В это время Аккес, закончив свои собственные сборы, подошёл к Зике и забросил маску на голову. Девушка смотрела на него с улыбкой, и, казалось, даже ужасная маска не трогала её.
— Ну что, маленькая плакса… — сказал он, улыбнувшись ей.
— Я больше не буду плакать, — произнесла она, гордо подняв голову. На что Аккес улыбнулся сильнее. Его глаза, полные тепла, смотрели на неё с радостью и лёгким сожалением. Он помнил её маленькой девочкой, которая, однажды выбив себе зуб, плакала так сильно, что напуганные птицы улетали с ближайших деревьев. Но стоило ему подойти ближе и начать её смешить, она тут же начинала хохотать, забыв и о боли, и о зубе. Он помнил, как она бегала за ним по пятам, желая участия в любых играх, которые он начинал. Он помнил её слушающую его так, словно он самый умный человек на свете. Он помнил её счастливой. И теперь, пусть и в другом времени, в другой жизни, он опять видел её счастливой и радостной. И его сердце наполнялось такой же радостью. Она должна быть счастлива. Она этого заслуживает как никто.
Взгляд его метнулся в сторону рыцаря, который стоял рядом и хмуро буравил его взглядом. Этому железноголовому явно не нравится, что Зика общается с ним. Что ж, потерпит.
Взгляд его теперь вместо нежности излучал предостережение и скрытую угрозу.
— Присматривай за ней, рыцарь, — сказал Аккес, сверля его ответным взглядом.
Лекамир видя, как этот варвар общается с Зикой, начал медленно выходить из себя. Сдерживался он только из-за данного ей обещания и того случая, когда этот помешанный однажды спас её жизнь. К удивлению, он, несмотря на свою дикость, всегда обращался с Зикой вежливо и осторожно. Это тоже останавливало Лекамира от желания вмешаться и загородить собой девушку.
Услышав же его слова, он саркастично усмехнулся в ответ.
— Ох, да это же самое доброе слово, которым ты меня назвал. Неужели я начинаю тебе нравиться?
И к своему удивлению заметил, как Аккес усмехнулся. Легонько почти незаметно, но по его лицу скользнула улыбка. После чего он опять посмотрел на Зику, и на этот раз улыбнулся по-настоящему и легонько щёлкнул её по носу.
— Прощай, мелкая, — сказал он, снова надевая маску и, развернувшись, пошёл к Эгранту.
Тот как раз закончил собирать свои вещи и повернулся к рядом стоящей Риане.
— Вы можете использовать то, что вам понадобится из этого, — кивнул он на сумки, в которых осталась часть провизии, походных принадлежностей и даже пара шкур, которые им дали островитяне. — Остальное можно отдать или продать.
— Хорошо, — проговорила Риана, внутренне напрягаясь. Она затылком чувствовала приближение Аккеса и не знала точно, что от него ждать. Попробует ли он на неё напасть? Или просто проигнорирует, как всегда? А может, теперь он просто попрощается?
Аккес, поравнявшись с Эгрантом, придирчиво осмотрел его и вещи, что он держал в руках. Риану он, казалось, вообще не замечал.
— Готов? — спросил он, опять закидывая на голову маску и открывая лицо.
— Да. Осталось только найти лошадей.
— Я же говорил, это не составит труда.
— До встречи, Риана, — улыбнулся ей на прощание Эгрант и пошёл в сторону трактира.
— До встречи, — сказал она ему вслед, немного напряжённая, так как Аккес не последовал за другом, а всё ещё стоял рядом. А через каких-то несколько секунд молчания он всё-таки повернулся к ней.
Внутри неё опять всё сжалось из-за невозможности предсказать его дальнейшие действия. Медленно она повернулась к нему.
Он стоял и смотрел на неё, пронизывая своим взглядом, от которого внутри всё замирало. Такой взгляд способен подавить энергетически более слабого человека. А Аккес был силён, настолько силён, что Риане под этим взглядом захотелось закрыться и защититься, хотя раньше никогда не испытывала в этом потребности. Но она нашла в себе силы не разрывать зрительный контакт и упрямо смотрела на него в ответ. Она знала, что это обоюдоострый меч. Глядя вот так вот в душу, человек и сам раскрывается. Но, даже давая ему отпор, она боялась заглянуть в него глубже. Боялась того, что может там увидеть… или не увидеть…
— Проследи, чтобы никто и ничего тебя не убило, жрица, — сказал он, наконец, отведя глаза, поднял свою сумку. После чего опять кинул на неё взгляд. — Мы скоро встретимся.
Её глаза расширились. И не только от удивления, но и от страха тоже, хотя в голосе его не было угрозы. Насторожила её его абсолютная уверенность в своих словах. Только вот в отличие от него, ей этой встречи совсем не хотелось… По крайней мере в ближайшее время.
— Надеюсь, не слишком скоро, — осторожно проговорила она.
Он усмехнулся, и с выражением на лице "А кто тебя будет спрашивать?", надел свою маску и пошёл за Эгрантом, который успел уже отойти на приличное расстояние.
Риана же осталась на месте задумчиво смотреть ему вслед. Действительно, как много может зависеть только от её решения? Что бы она себе ни придумала и ни решила, всё равно всё будет так, как будет.
В отличие от них двоих, Риане с Лекамиром и Зикой особо торопиться не было причины. Потому они заночевали в таверне и все трое без исключения наслаждались даже простой кроватью с тюфяком, набитым соломой. Это было настолько лучше сна под открытым небом и постоянной качки корабля, что ощущалось, как царские покои. И Риана в этот день впервые поспала всю ночь, и когда открыла глаза, солнце уже поднималось, освещая новый день.
В путь они отправилась сразу после завтрака. А путь в Люкению был на удивление недолгим, хотя им пришлось пересечь три королевства. Во многом из-за того, что погода, несмотря на конец лета, стояла тёплая, и никаких помех в пути не было.
Всё то время, что они ехали, Лекамир посматривал на притихшую Риану. Она по-прежнему с любопытством осматривалась по сторонам. И бывали моменты, когда он вновь замечал на её лице то самое по-детски восхищённое выражение, которое он всегда имел счастье наблюдать, начиная с первого дня их знакомства.
— Риана? — однажды, когда они очередной раз остановились на постоялом дворе для ночёвки, он всё-таки рискнул спросить то, что уже давно тревожило его: — Ты нашла ответ на свой вопрос?
Жрица приподняла голову от миски, в которой находился её ужин, и немного растерянно на него посмотрела.
— Да, получила. Даже больше… — взгляд её затуманился, словно она погрузилась в воспоминания. — Правду говорят: чем больше ответов ты получаешь, тем больше вопросов возникает.
— Каких вопросов? — Лекамир весь превратился в слух и внимание. Ему хотелось знать, какой именно ответ она получила.
— Например, что мне теперь делать?
