Нилов задумался, вылил остатки водки себе в рюмку, выпил залпом, вытер рот рукавом, внимательно посмотрел на Арину и подумал, что она в самом деле может пойти к Лысому. Она понимает, что вынуждена отдать деньги – в любом случае. Она хочет ему отомстить. Да, с нее станется…
– Я должен поговорить с ребятами, – процедил Алексей.
– Давай говори, – пожала плечами Арина.
– Но твоя же дочь, сука…
– Так вот, послушай про мою дочь. После того как половина суммы перейдет на ваши счета, твои друзья отпустят Таню и передадут ей, чтобы она ехала к моей лучшей подруге. Она поймет, к кому. От нее она позвонит нам с тобой в Швейцарию. Телефон мы сообщим, когда переведем деньги. Я поговорю лично с ней, потом с моей подругой, и только после того, как они убедят меня, что с Таней все в порядке, вы получите вторую половину. Ясно?
– Ясно, – пробурчал Нилов.
– А теперь убирайся. Завтра позвонишь.
Нилов взглянул на часы.
– Сейчас половина второго! И я не могу сесть за руль! Ты…
– Тачку поймаешь. Ничего не случится с твоей развалюхой, если оставишь ее у меня под окнами. Уже не раз здесь ночевала. Твое присутствие в моей квартире для охраны этой кучи металлолома совсем необязательно. Катись. Видеть тебя не могу.
Нилов пожал плечами, взял видеокассету, молча оделся и не попрощавшись ушел.
Арина закрыла за ним дверь и снова разрыдалась.
* * *
В понедельник все косились на Аринин фонарь, но вопросов не задавали. Народ в «Эккотрейдинге» был понимающий, правда, к счастью, они не могли догадаться, что же случилось на самом деле, да, видимо, и не особо утруждали себя этим. У всех было невпроворот работы. Просто так денег в фирме никому не платили. Времена бесконечных чаепитий и перекуров канули в Лету.
Нилов позвонил ей на работу в середине дня и сказал, что ее условия приняты, только с ребятами ей встречаться совсем необязательно. Половина денег – Таня – вторая половина. Как скоро они с Ариной смогут вылететь в Швейцарию?
– Как только ты сделаешь визу, дорогой.
– Куда мне идти?
У Арины была многократная. Нилову она велела отправляться к знакомым девочкам из турфирмы, которые всегда по-быстрому оформляли все самой Арине, Марианне и Олегу Александровичу. Не за спасибо, конечно. Арина объяснила Нилову, куда ехать и сколько примерно это будет стоить. Обещала прямо сейчас позвонить в турфирму и предупредить.
Нилов заорал, что у него нет лишних денег, и вообще где те двенадцать с половиной тысяч, которые он отдал ее знакомому алкашу.
Арина спокойно ответила, что в самом скором времени у него будут и двенадцать с половиной тысяч, и гораздо больше. Только для того, чтобы их получить, сначала надо вложить, а она на Лешеньку больше ни цента тратить не собирается. Изыскивай резервы, дорогой товарищ. Ищи другую дуру.
Нилов изыскал. Пришлось купить тур. Арина позвонила девочкам и попросила содрать с мальчика как можно больше. Девочки сказали Нилову, что если он хочет все быстро, то стоить это будет дороже. Деваться было некуда: Алексей заплатил.
Визу он получил в следующий понедельник с утра. Девочки предоставили им с Ариной билеты на рейс «Свиссэйр», вылетающий из Петербурга на Цюрих в двадцать минут шестого вечером в понедельник. Обратный билет был куплен на среду.
– Тебе очень надо? – спросила Марианна, когда Арина снова заявила, что исчезнет на пару дней и уйдет в понедельник после обеда.
– Да, – ответила Арина. – Очень. Только, пожалуйста, не задавай никаких вопросов.
Марианна пожала плечами. У нее и без Арины проблем было по горло. И вообще, что за мода пошла на оплывший левый глаз? У Машки, у Арины… Машка хоть сейчас не Марианне, а капитану Ухову в жилетку плачется. Всегда находится мужик, готовый подставить плечо бедной девочке. Только Марианне ни одна сволочь не подставляет. Правда, этот молодой банкир опять звонил…
Арина рассказала обо всем случившемся своей лучшей подруге юристке Наде. Та ужаснулась, отругала, посочувствовала, утешила. Обещала все сделать. На всякий случай собиралась во вторник «пригласить на чашку чая» двух мальчиков из охраны юридической фирмы, где работала.
В понедельник вечером Арина и Алексей Нилов улетели в Цюрих.
Глава 21
Четверг, 6 апреля
После ухода от Арины Нилов рвал и метал. Он был зол как черт. Чтобы вот так его надуть! Сука! Она хочет выйти на Юрку с Олегом. Ничего у нее не получится. Он долго думал, что сказать мужикам. Наконец решил передать им требования этой старухи: перевод половины денег в обмен на девку, после звонка в Швейцарию – вторая половина падает на открытый Ниловым счет. Про желание Арины встретиться со всеми добрыми молодцами он не упомянул. Да и у добрых молодцев не было никакого желания засвечиваться. Ну, видела их заснятыми на кассете, но ведь это ничего не значит. Нужны доказательства.
– Когда ты привезешь нам нашу долю? – только спросил Юра.
– Вы хотите, чтобы эти деньги возвращались в Россию? – искренне удивился Нилов.
– Ты что, перепил, Юрик? – обратился к дружку Олег. – Во-первых, таможне надо на лапу дать, во-вторых, таможня может сообщить кому не надо, потом, если мы вдруг ни с того ни с сего начнем здесь все жить на широкую ногу, у кого-то из серьезных людей могут возникнуть ненужные вопросы. Нет, надо оставить все в этом Цюрихе, продать тут хаты, тачки и сматываться на Запад. Нечего делать в этой стране.
– Согласен, – заявил Нилов. – Посмотрим, по скольку там нам всем набежало, но определенно не хило, раз тот жук полтинник запросил. Хата, тачка… Да, на первое время за бугром хватит. А там обустроимся, посмотрим.
Юра с Олегом кивнули.
– Давайте, мужики, дернем в Штаты. В страну с неограниченными возможностями, как про нее говорят, – предложил Юра. – Чего-то меня эта Швейцария не климатит.
– Надо вначале и Швейцарию посмотреть, – заметил Олег. – Вдруг нам там понравится?
– Правильно, – кивнул Нилов. – Посмотрим, приглядимся. Смотаться всегда успеем.
– Когда ты едешь? – уточнил Олег.
– Девки из турфирмы сказали, что виза будет в понедельник утром. Тогда вечерним самолетом. В среду вернемся. Встречайте с оркестром.
– Встретим, – кивнули мужики. Про открытие их личных счетов они даже не заикнулись, видимо, подобное просто не пришло им в голову, что очень обрадовало Нилова.
* * *
Вторым «проектом», по которому работали добры молодцы, был шантаж. Вернее, он начался первым, но в связи с бурным развитием событий отошел на второй план. Однако возможный доход терять никому не хотелось – и так пятнадцать штук уплыло неизвестно куда: то ли к ментам, то ли вернулись к Картушу.
Для шантажа следовало получить немного нового материала, хотя и старый мог еще сгодиться, потому что ребята держали у себя несколько копий отснятых видеокассет и сделанных с них фотографий. Как сообщил приятелям Юра, «голубой» жив, но не совсем здоров – кто-то ему хорошо врезал в глаз – так что в случае чего можно будет еще раз на него нажать, если только Картуш не сменил объект страсти. Но вот Вера почему-то больше не звонила, а когда ребята пару раз попытались позвонить ей, сразу же вешала трубку. Из дома она не выходила. Что-то определенно случилось.
После просмотра на видике какого-то американского боевика, названия которого он не запомнил, Алексея осенило. У Веры Картуш в квартире установлены подслушивающие устройства, и поэтому она боится разговаривать с ребятами! Менты решили поймать шантажиста и записывают все, что говорится! Нилов тут же поделился своей идеей с ребятами. Они начали ругать себя, что не смогли догадаться раньше.
Тот же фильм давал совет, как действовать в подобной ситуации: нужно разговаривать или в ванной, или в кухне с включенной водой. Вода хлещет из крана, а ты тихим голосом обсуждаешь с главной героиней ее проблемы. Только требовалось решить, кто пойдет на непосредственный контакт.
Нилова снова осенило. Он решил попросить об этом Катерину. Ребята вначале воспротивились, не желая ставить в известность постороннего человека, но Леха опять выступил с предложением: написать Вере письмо и дать Кате задание разорвать его на мелкие кусочки или сжечь после того, как Вера его прочитает.
«Запорожцы» сели писать письмо «турецкому султану». Объяснили, что все остается в силе. Интересовались, нет ли нового материала. Обещали в самом ближайшем времени сделать еще одну попытку.
Катя приехала к Нилову в четверг утром. Он в тот день не дежурил на набережной Пряжки. После двух часов непрерывной ласки, поцелуев и прочих приятных вещей Алексей спросил, уедет ли она с ним отсюда навсегда.
Катя в удивлении приподнялась на одном локте.
– Уехать отсюда? – переспросила она. – Куда? И на что мы будем жить?
– У меня будет на что жить. Я решу этот вопрос во вторник. Ты поедешь со мной?
Катя снова положила голову на подушку и посмотрела в потолок. Алексей обнял ее и крепко прижал к себе.
