подозревает меня. Ради моего блага вам придется покинуть этот дом. Если я задержусь наедине с вами дольше, чем нужно, он решит, что в этом деле я веду двойную игру, и отзовет мою лицензию. Тогда я уже не смогу открыть собственный бизнес, даже если вы того пожелаете. Когда это расследование будет закрыто, мы сможем говорить… и говорить… и говорить… Но сейчас, боюсь, мне придется попросить вас уйти, миссис Пайн. – Мне показалось, что пришла пора поставить точку, и я добавил: – Сесили.
Глава 28
На следующий день, в пятницу, я пришел домой из «Нейлор-Керр» около половины шестого и сразу поднялся к себе принять ванну и переодеться. Гвинн Феррис удалось вытянуть из меня согласие опробовать кушанья и танцы в Серебряном зале отеля «Черчилль», а для этого требовалось облачиться в вечерний костюм.
Пришлось поспешить: сойдя вниз из оранжереи ровно в шесть, Вулф захочет увидеть меня в кабинете, чтобы выслушать дневной отчет. Бог свидетель, отчет не сулил ничего подкрепляющего силы. Однако к тому времени Вулф обрадовался бы даже чахлой соломинке и непременно захотел бы услышать все в подробностях.
Никаких подробностей он не получил, ибо в пять минут седьмого я обнаружил в кабинете не только Вулфа, но и разошедшегося не на шутку Кремера. Один только голос инспектора уже подсказывал: тот вознамерился проделать трюк, к которому частенько прибегал и раньше, никогда не достигая успеха. Он пришел приподнять крышку с мозгов Вулфа и посмотреть, что́ там варится. Это означало, что следствие окончательно забрело в тупик. Дело провалено. Кремер бессилен.
– Значит, вы установили слежку за Нейлором! – отрывисто бросал он. – Знали же, черт подери, что с ним что-то должно случиться! Я скажу вам все, что думаю! Я думаю, Сол Пензер – лучший филер во всем Нью-Йорке. Ни минуты не верю, что он мог упустить Нейлора. С Пензером такого просто не бывает! Даже если так, вы бы нипочем не отпустили Нейлора без хвоста, когда он заявился сюда. Это же ясно как день. Вы ведь интересовались им, так? Конечно же так! Думаю, Пензер ходил за Нейлором весь тот вечер вплоть до убийства – и того, что последовало дальше, когда машина переехала труп на Тридцать девятой улице!
– Пф! – вяло парировал Вулф.
– Посудите сами. – Кремер отогнул указательный палец[11]. – Первое: вас наняли, чтобы вывести на чистую воду Нейлора, не желавшего признать случайной смерть Мура. – За указательным пальцем последовал средний. – Второе: Гудвин нажал на Нейлора и сделал его очень опасным для кого-то. – Безымянный палец. – Третье: вы подрядили следить за ним лучшего агента. – Мизинец. – Четвертое: два дня вы не подпускали меня к Пензеру. – Большой палец. – Пятое: вы пытались натравить нас на беднягу Хоффа, но из этого ничего не вышло. – Пять пальцев снова сложились в кулак. – И шестое: вы держите в «Нейлор-Керр» Гудвина, чтобы не путался под ногами. Он гоняется там за юбками, и ничего больше! Поглядите на него – вырядился как на праздник!
– Я и не подозревал, что вы меня заметили, – вежливо вставил я. – Благодарю.
Но взбешенный Кремер уже ничего не слышал.
– Вы только поглядите! – завопил он.
– Гляжу, – сухо ответил Вулф. – Больше вам нечего добавить?
Кремер уселся было, но внезапно метнулся вперед и треснул кулаком по рабочему столу Вулфа.
– Я так этого не оставлю, Вулф, – подчеркнуто медленно заговорил он. – Множество раз мне подворачивался удобный предлог нагрянуть к вам с обыском… или хотя бы попытаться. Но на самом деле – и вам это известно – я никогда в жизни не подозревал вас в укрывательстве убийцы, потому что думал: вы не способны на такое. – Он оторвал кулак от крышки стола и шарахнул им вновь. – Теперь думаю. Думаю, не только способны, но именно этим и заняты. Я думаю, вам известно, кто убил Мура и Нейлора. И еще я думаю, что вы вознамерились не позволить мне схватить убийцу. Я ясно выражаюсь?
– Вы сами-то понимаете, что́ несете, мистер Кремер?
– Отлично понимаю, черт побери!
– Арчи, – стрельнул глазами в мою сторону Вулф, – выстави этого человека вон из моего дома. С применением силы, если потребуется.
Мне это вовсе не улыбалось. Кремер все-таки инспектор полиции. Очень может быть, что он вооружен, а я, как назло, в лучшем своем костюме.
Поэтому я остался в кресле.
– Джентльмены, – насмешливо протянул я, – мне казалось, вы оба умеете держать удар. Теперь я вижу, что ошибался. Вас обоих постигла неудача, только и всего. А вы ведете себя как малые дети, вымещая злость друг на друге. Инспектор Кремер, вам чертовски хорошо известно, как хитер и коварен мистер Вулф. Он десять раз подумает, прежде чем разгуливать, вернее, рассиживать с убийцей в кармане, надеясь уберечь того от наказания. Так стоит ли безумствовать и крушить мебель? А вы, мистер Вулф? Вам же ясно, что инспектор просто треплет языком. Будь вы в форме, пустили бы в ход иронию и тонкую издевку, не вынуждая меня выставить себя идиотом. Вы просто огорчены и раздосадованы тем, что наконец столкнулись с делом, которое вам не по зубам. – Я поднялся и направился к двери в прихожую, а на пороге обернулся: – Вам придется извинить меня, джентльмены. Спешу на встречу с подозреваемой. Как-никак я детектив и расследую убийство.
Мне так и не довелось узнать, чем закончился тот разговор. Вулф об этом помалкивал, а когда спустя продолжительное время я пристал к нему с вопросами, ответом мне было лишь невнятное ворчание.
Суббота и воскресенье прошли в том же невеселом ключе. Утром в субботу Вулф по телефону вызвал меня к себе в комнату во время завтрака, а когда я явился, вспомнил вдруг о своем запрете обсуждать дела по ходу приема пищи и заставил сидеть и наблюдать за тем, как он меланхолично расправляется с четырьмя тостами и яйцами под соусом бер-нуар из прокаленного сливочного масла.
Закончив трапезу, он снабдил меня инструкциями, которые прозвучали как гром среди ясного неба. Вулф взялся-таки за дело. Мне предстояло провести выходные, поочередно гоняясь за Беном Френкелем, Харолдом Энтони, Розой Бендини и Гвинн Феррис, чтобы доставить их, одного за другим, в его кабинет. Он собирался весь уик-энд напролет вытряхивать из них нужные сведения.
Так и вышло. Подобным образом мы провели субботу и воскресенье, заодно придумав себе еще пару занятий, вроде моей вылазки в обществе лейтенанта Роуклиффа для осмотра личных бумаг и вещей Нейлора.
Но и Вулф не просто убивал время, вызывая к себе свидетелей. В субботу он
