И никогда не подведет.
Это чудо было столь ошеломляющим, что Бейли непременно упала бы на колени, если бы не крепкие руки Ноа.
– Ты не одна, – повторил он, этот высокий, сильный мужчина. Поразительно красивый и отважный мужчина. – Повтори это сама, Бейли!
Ее сердце подскочило, включая высокую передачу. Прочие части тела также пришли в волнение. Ей стало жарко, слишком жарко и… ей стало вроде как тесно в собственной коже. Она подумала, что сейчас умрет, если Ноа не коснется ее…
– Ноа!
– Произнеси эти слова, Бейли!
– Я не одна, – прошептала она, прижимая к груди руку, чтобы не выскочило сердце. Последовали и другие реакции, все в эрогенных зонах.
«Это адреналин, – твердила она себе. – Взрыв адреналина, вот и все».
– А теперь поверь сама, – настаивал Ноа.
– Я не одна, – повторила Бейли. Его ладони опирались о край раковины, по обе стороны от ее бедер. Руки согнуты в локтях, так что их лица оказались на одном уровне. Губы едва не соприкасались. – И что сейчас? – спросила она чуть хрипловатым голосом.
– Сейчас… – Ноа прислонил ее спиной к стойке, заняв все свободное пространство. Ее сердце подскочило в радостном ожидании.
Потом Ноа поцеловал ее щеку и медленно выдохнул, покусывая мочку уха. Бейли пронзила дрожь.
– Наверное, нам нужно вернуться на свои места.
– Да. Ты когда-нибудь занималась любовью в самолете?
– Нет. – Уже задыхаясь, Бейли обвила руками его шею. Она никогда не занималась любовью на борту самолета. – Не думаю, что это хорошая идея… О-о! – Ноа поднял ее на руки и усадил на узкую стойку. Ее тело вдруг стало невероятно легким. Бейли уже дрожала вся, с головы до пят, в ее сердце зрела надежда. – Прямо здесь?
Вместо ответа он обнял ее бедра, заставляя раздвинуть ноги, и встал между ног Бейли, скользнув ладонями под ее ягодицы.
– Ладно, пусть будет здесь, – сдалась Бейли, но он уже задрал ее юбку, подцепил пальцами трусики и дернул их вниз. – А как же стюардесса? – ахнула Бейли, но он, расстегнув джинсы, уже вошел в нее одним мощным движением. И ей стало не до разговоров. И думать она тоже перестала.
С его губ слетел низкий протяжный стон – слишком сильным было нахлынувшее наслаждение. Сжимая ее бедра, он чуть не вышел из нее полностью, и Бейли тихо вскрикнула. Она ничего не могла с собой поделать в страстной потребности вернуть его назад. Ощутить горячую твердую плоть, пульсирующую внутри нее, ощутить ее прямо сейчас. Сейчас!
– Тише, – сказал Ноа, накрывая ртом ее рот, чтобы заставить Бейли замолчать. А потом… потом он начал двигаться. Вдруг все ее страхи, ее волнение и нервы… все… исчезло. Улетело в никуда. Ее существование, только что казавшееся таким сложным, обремененным кучей проблем, сделалось удивительно простым, шокирующе легким.
Так было всегда, если она находилась рядом с Ноа.
Как ему это удавалось?
Бейли этого не знала, просто принимала как данность. Целовала его губы, позволяя Ноа творить чудеса.
Полет в Кабо-Сан-Лукас прошел гладко, однако Ноа сжимал кулаки так, что побелели костяшки. Кабо – место его ночных кошмаров. И то, что Ноа прилетел сюда как пассажир, только осложняло положение – ведь он не мог его контролировать. Никак.
Через себя не перепрыгнешь.
Самолет сделал крен, и Ноа получил возможность обозреть чудесный вид местности, особенно того места, куда однажды он свалился с неба, разбившись о безлюдные холмы.
– Ноа? – Прекрасные небесно-голубые глаза Бейли смотрели на него с тревогой. – Ты в порядке?
– Все прекрасно. – Ноа почувствовал, как по виску сбегает капля пота. – Однако тут жарковато. Тебе не кажется, что здесь слишком жарко?
Бейли промолчала, только сплела пальцы с его пальцами и крепко сжала.
Оказалось, что он может испытывать трогательную благодарность и впервые с тех пор, как… то есть впервые в жизни ему захотелось опустить голову на чье-нибудь плечо и успокоить душу.
На плечо Бейли.
Разве не ирония судьбы? Ему нужна женщина, которая доставила ему столько хлопот.
Пилот заложил вираж на другую сторону, чтобы пассажиры могли увидеть океан, и желудок Ноа сделал кувырок. Он уже налюбовался этим видом, большое спасибо, сыт по горло.
Иисусе!
Посадка вблизи того рокового места не пройдет ему даром, нечего и надеяться.
– Простите, сэр, вам нехорошо? – спросила пассажирка, сидящая в кресле по другую сторону прохода.
– Все в порядке, – сказал он с нарочитой легкостью, насколько это было возможно сквозь стиснутые зубы. Бейли держала его за руку, поглаживала по плечу. И все-таки, все-таки он весь покрылся испариной. – Не стоит беспокоиться, спасибо.
Бейли гладила его плечо, а Ноа пытался собраться с духом. Иначе Бейли совсем расстроится из-за того, что притащила его в это проклятущее место. Ему бы хоть минуту. Или две.
Наконец они совершили посадку, и Ноа едва подавил желание целовать землю. Без дальнейших унизительных для него сцен добрались до здания аэропорта. Однако Ноа не сомневался – удача будет сопутствовать им недолго.
Ведь рядом Бейли.
Она была чертовски умна, с ней ему хотелось смеяться и петь. Несомненно, он отдавал должное этой роскошной красавице. Однако что есть, то есть – она, будто магнит, притягивала беду.
На некоторое время он лишился рассудка, помогая ей вступить в клуб «Высокая миля» для тех, кто любит заниматься этим в поднебесье, в туалете самолета. Зато теперь думал головой, а не другим местом, и эйфория после замечательного секса начинала рассеиваться.
То, что они не смогли добраться до заначки Алана, было плохим знаком.
Появление ее брата в аэропорту Лос-Анджелеса было плохим знаком.
А уж само это место – просто ужасный знак. Ноа почувствовал, как начинает злиться. Что-то он упускает из виду. Что-то очень важное.
В этом он был уверен. Но насколько осведомлена Бейли? Или просто продолжает упрямо молчать?
Эта мысль была ему отвратительна.
Ничего не произошло, пока они покидали аэропорт и брали в прокат машину, а потом катили по дороге в видавшем виды старом «Блейзере». «Старый» – мягко сказано! Ехали по главной улице, сквозь пропитанную солью сухую жару Кабо, как вдруг телефон Ноа завибрировал.
– Фишер, – ответил он.
– Ты не катаешься на лыжах, не развлекаешься с лыжницами и не пилотируешь самолет в Кабо ради услуги нашей Ходячей Неприятности. Где же ты в таком случае, черт тебя дери? – раздраженно спросил Шейн.
– Ты и вправду хочешь знать?
– Ты уже в Кабо.
– Бинго.
– Ты летел коммерческим рейсом.
Это был не вопрос, а утверждение, сказанное таким тоном, что было ясно: Шейн просто шокирован! Ноа бросил быстрый взгляд на Бейли, которая навострила ушки. Она опустила стекло, и ветер играл волосами, которые она без особого успеха пыталась придерживать, чтобы не падали на лицо. Руки подняты вверх в попытке укротить гриву волос; таким образом, ее шея открывалась взгляду Ноа.
