От моих мозгов останутся кровавые ошмётки!
В конце концов, после получаса мучительных раздумий я поняла! Свекровь вовсе не хотела меня убить. Избавиться – да! Но это не означает, что она в буквальном смысле планировала загнать меня в могилу и живописно украсить её гладиолусами. Она подмешивала наркотик в чай и вино, надеясь изменить мой характер и поведение. Чтобы я закатывала истерики по любому поводу и даже без повода, чтобы превратилась в злобную фурию и шизофреничку. И Никита наконец-то понял бы, как сильно он ошибся, выбирая жену…
Но Лана Александровна промахнулась с дозировкой, она явно переусердствовала. Да, мой характер испортился, а поведение стало непредсказуемым. Но кроме этого, ещё начались галлюцинации… И хотя я как-то умудрилась не разбиться на машине, управляя ею в состоянии наркотического транса, но ребёнка в результате этой травли потеряла. Того самого ребёнка, о котором, как теперь выясняется, мечтала и сама Ланочка…
Что же делать?
Рассказать обо всём Никите? Выложить карты на стол перед свекровью? Написать заявление в милицию?
Не знаю!!!
– О, привет! – Ева встретила меня на пороге квартиры, запахивая на груди шёлковый халат. Её роскошные волосы были спутаны, щёки раскраснелись, а чудесные карие глаза пылали, как у дикой кошки. За сотую долю секунды я успела разглядеть в них многое – злость, презрение, тоску и смертельную скуку. Но вовсе не отнесла это на свой счёт.
– Ты не одна! У тебя Андрей! – тут же поняла я. – Ухожу-ухожу.
Я прижала к груди бутылку вина и попятилась назад, к лестнице. Бутылочка шардоне вовсе не предназначалась для пьянки с подругой. Я планировала произвести натуральный обмен: оставить Еве вино и забрать у неё детёныша. Мишутка сейчас был нужен мне как глоток свежего воздуха – отвлечься, успокоиться, переключить внимание. Мы бы нацепили автоматы и хорошенько побесились, с воплями бегая из комнаты на кухню и обратно. Именно это мне сейчас и нужно. Иначе я сойду с ума…
Провести этот вечер с милой Евой и не планировала. Я слишком многое от неё скрываю и поэтому не смогу поддержать приятную беседу. Ещё не призналась ей, что два месяца была беременна. И про коварство свекрови тоже не хочу рассказывать – не люблю выносить сор из избы. Это наши семейные проблемы…
Но если мы с Евой сядем рядышком на диван, выпьем по бокалу вина, и потом она возьмёт меня за руку и сочувственно заметит: «так, подруга, ты мне не нравишься, давай, рассказывай всё и по порядку», это вызовет извержение вулкана! Я не смогу сохранить мои страшные тайны, начну причитать и жаловаться…
А это ни к чему.
Вот поэтому я рассчитывала заграбастать Мишутку и быстро смыться с трофеем под мышкой.
И такой облом.
Мишутки конечно же нет дома – у Евы в гостях её мужчина.
Подруга с тоской посмотрела на бутылку вина.
– Я бы с удовольствием провела вечер с тобой, а не с ним, – шёпотом призналась она. – Чувствую себя проституткой!
– Да перестань ты!
– Нет, серьёзно! – прошипела Ева. – Давно бы послала его на три буквы, если б не должна была ему столько денег!
– Что ты имеешь в виду? – не поняла я. – Дорогие подарки?
– Да нет, не только, – сморщилась Ева и махнула рукой, давая понять, что сейчас ей неудобно пускаться в долгие объяснения: холодный подъезд, она не одета, за спиной в квартире – любовник, жаждущий продолжения сексуального марафона. – Я тебе потом объясню. Это касается бизнеса.
– А-а… Ясно. Тогда сочувствую. Действительно, отвратительная ситуация. Юноша мог бы понять, что нравственные принципы не позволяют тебе заниматься с ним сексом, пока ты должна ему крупную сумму денег. Пусть простит тебе долг, и будете наслаждаться процессом без всяких оговорок.
– Юля, тебе бы всё языком молоть! – возмутилась Ева.
– Молчу-молчу. А я-то надеялась арендовать у тебя Мишутку. Хотела с ним поиграть.
– Юлечка, прости, – жалобно проныла Ева. – Я так и не забрала его от бабушки. Ты же видишь, этот чуть ли каждый день здесь тусуется. А отказать не могу. Вот и приходится… Мишутка тоже ужасно скучает по тебе.
– Правда? – обрадовалась я.
– Конечно! Ты сама-то как? Мы с тобой даже ещё и не поговорили толком после больницы…
– Да и не о чем говорить, – быстро сказала я. – Всё нормально. Работаю с утра до вечера. Никита опять в командировке. Всё как всегда.
– А-а, – покивала Ева. – Ясно.
За спиной возник источник её отрицательных эмоций. Мужчина, замотанный в простыню, не дождался возвращения одалиски и выполз на разведку. Я смутилась. Но вовсе не обнажённый торс Андрея вогнал меня в краску, а то, как беззастенчиво мужчина демонстрировал своё право находиться в квартире Евы в голом виде. Неуместность моего визита тоже стала очевидна. Я покраснела ещё больше, Андрей поздоровался и выжидательно упёрся взглядом в затылок Евы.
– Сейчас приду! – недовольно дёрнулась она, даже не обернувшись. – Соседка зашла. Юля.
– Я уже ухожу! – громко объявила «соседка Юля». – До свидания! Приятно было познакомиться! Вино тогда не отдам, – прошипела я. – Обойдётесь. Мы с тобой потом как-нибудь выпьем.
– Хорошо, – одними губами ответила Ева и стала закрывать дверь.
В последний момент я втиснулась в щёлочку с последним – и самым важным – вопросом:
– А как секс? Качественный? Если абстрагироваться от товарно-денежных отношений между тобой и Андреем.
– Слишком качественный, – тяжело вздохнула Ева. – Всё по-честному. И так долго… Хочется удавиться.
– Бедняжка.
Подруга наконец-то изловчилась и выставила меня за дверь.
Вот, не только у меня проблемы.
Ещё неизвестно, что хуже – свекровь с отравленным порошком в перстне или опостылевший, но обязательный к употреблению любовник.
А Андрей, мелькнувший за спиной Евы, вовсе не вызывал отвращения. Даже наоборот. Его голый торс смотрелся очень привлекательно. Кожа красивого оттенка – видимо, остатки летнего загара, – мускулатура… Не пластилиновый качок с безумным рельефом, а мужчина, поддерживающий себя в хорошей спортивной форме… И секс, по признанию Евы, практикует качественный, отнюдь не пятиминутный…
Странно, почему подруга так взъелась на Андрея? Впрочем, я и не припомню, чтобы кто-то ей нравился. Вероятно, лишь один-единственный мужчина на земле способен вызвать у неё симпатию и безоговорочную любовь – это Мишутка. Всех остальных особей мужского пола она обливает презрением, выискивает в них изъяны, не оставляет шанса проникнуть в сердце. И после этого Ева утверждает, что хочет найти свою любовь – прекрасную, неповторимую.
Подозреваю – не найдёт никогда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
