Самый последний — ход, который сигнализирует о симметрии. Вы передаете взрослеющему ребенку право самому принимать решения в терминах баланса между целеустремленным первым вниманием, которое вы, вероятно, и не собираетесь занять в их иерархии, и вторым вниманием. Молодой взрослый выбирает даже контекст. Кастанеда предлагает найти ребенку достойного противника — личность или контекст, который заставит его полностью мобилизовать свои ресурсы. Я не думаю, что стоит становиться достойным противником собственного ребенка. Это один из моментов, которые мне нравятся в западноафриканской модели. Достойные противники мальчика в области дисциплины и совершенства— его дядья.
Джуди: Идея достойного противника такова: если вы никогда не оставались в дураках, то никогда не будете учиться.
Джон: И если вам никогда не давали хорошего пинка, ваше окружение никогда не вызывало у вас стресса, вы не сможете развить некоторые классы ресурсов. Есть старый эксперимент с крысами[5], думаю, Розали о нем знает. Экспериментаторы брали детенышей крыс и делили их на три группы… с одной группой они просто играли каждый день, развлекали и гладили этих крысят. Другую группу они пугали и били током. Кстати, где они взяли эти идеи? Предполагаю, они планировали кое-что еще. (смех) Не знаю, что. Я рад, что доставалось только крысам, вот все, что я могу сказать.
Розали: Не всегда.
Джон: Крысят из третьей группы они сажали в клетки, каждого в отдельную клетку со всеми удобствами, давали им еду и защиту, все эти замечательные вещи, в которые так верят родители, я имею в виду, родители-крысы (смех), давали им все, что родители считают необходимым для детенышей. И все это они делали в течение некоторого критического периода, с 21 до 40 дня после рождения…, и потом они отпускали всех крысят на волю. И когда крысята становились взрослыми, эти ученые проверяли, насколько успешно они приспосабливались к новому окружению и все такое. И что вы думаете?
Мужчина: Испуганные крысы.
Джон: Испуганные крысы что? Они оказались чемпионами. Испуганные крысы были безупречно настойчивы при исследовании незнакомого окружения. Обласканные тоже. А те, которые в одиночестве сидели в своих клетках, забились в угол, обкакались и описались с ног до головы. (смех) В некотором смысле, неадекватный стресс лучше, чем вообще отсутствие контакта. Я могу вспомнить некоторые события, через которые прошел подростком. Сейчас они стали частью моей ресурсности. И я знаю взрослых, которые все еще хнычут и скулят, что этот опыт нанес им непоправимый вред, разрушил их способность выражать личную гениальность, и если бы не он… Восприятие и смысл создает организм, а не окружающая среда. Опыт, сам по себе сырой опыт, окружение, может сделать многое. Но что это означает для организма — решаете вы сами, до такой степени, которая удивила и восхитила бы вас.
Есть еще кое-что, о чем, я уверен, вы очень много знаете. У всех вас есть старые демоны.
Группа: Что?
Джуди: Старые демоны.
Джон: Старые демоны. Демоны, которые есть у вас так долго…
Джуди:… Но не обязательно…
Джон:…Уместные…
Джуди:… Для того, кем вы стали или что делаете сейчас. Но, тем не менее, они здесь.
Джон: Демон, который умел лазить по деревьям, когда вы были маленькой девочкой или маленьким мальчиком. Демон, который знал, как ловить лягушек. Я не знаю. Обратите внимание, сейчас вы проводите не слишком много времени лазая по деревьям или охотясь на лягушек… И это может быть приглашением от мира, напоминанием, что вы стали немного слишком солидными, немного слишком взрослыми. Однако если вы подумаете об этом, то найдете, что некоторые ваши демоны больше не имеют уместных функций, из-за эволюции внутреннего и внешнего контекста.
Джуди: Что вы собираетесь с ними делать?
Мужчина: Продвинуть их.
Джон: Продвинуть их куда?
Роберт: На их уровень некомпетентности. (Смех)
Джон: Именно так заканчивают старые демоны, если не поместить их туда, где они могут быть полезны. Это — принцип Питера во внутренней организации.
Джуди: В некоторых африканских племенах есть понятие Вази. Вази — это старые мудрые люди. Они всегда доступны. Они ожидают того, кто намекнет им, что нуждается в некоторой информации… А они знают много всего. Они старые и мудрые. Они видели и слышали много различий.
Джон: Если у Вази не спрашивают совета, они все равно приходят и так или иначе участвуют в ситуации — хотите вы их видеть или нет.
Само их присутствие стабилизирует. Они действуют с мудростью, возникшей в результате того, что они были демонами, достигали блестящих результатов в своем деле. И они понимают, что контекст изменился. И они переместились не только на другой логический уровень, но и в латеральную часть личной структуры. Не стоит тратить впустую что-то столь мощное как старый демон. Это было бы безрассудно.
Джуди: Так или иначе, он может вам пригодиться. Вы не знаете наверняка.
Джон: Есть второй способ использовать старых демонов — превратить их в тренеров.
Джуди: Как вы думаете, для чего?
Джон: Чтобы тренировать новых демонов. Они — как демоны-прототипы, правильно? Так что в моем техническом штате есть тренеры. И это создает различие между кривой обучения и движением по кругу. Я учусь играть на барабане и перкуссии, и замечаю при этом, что это очень напоминает мне какой-то другой опыт. Здесь есть то же самое, что я уже прошел в спорте, в межличностных отношениях… Во всем этом есть нечто общее. Поэтому от старых демонов приходят действительно мощные обобщения. Эти обобщения можно использовать для ускорения цикла обучения новых демонов. Да, Антонио.
Антонио: Я думал об этом. Знаете, у меня есть демон футбола.
Джуди: Не сомневаюсь.
Антонио: И есть другой, для психотерапии. И иногда, когда я занимаюсь психотерапией, я как будто играю в футбол — я делаю это действительно хорошо, и все происходит так легко.
Джон: Да, вы получаете от него пас, правильно? (Стоны в группе). Расслабьтесь. Каждый воспринимает юмор по-своему. Моим тренером был Эриксон.
Антонио: Вот о чем я подумал: один демон учит другого?
Джон: И они даже могут образовывать временные союзы. Вы также, наверное, заметили, что в психотерапии иногда уместно использовать метафору футбола, а иногда демон футбола неуместен.
Антонио: Да.
Джон: У вас очень красивый демон футбола; я видел, как этот сорванец выглядывал из ваших глаз и улыбался, когда вы танцевали. Было бы трагедией разрушить демона психотерапии демоном футбола. Есть области применения, которые неуместны. Сколько людей в футбольной команде? И не является ли класс отношений в футбольной команде зеркальным отображением некоторых наиболее мощных принципов организации групповой работы? Обратите внимание, одна из самых замечательных вещей в футболе состоит в том, что вы никогда не прекращаете двигаться — это один из самых требовательных видов спорта, в терминах прямой физической энергии. И текучесть футбольной команды, которая действительно умеет играть в команде, феноменальна. Можно взять лучших футболистов мира и собрать их в команду. Но я предпочел бы наблюдать игру хорошей команды обычной средней школы, из-за огромной координации и взаимосвязанности, которую приобретают люди, долго игравшие вместе. Знаете, когда вы играете в футбол, ваше периферийное зрение превосходно, это становится даже странным. Вы даже знаете, где находятся люди позади вас, потому что можете рассчитывать на некоторые предсказуемые паттерны, возникшие в совместных тренировках.
Джуди: У вас появляются глаза на затылке, как у тех монахинь из католической школы, в которой я училась. (смех)
Антонио: Я часто бил по мячу и знал, куда он полетит еще до того, как он туда летел.
Джон: Да. Вы оцениваете метафору. Вы хотите, чтобы этот демон реагировал на запрос. Если диспетчер психотерапии решил, что это в этом случае уместна метафора футбола, он свистит: «Эй! Пеле, иди сюда. Вази, иди сюда и помоги демону психотерапии». «Делай то, делай это, а теперь вот это». Я хочу задать вам главный вопрос этого утра: Кто из вас установил сновидение вчера вечером?
Мужчина: Установил сновидение?
Джон: Ладно, спрошу по-другому. Кто не установил сновидение так, как мы предложили позавчера вечером? Как я сказал, возможно, это произошло во сне. Вы могли даже сделать проверку. Я хочу добавить, что вы можете обнаружить, что организационная структура, о которой мы говорим, уже создана. Как сказала Кэрол, парочка пинков здесь, небольшая сортировка и уборка здесь — и все готово, потому что у вас с самого начала было все необходимое. Но теперь пришло время признать, что эта структура — голые кости, скелет. Она обеспечивает баланс для проявления некоторой личной гениальности, которой мы здесь занимаемся, но это еще не эстетика. Понимает ли ваша эстетика, что эта основная структура может быть структурой племени? Какая метафора вам нравится? Вы когда-нибудь стояли на берегу океана, наблюдая игру стаи дельфинов, от горизонта до горизонта? Нравится ли вам такая метафора? Вы когда-либо видели, как играет футбольная команда, действительно хорошо сыгранная? Вы когда-нибудь видели танец Барышникова и Элин Кудо, создающий магию, в которую трудно поверить? Эстетика, эстетика.
