утомительной езды по раскаленным пескам пустыни отделяет его от ближайшего оазиса, а между тем у него имеется уже только один-единственный, последний стакан воды. Какое отношение существует в том и другом случае между стаканом воды и благополучием его обладателя?»[400].
Отвечая на этот вопрос, О. Бем-Баверк подчеркивал, что в обоих случаях стакан воды обладает полезностью, т. е. способностью удовлетворять человеческую потребность. Вместе с тем между ними имеется и существенное различие. В первом случае выступает только низшая форма отношения вещи к человеческому благополучию, а именно, лишь простая полезность, а во втором случае, наряду с низшей, – и высшая форма, т. е. ценность. Это обусловлено тем, что если в первом случае человек имеет неограниченную возможность удовлетворения данной потребности, то во втором – она существенно ограничена. Более того, если бы у путешественника не имелось последнего стакана воды, то он не только не мог бы утолить жажду, но вынужден был бы терпеть муки неудовлетворенной потребности или даже умереть от жажды. Таким образом, «в этом случае стакан воды играет роль не только подходящего средства, но и необходимого условия (conditio sine qua non) удовлетворения потребности: с точки зрения человеческого благополучия он существенно важен, он – вещь, без которой нельзя обойтись».[401]
Как видим, О. Бем-Баверк отождествлял полезность как таковую с вещью, полагая, что она является лишь причиной обеспечения человеческого благополучия. Ценность же есть нечто большее, а именно, она не только причина, но и необходимое условие последнего. Данное условие всегда связано с такой ситуацией, когда человек испытывает острую потребность в определенном благе. Судя по приведенному примеру, речь идет об экстремальной ситуации, в которой может оказаться человек. Но такая трактовка несостоятельна. Во-первых, в любом обществе полезные блага выступают в качестве и условия, и причины жизнедеятельности людей. Во-вторых, ценность – категория социальная, она формируется в обществе и вне общества существовать не может. В-третьих, экстремальная ситуация представляет собой особый, нетипичный случай, служащий, как известно, исходным пунктом робинзонады.
В соответствии с таким подходом О. Бем-Баверк утверждал, что ценность отнюдь не является ни объективным, внутренним свойством материальных благ, присущим им по природе, ни чисто субъективным феноменом, коренящимся в свойствах человеческого организма. Напротив, ценность представляет собой результат своеобразного отношения между субъектом и объектом, т. е. оценку человеком той или иной вещи в зависимости от пользы, которую она ему приносит. Имея в виду это обстоятельство, О. Бем-Баверк писал: «Ценностью называется то значение, которое представляет материальное благо или комплекс материальных благ с точки зрения благополучия субъекта».[402]
Вслед за К. Менгером, О. Бем-Баверк подчеркивал, что если полезность присуща всем материальным благам, то ценность – только некоторым из них. По его мнению, для образования ценности необходимо, чтобы с полезностью соединилась редкость, т. е. ограниченность благ. Если же материальных благ имеется значительное количество, превышающее потребность в них, то они никакой ценностью не обладают.[403] К первым благам О. Бем-Баверк относил хозяйственные блага, а ко вторым – свободные, даровые (неэкономические, по терминологии К. Менгера).
Во-вторых, величина ценности, по О. Бем-Баверку, определяется величиной пользы, приносимой человеку материальными благами. «Величина пользы, – писал он, – приносимой человеку материальными благами, действительно и повсюду является вместе с тем и мерой ценности материальных благ».[404] В свою очередь, польза или выгода заключается в удовлетворении разнообразных потребностей. Поэтому решение общего вопроса о том, в какой степени благополучие данного человека зависит от данной вещи, сводится в конечном счете к решению двух частных вопросов: 1) удовлетворение какой из нескольких или многих потребностей зависит от данной вещи и 2) как велика важность соответствующей потребности или ее удовлетворения?
По мнению О. Бем-Баверка, для удобства изложения следует начать со второго вопроса. Опираясь на К. Менгера, О. Бем-Баверк указывал, что человеческие потребности различны по своей важности. Степень этой важности обычно измеряется тягостью вредных последствий для человеческого благополучия, возникающих вследствие неудовлетворения этих потребностей. Сообразно этому наивысшую важность имеют те потребности, неудовлетворение которых ведет к смерти; второе по важности место занимают те потребности, неудовлетворение которых очень вредно отражается на здоровье человека, его чести и счастье; третье место принадлежит тем потребностям, неудовлетворение которых причиняет человеку кратковременные страдания, доставляет огорчения или лишения; наконец, самое последнее место занимают те потребности, неудовлетворение которых ведет лишь к легким неприятностям в жизнедеятельности человека или лишает его самых незначительных удовольствий. В результате все человеческие потребности можно распределить по разрядам в зависимости от их важности. Но поскольку различие физических и духовных способностей, степени образования и т. п. оказывает сильное влияние на характер человеческих потребностей, то для различных индивидов и даже для одного и того же индивида в разные времена шкала потребностей будет иметь не одинаковый вид. Тем не менее каждый хозяин-практик, вынужденный действовать осторожно в условиях ограниченности средств, всегда более или менее ясно должен представлять себе размеры и относительную важность собственных нужд.
Вместе с тем шкала человеческих потребностей таит в себе некоторую двусмысленность. Дело в том, что здесь необходимо различать шкалу различных видов потребностей и шкалу отдельных конкретных потребностей. Между этими шкалами существует довольно большая разница.[405] Исходя из этой разницы и опираясь на таблицу К. Менгера, О. Бем-Баверк утверждал, что при определении ценности материальных благ необходимо брать за основу отнюдь не шкалу различных видов потребностей, а только шкалу конкретных потребностей.
Возвращаясь к рассмотрению первого вопроса, О. Бем-Баверк отмечал, что в практической жизни человек сталкивается с двоякого рода положением. Во-первых, одна и та же вещь может служить для удовлетворения нескольких различных конкретных потребностей, причем неодинаковых по своей важности. Во-вторых, в распоряжении данного человека очень часто находятся несколько экземпляров одного и того же рода материальных благ, при этом от него зависит, какой экземпляр использовать для удовлетворения той или иной потребности. Но, будучи разумным существом, человек всегда стремится удовлетворить сначала свои наиболее важные потребности, затем − наименее важные. В соответствии с этим он использует и принадлежащее ему материальное благо. Величина ценности этого блага определяется его предельной полезностью. Последняя есть «не наибольшая польза, которую могла бы принести данная вещь, и не средняя польза, которую может принести вещь данного рода, а именно наименьшая польза, ради получения которой эта вещь или вещь, ей подобная, еще может рациональным образом употребляться при конкретных хозяйственных условиях».[406] Поэтому «… закон величины ценности материальных благ можно будет выразить в следующей простой формуле: ценность вещи измеряется величиной предельной пользы этой вещи».[407]
Суть этого закона О. Бем-Баверк иллюстрирует следующим, так же как
