Читаем без скачивания Не отворачивайся - Линвуд Баркли

Вмешался мой отец:

— Зачем вы так? Что он сделал? Почему вы не позволяете ему искать Итана?

— Извините, сэр, но вас это не касается, — ответил Дакуэрт.

— Не касается? — крикнул отец. — Речь идет о моем внуке! Он пропал!

— Сэр, сейчас сюда прибудут полицейские и проведут квалифицированный поиск.

Отец вскинул руки.

— Где они, ваши полицейские? И сколько, как вы думаете, их нам ждать? А тут дорога каждая секунда. Неужели вы не можете отложить разговор?

Дакуэрт обратился ко мне:

— Мистер Харвуд, возник новый поворот в деле об исчезновении вашей жены, и мы должны это обсудить.

— Какой поворот?

— Поговорим в управлении.

Я понимал, что если сейчас уеду с ним, то оттуда уже не выйду. И тут мне помог, как ни странно, тот самый идиот в бейсболке с изображением трактора.

— Эй! — крикнул он через улицу.

Мы оглянулись. На его подбородке запеклась кровь.

— Вы коп? — спросил он у Дакуэрта.

— Да.

— Этот мерзавец, — он показал пальцем в мою сторону, — только что напал на меня.

Детектив повернулся ко мне.

— Это правда, — кивнул я. — Когда тут собрались соседи, тот человек… обвинил меня в убийстве жены и сына. Я не сдержался.

— Скоро сюда прибудут полицейские, им и пожалуетесь, — сказал он парню.

— Нет! — воскликнул тот, направляясь к нам через улицу. — Вы должны надеть на него наручники прямо сейчас. У меня есть свидетели.

Не обращая внимания на Дакуэрта, он бросился на меня. От него разило спиртным.

Дакуэрт схватил его за руку и проговорил с нажимом:

— Сэр, стойте здесь и ждите прибытия полицейских, они вас выслушают.

— Я видел этого типа в новостях, — не унимался сосед в бейсболке. — Он убил свою жену. Почему он не в тюрьме? Плохо вы выполняете свою работу, вот что я вам скажу, позволяете разгуливать по улицам преступникам, а они нападают на людей.

— Назовите свое имя, — потребовал детектив.

— Аксел Смайт.

— Сколько вы выпили сегодня, мистер Смайт?

— Что? — встрепенулся тот, словно его оскорбили.

— Сколько вы сегодня выпили спиртного?

— Не очень много. А почему вы спрашиваете? Разве это имеет значение? Если даже я немного выпил, полиция все равно обязана меня защищать.

— Мистер Смайт, я повторяю: стойте здесь и ждите полицейских.

— Арестуйте его немедленно! — крикнул Смайт. — Он напал на меня. — Он тронул свой подбородок. — Вы, наверное, думаете, это сок? Нет, преступник ударил меня прямо в лицо.

Дакуэрт отстегнул наручники, прикрепленные к поясу. Аксел Смайт засмеялся:

— Правильно! Задержите негодяя!

Дакуэрт весьма ловко и быстро, чего при его комплекции ожидать было никак нельзя, схватил Смайта и прижал к капоту своего автомобиля. Затем завернул ему левую руку, пристегнул наручник к запястью. Через секунду он сделал то же самое с правой.

Я не стал дожидаться окончания процедуры и побежал к отцовской машине. Завел двигатель и, выехав на траву, обогнул автомобиль Дакуэрта.

— Мистер Харвуд! — крикнул детектив, прижимая вопящего Аксела Смайта к капоту. — Остановитесь!

Но не для того я сел в машину, чтобы останавливаться.

Если вы сбежали от полиции, то логично было бы предположить, что вы будете ехать как можно быстрее. Но я, свернув за угол, постоянно притормаживал, высматривая Итана по обе стороны улицы и бормоча под нос:

— Ну где же ты, сынок? Куда запропастился?

Я уже подъезжал к своему дому, когда зазвонил мобильник.

— Дэвид, это Саманта.

— Привет!

— Ты где?

— Я сейчас занят.

— Срочно приезжай в редакцию!

— Не могу.

Я вышел из машины. Итан мог попасть в дом, взяв ключ у моих родителей. Он висел в холле на гвоздике.

— Это очень важно, — добавила Саманта Генри.

Я заглянул на задний двор и крикнул:

— Итан!

— Чего ты кричишь? — возмутилась Саманта. — Я чуть не оглохла.

Я вошел в дом через заднюю дверь и, понимая, что сына там нет, все равно окликнул его. Естественно, никто не отозвался.

— Дэвид? — нетерпеливо проговорила Саманта. — Ты меня слушаешь?

— Да.

— Немедленно приезжай в редакцию.

— Сейчас не время, Саманта. А что случилось?

— Здесь Элмонт Себастьян. Он хочет поговорить с тобой.

Меня прошиб холодный пот. Как я забыл о намеках и угрозах? Историю, как он укротил заключенного, члена «Арийского братства», пригрозив расправиться с его шестилетним сыном?

Глава пятьдесят первая

Когда я заехал на автостоянку газеты «Стандард», уже начало темнеть. В дальнем конце, недалеко от входа в производственные помещения, стоял лимузин Элмонта Себастьяна. Я поставил машину рядом и вышел. Тут же появился Уэлленд и кивнул на заднее сиденье.

— Нет уж, спасибо, — сказал я.

Но он уже открыл дверцу. Рядом с Себастьяном сидела Саманта Генри, вся в слезах. Увидев меня, она прошептала:

— Прости.

— За что?

— Я это сделала ради ребенка.

— Ничего не понимаю.

— Помнишь, я говорила тебе, как мне трудно — растить ребенка, оплачивать счета? Я знаю, Дэвид, это плохо, но что мне оставалось делать? Идти на улицу? Газета еле сводит концы с концами, того и гляди уволят. Это вопрос времени, когда все мы лишимся работы. И тут мистер Элмонт предложил мне место в своей фирме.

— Какое?

— Пресс-секретаря.

— Значит, ты прочитала анонимное электронное письмо, пока я ходил пить кофе? И сообщила Себастьяну?

— Прости. — Она опустила голову. — Я сказала ему, что ты наводишь справки о какой-то Констанс Таттингер. Наверное, это женщина, которая прислал тебе список. Он хочет поговорить с тобой. — Саманта вылезла из лимузина, прошла к своей машине и уехала со стоянки.

Мое лицо горело.

— Садитесь. — Себастьян похлопал по кожаному сиденью. — Помогите мне, и я найду работу и для вас тоже. Не обязательно в пресс-службе. Я обещал это место мисс Генри, а я человек слова. Но вы способный, всегда можно найти вам применение.

— Мой сын у вас? — произнес я.

Себастьян вопросительно вскинул брови.

— То есть?

— Если он у вас, скажите. Назовите свои условия. Теперь у вас все козыри.

— Кто такая Констанс Таттингер? — спросил он. — Вы просили мисс Генри навести о ней справки. У нас такая не работает. Это она прислала вам список?

— Как недавно выяснилось, Констанс Таттингер — моя жена.

Себастьян прищурился.

— Не понимаю. Зачем вашей жене список фамилий?

— У нее не было и нет списка. Саманта перепутала.

Себастьян со вздохом откинулся на спинку сиденья.

— Должен признаться, я немного сбит с толку. Мне казалось, вашу жену зовут Джан.

— Да, она называла себя Джан Ричлер, но ее настоящие имя и фамилия — Констанс Таттингер. Я просил Саманту разузнать о ней — думал, это поможет мне ее найти. Теперь нет никаких сомнений: она прислала мне электронное письмо, чтобы заставить поехать в Лейк-Джордж.

Элмонт Себастьян удивленно посмотрел на меня.

— Зачем?

— Чтобы меня подставить. Но в данный момент это к делу не относится. Она понятия не имеет о вашей фирме и подкупе членов городского совета. Лучше скажите, что с моим сыном.

— Я ничего не знаю о вашем сыне.

— Вы не похищали моего Итана?

Себастьян покачал головой.

— Да что вы, Дэвид?

— Ну тогда будем считать разговор законченным.

— Нет, — произнес Себастьян твердым тоном, — разговор мы закончим, когда вы передадите мне документ, на который не имеете никакого права.

Речь шла о списке, лежавшем у меня в кармане. О котором я по глупости рассказал Саманте.

— Думаю, вы ошибаетесь, — произнес я.

Да, можно было отдать ему список, и дело с концом. Хлопот у меня было предостаточно. Я мог протянуть его Себастьяну и уйти, но меня удерживало какое-то странное упорство. Не хотелось упускать шанс. А вдруг мне удастся выбраться из этой передряги и вернуться к репортерской работе — не в «Стандард», так где-нибудь еще? И тогда можно будет заняться вплотную Элмонтом Себастьяном. Открыть по нему огонь, свалить. Если же я сейчас отдам ему список, подобного не произойдет.

— Ну что ж, — проговорил Элмонт Себастьян с притворной грустью, — придется поработать Уэлленду.

Я метнулся вперед, и громила-шофер не успел схватить меня за руку. На бегу я полез в карман за ключами, наивно полагая, что успею сесть за руль и завести машину. Но Уэлленд был совсем рядом, пришлось припустить со всех ног ко входу в типографию. Шофер Себастьяна пыхтел сзади, как разъяренный бык. Да, он превосходил меня весом и мускулами, но в скорости проигрывал.

Я вбежал в помещение, но времени захлопнуть дверь не было. Меня оглушил шум печатной машины. Сейчас работала только одна из трех. Две другие запустят через два часа, когда отдел новостей закончит подготовку первого выпуска. Я быстро поднялся на эстакаду. Печатники кричали, чтобы я ушел, но мне было не до них. Эстакада тянулась на двадцать метров. Странно, но Уэлленд пока не появился.