По обрывкам разговоров, которые смог уловить Че, он понял, что Инти, Помбо и другие прорвались сквозь кольцо окружения. Теперь они блуждали где-то в этих краях. Прибыв к условленному месту встречи, они, несомненно, поймут, что он и Вилли попали в плен. Он вполне допускал мысль, что они нападут на лагерь. Но это было бы неразумно. У них все равно ничего не выйдет. Хотя… Он услышал голоса первых подвыпивших солдат. Если эти продолжат в том же духе, подумал Че, их ждет горькое похмелье.
Двое агентов ЦРУ вошли в комнату. Они презрительно поглядели на Че…
— Так, — начал глумиться один из них. — Ты, значит, и есть тот самый великий человек? Непобедимый Че Гевара?
Он приблизил свое гладко выбритое лицо к лицу Че. Затем он начал говорить с ним притворно, как с ребенком.
— А ведь так все здорово начиналось, не так ли? Но теперь все кончено. Борьба ваша полностью проиграна. Мы с нашей техникой сумели справиться даже с тобой. Да, ты был чертовски хорошим бойцом. Очень жаль, что ты сражался не на той стороне. Мы тщательнейшим образом изучали твою теорию партизанской борьбы. Не иначе, считал себя непобедимым, не так ли? Но мы многому научились. Ты, конечно, уже поверил, что одержал победу, нанеся армии несколько поражений, не так ли? Этот сброд ты вполне мог победить. Но людей, которые так лихо разделались с тобой, мы здесь обучали специально. Специально, чтобы захватить тебя. Ты заметил, что последние недели ты терпел неудачу за неудачей? Ты просто столкнулся с нашими подразделениями по борьбе с партизанами.
Мы всегда знали, где ты находишься. Именно, всегда. Твоя вьетнамская печь, горящая без дыма, не помогала тебе. Мы засекли вас при помощи специальных приборов, аппаратов, которые реагируют на тепло.
Неожиданно один из сотрудников ЦРУ ударил Че в лицо.
— Я вижу, ты удивлен. Вы же слышали шум многих маленьких самолетов. Это и были наши радиолокаторы. Так мы сумели окружить тебя и твой отряд. Эта современная техника навсегда покончила с партизанской борьбой. К тому же нам пришлось возиться только с вами. Тебе не удалось привлечь на свою сторону население. Какой же вывод? У вас не было шансов. Партизаны будут теперь повсюду разгромлены. Во Вьетнаме, Гватемале, Колумбии. Теперь мы хозяева положения. Нам нужно только приспособиться к вашим методам борьбы. Трусливо кусать и исчезать. Но с этим теперь покончено.
Че непреклонно смотрел ему в глаза. Он чувствовал, что близок к обмороку. Раны в руке и ноге причиняли неимоверные страдания. Он потерял слишком много крови.
— А знаешь, что самое замечательное? Сообщение о твоей смерти уже напечатано… «Нью-Йорк тайме» еще вчера опубликовала огромный репортаж: «Последний бой Эрнесто Че Гевары». Вот так-то.
На протяжении суток агенты ЦРУ пытались выведать у Че хоть что-нибудь об освободительной борьбе в Латинской Америке. Наконец они поняли, что все их попытки ни к чему не приведут.
Капрал Теран, шатаясь, ввалился в комнату к Че. Он был совершенно пьян. В этот момент Че услышал, как Вилли закричал: «Я горжусь тем, что умираю вместе с тобой, Че!» Затем раздались выстрелы. Эль Чино убили вместе с Вилли.
Че посмотрел на своего убийцу, в глазах которого был отчетливо виден страх. Че знал, что настал его смертный час, но палач все еще колебался.
— Стреляй! — сказал ему Че. — Я не боюсь.
Однако тот так и не решился выстрелить. Он просто ушел. Че слышал, как двое офицеров принялись орать на него, что он не понимает, какая это честь — убить Че. Но на деле оба они, вероятно, опасались, что партизаны могут отомстить убийцам Гевары. Поэтому они подсунули вместо себя пьяного капрала.
Теран вновь вошел в комнату. Он прицелился в Че и дал по нему очередь из автомата. Пули попали в нижнюю часть туловища и в ноги. Несколько пуль пробило тело Че. На деревянном полу класса образовалась лужа крови. Но он был еще жив. Раны в живот только усилили его мучения.
Че бесконечно долго лежал на полу. Все чаще он терял сознание, и это избавляло его от страшных болей.
Он услышал, как кто-то заорал:
— Теран, пойди и добей его!
Капрал снова вошел в комнату. Он остановился возле Че и некоторое время пристально смотрел на него. Затем вытащил пистолет и приставил его к виску Че.
Вот так приблизительно это произошло. Имена убийц не остались в тайне. К удивлению своему, он установил, что некоторые из них умерли не своей смертью.
Даже мертвый Че внушал своим убийцам страх. Его труп бесследно исчез, а школу, в которой были убиты Че, Вилли и Эль Чино, на следующий день сровняли с землей. Не должно было остаться никаких следов.
Но, дойдя до последних минут жизни этого человека, он не прекратил изучать биографию Че Гевары. Еще долго перед ним громоздились горы исписанной бумаги. Еще на многие вопросы он так и не нашел ответа. Но постепенно множество небольших ярких мазков заполнили контуры его незримого образа. Че стал ему гораздо ближе. Многое он понял. Многое осталось для него неясным. Он должен был искать дальше, ибо хотел подойти вплотную к тем проблемам, которыми до сих пор никто не занимался. Проблемам, которые только-только обозначились.
Отчужденность исчезла. Мечты Че приобрели конкретный облик. Слабости, на которые другие показывали пальцем, показались ему теперь незначительными. И наоборот, явственно обозначились те слабости, которые другие не хотели замечать, чтобы создать безупречный образ.
Вместе с тем более четко вышли на первый план его сильные стороны. Это сделало его как-то ближе. Че приобрел человеческие черты. Он осознал, что убить человека — это не значит убить его идеи и убеждения. Оружие, которое было выбито из рук Че, не осталось валяться где-то в пыли. Многие, очень многие люди ощутили после этого потребность подобрать его. Пришлось потерпеть много жестоких поражений, но и побед стало больше. И невозможно было больше убить мечту о создании нового человека.
Остались явственные, глубокие, неизгладимые следы. Они показали, что Че вышел победителем.
Его мечты остались гордым вызовом, брошенным врагу.
Жизнь, отданная революции
Победа Кубинской революции 1 января 1959 года, которая привела к созданию первого социалистического государства в Западном полушарии, была подготовлена всей историей многолетней борьбы народа Кубы против иностранного господства за свою свободу и независимость.
В этой борьбе активное участие принимали и представители других народов. Вспомним, например, доминиканца Максиме Гомеса, сыгравшего выдающуюся роль в период борьбы за независимость и ставшего в 1895–1899 гг. главнокомандующим национально-освободительной армии Кубы. Известно, как добровольцы русский Петр Стрельцов и поляк Кароль Ролов-Миаловский храбро сражались в рядах кубинских повстанцев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
