Со сколькими женщинами был Страйдер за эти годы? Со сколькими после того как Кайя предложила ему себя? Любая из них могла оказаться ее подругой.
- Новость, - сказал он, надеясь успокоить боль, которую он причинил, - половина людей в этой комнате спали с Парисом.
Надежда расцвела, золото охватило ее глаза, затмевая даже серебро, только быстро завяло и умерло.
- Ты никогда не сможешь простить меня за это. Не на самом деле. Не со мной.
Хорошо, немного работы над ошибками не помешает.
– Давай решим все раз и навсегда. Ревную ли я? Да. Собираешься ли ты сделать это снова? Черт, нет. Нет, если хочешь что бы он продолжал дышать. Волнуюсь ли я по поводу нашего первого раза из-за него? Да. Что, если я не так хорош? Буду ли я гадать, что произойдет? Нет. Ты разговариваешь с настоящим мужчиной-шлюхой, Кайя. Можно подумать я имею право судить.
- Ты ревнуешь? - блеск ее кожи внезапно прорвался через нанесенную косметику, потому что температура
ее тела повысилась.
Его сердце билось в непонятном ритме, а рот наполнился слюной. Попробовать на вкус, скоро, очень скоро. Он просто должен сделать это.
- Да. А теперь о других новостях.
Слова были произнесены немного нечленораздельно, как будто он был пьян от желания.
- Я собственник. И это не изменится.
- Я не хочу, чтобы это изменилось. Мне нравится это в тебе.
- Хорошо. – Несколько раз Страйдер пробовал построить отношения, но собственничество быстро брало верх.
- А я - она нахмурилась, и блеск стал тускнеть, как и ее надежда. - Ты говоришь все это только потому, что хочешь, чтобы я выиграла Жезл Разделения для тебя.
Хотя она и была неправа, он заслужил сомнение, действительно заслужил. К тому же он не мог остановить волну вины, захлестнувшей его. Неважно, что он дальше скажет и неважно поверит ли ему сейчас, она все равно будет думать, что он лгал ей, когда на самом деле украдет этот проклятый Жезл.
Волноваться будем позже.
– А у Жезла есть сексуальные рыжие волосы и тело, которое прямо сейчас прижато ко мне?
Ее сексуальные губки сложились трубочкой.
- Нет.
Так соблазнительно…
– Тогда я совершенно уверен, что ты мне нравишься потому, что ты – это ты. Я имею в виду, почему мне не должно это нравиться?
– Правда, – сказала она, но так и не расслабилась. – Я просто восхитительная.
– Даже лучше.
– Я знаю. И никто никогда не сможет убедить меня в противоположном. Независимо от того, как сильно он будет стараться. – Прямое попадание, напоминание ему обо всех тех разах, когда он задевал ее гордость, чтобы спасти себя от притяжения к ней. Не то, чтобы он никогда не работал. Поражение оживился и Страйдер дал ему ментальный пинок в темный угол. Он не хотел, чтобы демон вмешивался прямо сейчас. Это было между ним и Кайей.
- Мне жаль, что я никогда не говорил другого, - добавил он искренне. - Ясно, что я страдал от какой-то травмы головного мозга.
- Я подозревала это. - Выражение ее лица смягчилось, но она все равно не уступила. - Так что тебе нравится во мне, кроме моих изумительных волос и тела? Потому что в последний раз мы говорили об этом, ты сказал, что от меня слишком много хлопот. Ты сказал, что я вызываю тебя на каждом шагу, и ты не хочешь нервотрепки со мной.
- Ты собираешься бросать мне в лицо все, что я когда-либо сказал, каждый раз, когда мы спорим?
- Абсолютно. - Она признала это легко, без колебаний.
– Хорошо. Просто проверяю. – А вот и кое-что необычное. Ему понравилось это. Нужно использовать любое оружие, которым ты располагаешь, чтобы выиграть битву, и она использовала его прошлые ошибки как бритву. Она резала этим его, в то же самое время, показывая ему, как успокоить ее раны.
- Ну?
– От тебя действительно одни проблемы, я этого не отрицаю. – Она напряглась, и он поспешно добавил. – Но я понял, что не возражаю.
Вспыхнул гнев, яростное серебро без намека на золото.
– Ты не возражаешь? Ну, разве я не самая везучая девушка? Если одна из твоих бывших подружек когда-либо говорила тебе, что ты умеешь подбирать слова, она лгала.
Кайя расцепила лодыжки и опустила ноги. Но он не отпускал ее. Он снова поднял ее, заставляя остаться на месте. Внезапный прилив нахлынул на него из-за этого трения, даже без особой стимуляции.
– Послушай, – сказал он. – Ты пробуждаешь во мне ад. Ты возбуждаешь меня. И я считаю что то, что я думал, что я не хотел тебя, это моя любимая часть. Кроме того, я знаю, что я тоже не подарок.
Она начала смягчаться. Наконец-то, хотя бы чуть-чуть.
– Ты просто глубже роешь себе яму, ты полный идиот.
– Ну же, куколка. – Он развел руки шире, чем даже тогда, когда катался на самом крутом аттракционе на американских горках. – Я новичок в этих делах. Дайте мне немного пространства для маневра.
Да, он знал, что это было забавно, просить об эмоциональном пространстве, хотя Страйдер не позволит ей передвигаться физически, но бросьте. Он же парень. Это было в порядке вещей. Но потом она поняла то, что он сказал, и застыла, даже перестав дышать.
Неожиданно она стала такой уязвимой.
– Это было признание, что ты мой? – спросила она.
Было ли?
– Да,– сказал он то, что пришло на ум. – В течение следующих нескольких недель я буду лучшим проклятым супругом, которого ты когда-либо видела. После этого не могу ничего обещать. У меня никогда не было этого «жили долго и счастливо» и «навеки вечные». Нам нужно будет пересмотреть наши отношения, наши чувства.
Мысль завертелась в его голове. Что, если она не сможет простить ему кражу Жезла? Что, если это действие окажется большим, чем “простая мелочь”? Тогда не будет никакой переоценки, потому что она не захочет иметь с ним ничего общего. Все будет кончено, точка.
Ощущение острой необходимости овладело им. Он должен был заставить ее согласиться принять его, всего его, сейчас. Тогда, позже, ей будет труднее выбросить его из своей жизни. Не то, чтобы он хотел слоняться поблизости. Как он и сказал ей, у него никогда не было длительных отношений. Несколько месяцев, но не дольше этого. И все же, он и предположить не мог, что сможет не хотеть Кайю. Он презирал мысль о том, чтобы быть без нее. Поэтому, да, он должен был заставить ее согласиться.
- Дай мне шанс, - молил он. - Пожалуйста.
Победа? сказал Поражение.
Возвращайся в свой угол.
Краем уха он услышал, что музыка изменилась, темп стал жестче, быстрее, но он не захотел ускорять их медленные движения, танцуя с Каей.
Ее плечи поникли, возможно, потому, что она расстроилась, что он не согласился остаться навсегда, она опустила руки на его грудь и прошептала, – Этого не достаточно. Мне бы этого хотелось, но …
