крайне неудобно. Даже для той, кто вырос на Севере. Кэтрин несколько раз оступалась и проваливалась в сугробы. От прикладываемых усилий стало так жарко, что пришлось расстегнуть пальто и ослабить шарф.Наконец, тропка изогнулась и побежала вниз – к замерзшей реке. Спуск был довольно крутой. Большинство местных обитателей подходило к реке в другом месте – по деревянной лестнице. Здесь разве что спускались мальчишки, жаждущие доказать собственную прыть. Но Кэтрин не испугалась. Только мысленно выругалась, сердясь на Карин за скрытность, и принялась спускаться. Да только не по тропе, опасаясь поскользнуться и скатиться кубарем, а по сугробам. Хоть ноги и проваливались, так было надежнее. Правда, под конец, Кэтрин всё-таки плюхнулась на пятую точку и остаток пути преодолела на ней, увязнув внизу в снегу по пояс. Но ничего не сказала. Поднялась, отряхнулась. Застегнула пальто и осмотрелась.- Ну? И что мне полагается увидеть? – спросила у волшебной птички, усевшейся на перевернутой лодке, которую бросили зимовать на берегу. Видно, была слишком старой и не подходила для плавания.- Не что, а кого, - поправила ее Карин. – Смотри внимательнее.- Куда смотре… - Кэтрин осеклась, сделала шаг назад, не устояла на ногах и снова плюхнулась в снег.И было от чего.На берегу, где еще мгновение назад не было никого, кроме них с Карин, появилась… лария. Та самая, которая приходила на праздник зимы два дня назад. Та самая, которая возглавляла местное волшебное племя и изгнала Джинни.- Вы… вы… я… - начала Кэтрин хрипло, но слова не желали складываться в предложение.- Меня зовут Деметрия, - лария подошла к ней и протянула руку, предлагая помочь подняться.Однако Кэтрин не спешила принимать помощь этой женщины. Встала сама и машинально отряхнула снег с пальто. Посмотрела в светлые глаза ларии отнюдь не дружелюбно. А с какой стати? Заманила на встречу при помощи волшебной птички, которая явно действовала за спиной лорда. И вообще одна из этих существ виновата в смерти отца. Да, не эта лария. И всё же пока знакомство с лесным народцем не принесло ни единой положительной эмоции. Что Джинни, что Клодия – обе воспринимались, как недруги.- Я вас оставлю, - объявила вдруг Карин. – Буду неподалеку. Позови меня, Кэтрин, когда закончите разговор. Провожу до дома.- Ах проводишь, - пробормотала она, не скрывая раздражения.Обещала ведь безопасность, а сама бросает наедине с главной ларией.Какая прелесть…Но что делать? Просить остаться? Бессмысленно. Тем более, птичка не стала дожидаться ответа. Вспорхнула с лодки и была такова.- Что вам нужно? – спросила Кэтрин сердито, вновь взглянув на ларию.- Просто поговорить, - ответила та. Она смотрела спокойно. И в то же время печально. – Ты стала совсем взрослой. И очень красивой. Неудивительно, что зимний лорд не может оторвать глаз.- Он не… - Кэтрин почувствовала, как розовеют щеки. – Стоп! Вы желаете обсуждать Доминика Вейслера?- И его тоже, да, - подтвердила лария. – Но меня больше волнуешь ты, Кэтрин. Ходят слухи, что ты осталась без отцовского наследства. Это правда?
Глава 17. Часть 4
Кэтрин вздрогнула, а глаза яростно сверкнули.Какое главной ларии дело до отцовских денег?!- Это никого не касается, - проговорила она, злясь на всех на свете. И на птичку Карин, притащившую ее сюда, и на себя саму – за то, что поддалась на уговоры.- Лорд Кармайкл был богат, и тебе не полагалось ни в чем нуждаться до конца дней, - не унималась Деметрия. – Но, говорят, наследством завладел дядя с юга. Тот самый, который тебя отсюда увез.- Даже если так, вам то что? – спросила Кэтрин задиристо. И вдруг вспомнила, что отец получил смертельное ранение в лесу. Очень далеко в лесу. Там, где жителям большого дома и всех поселений было не положено находиться. – Вы были знакомы с моим отцом?- Да, была, - не стал отрицать лария. – У нас были близкие отношения.- Что значит… близкие? – переспросила Кэтрин и нервно облизнула губы, которые вдруг стали очень сухими.- Мы познакомились еще детьми, - поведала Деметрия. – Юный лорд был любопытен от природы. И смел. Не побоялся отправиться в лес на поиски ларий. Мне он понравился. Я тоже была бунтаркой и интересовалась жизнью людей. Так мы и сошлись. Я решилась открыть ему тайну. Позволила увидеть это… - она показала на свои рога. - Лорд тайно навещал меня в лесу. Мы много времени проводили вместе. Постепенно детская дружба переросла в нечто иное. К сожалению, вместе мы остаться не могли. Мой народ не принял бы серьезных отношений с человеком. Да и твоему отцу полагалось жениться на подходящей женщине с хорошей родословной. Это он и сделал. Всё, что у нас оставалось – тайные встречи.По телу Кэтрин прошла судорога.Лария так легко признавалась в любовных отношениях с ее отцом. В отношениях, которые продолжались и после свадьбы лорда Кармайкла.Это его любовница? Просто любовница? Или…Дыхание перехватывало от жуткой догадки.Ведь перед ней лария! А она – Кэтрин – их видит! Видит, потому что, как считает Доминик Вейслер, в ее собственных венах течет кровь волшебного народца.- Только не говорите, что… - Кэтрин сделала шаг назад. – Я знаю, что леди Кармайкл не была моей… моей… - ей не хватило сил произнести это непростое слово, потому что по лицу ларии прошла тень, а глаза стали еще печальнее.- Ты никогда не должна была узнать правду, - проговорила Деметрия после вздоха.Для Кэтрин это стало подтверждением. Она отшатнулась, выставив руки вперед.- Не подходите ко мне! – потребовала, пятясь.Но оступилась и упала в сугроб. Подняться не потрудилась. Так и осталась сидеть в снегу. Хмурая, с трудом сдерживающая слёзы горечи и обиды.Она росла без матери. Но, оказывается, та всегда жила неподалеку. Наблюдала, но не приближалась. А отец! Он регулярно виделся с ней. И молчал! Наверняка, и в тот роковой день ехал на свидание с драгоценной ларией!Деметрия выждала пару минут. Потом подошла к Кэтрин и вновь протянула руку.- Поднимайся. Иначе простудишься. Хоть ты и северянка, сидеть в снегу долго – совершенно не полезно. Тем более, для молодых женщин.- Хочу и сижу! – выпалила Кэтрин и посмотрела на ларию волком, с трудом сдерживая слезы, которые невыносимо жгли глаза.- Я понимаю твои чувства, - проговорила Деметрия мягко. – Тебе больно узнать правду. И поверь, для меня это было самое трудное решение в жизни. Но всё было для твоего блага. Ты росла счастливым ребенком. Рядом с отцом.
