злость сводила с ума, и Кэтрин просто не удавалось реагировать спокойно. Хотелось выплеснуть всё, что накопилось. Пусть даже на птичку, которая вообще была ни при чем.- Идем за мной, кое-что покажу, - Карин снова пролетела над ней и устремилась в сторону от дома.- Нет! – возмутилась Кэтрин. Не хватало еще отходить от жилья.- Пока я рядом, ничего дурного не случится! – пообещала птичка издалека. – Обещаю, ты не пожалеешь!
Глава 17. Часть 3
Кэтрин терзали сомнения. Только вчера ее едва ли не волоком по снегу тащил лорд Краммер, чтобы увезти в южные широты и превратить в пленницу. А теперь Карин предлагала пойти на риск и уйти от дома, от места, где безопасно. С другой стороны, Доминик Вейслер полностью доверял волшебной птичке. И всё же кто сказал, что он не разозлится, узнав об их самодеятельности?- Может, дождаться лорда? – предложила Кэтрин.- Его это не касается, - ответила Карин. – Потом расскажешь, что и как. И сейчас это только твоя история.Кэтрин сжала кулаки и решилась-таки последовать за птицей. Она не верила, что та способна причинить ей вред. Потому сделала пару глубоких вздохов и зашагала по снегу – в неизвестность.- Говорят, леди Спенсер приболела, - проговорила она через пару минут. Не только из любопытства, а еще, чтобы не идти в тишине. Это угнетало. Даже красивая природа – заснеженный лес на холме и белоснежные просторы сегодня не впечатляли.- Раз говорят, значит, так и есть, - отозвалась Карин.- Лорд Вейслер сказал, ты ей отомстишь, - не сдавалась Кэтрин. Ее не устроил ответ. – Так месть свершилась?- Может быть, - Карин снова предпочла уклониться.- А прямо сказать нельзя?- Спроси Доминика. Пусть сам с тобой объясняется.Кэтрин негодующе покачала головой. Да уж, сговорчивостью птичка определенно не отличалась. Впрочем, это с лордом у нее дружба. А она… Она просто очередная любовница. Карин не обязана отчитываться.Дальше шли в молчании. Кэтрин поняла, что задавать вопросы бесполезно. Нужно просто ждать конца пути. Ей это не нравилось. Но выбор был прост: подчиняться или поворачивать назад. Второй вариант казался позорным бегством, потому она сжала зубы и просто шагала дальше. Приходилось прикладывать усилия. Дорожка становилась всё уже, пока не превратилась в крохотную тропку – неровную с ямками из-за следов от чужих ног. Идти по ней было
