– Хорошо. Самое трудным было уговорить Рейфа. Он обязательно отметит твое старание в подготовке этого праздника, – говорила Тори, увлекая золовку в сторону сада. – Подожди меня здесь, – попросила она и быстро забежала на кухню.
Джилли присела на подвешенные к яблоне деревянные качели и, слегка раскачиваясь, с удовольствием подставила лицо теплому ласковому солнышку.
– Лови! – крикнула вдруг Тори, бросая золовке большое спелое яблоко.
Джилли поймала его и с наслаждением впилась зубами в сладкую сочную мякоть. Виктория присела рядом.
– Что ты подаришь Рейфу? – поинтересовалась девушка, съев яблоко.
– Новое седло. Именно за ним я ездила сегодня утром. В городе мне удалось найти очень красивое, с серебряной отделкой. Человек, изготовивший это седло, настоящий мастер. Ты сама убедишься в этом, когда увидишь.
– Да, Рейфу понравится твой подарок, – согласилась Джилли, – я уверена в этом.
– А твой брат подарит ему племенного быка, совсем недавно привезенного из Англии. Это животное – победитель выставки в Херефорде. К качелям подбежал Травис.
– Мама, меня послала Анита. Она просила передать, что Шарлотта проголодалась.
Тори встала.
– Мне надо поторопиться, – и тихо добавила, чтобы не услышал сын, – Рейф будет на седьмом небе.
– Но мне нужна не только его признательность, – мягко возразила девушка.
– Уверена, ты получишь то, чего хочешь. Джилли подозвала Трависа.
– Побудь со мной немного. Если, конечно, ты закончил занятия.
Мальчик проворно подбежал к качелям и присел рядом. Для своего возраста он был высок и почти догнал Джилли.
– Вообще-то, сейчас мистер Сноу прогуливается с твоей служанкой Нэн, поэтому у меня есть немного свободного времени.
– С Нэн? Мальчик кивнул.
– Это становится интересным, – обронила Джилли.
– Но ты не сердишься, правда? – спросил Травис, засомневавшись, стоило ли говорить об этом. Джилли ободряюще улыбнулась.
– Конечно, нет. Нэн – очень хорошая девушка, а мистер Сноу производит впечатление настоящего джентльмена.
– Это действительно так, – подтвердил Травис, – и очень умный. Вот почему мама и папа попросили его быть моим домашним учителем. Ведь ты понимаешь, мне многому нужно научиться.
– У тебя еще уйма времени. – Пододвинувшись к племяннику, Джилли крепко обняла его.
– Ты очень занята подготовкой ко дню рождения Рейфа, – заметил Травис.
Девушка весело рассмеялась.
– Рейф мне очень нравится, – сказала она.
– Так же, как и ты ему?
– Что ты хочешь этим сказать?
– У него в кабинете есть твоя фотография в серебряной рамке, – объяснил мальчик. – Я видел ее несколько месяцев назад. У Рейфа есть и фотография мамы с папой, но в простой деревянной рамке. – Поймав на себе вопросительный взгляд тети, Травис продолжал. – Я не подсматривал и не делал ничего дурного, – заверил он. – У Рейфа есть коллекция очень старых карт, и когда я однажды заговорил о них, мистер Сноу спросил, нельзя ли съездить и осмотреть коллекцию. Я знал, что Рейф не будет возражать против нашего визита, и мы поехали к нему. А когда он вышел за картами, я увидел твою фотографию.
Джилли вновь обняла племянника.
– А это за что? – спросил мальчик.
– За хорошую новость.
Вечером, прежде чем лечь в постель, девушка зажгла керосиновую лампу, осветившую комнату мягким приглушенным светом, забралась с ногами в уютное кресло, чтобы освежить в памяти разговор с племянником и достала перо и бумагу.
«Дорогая Джорджи, надеюсь, это письмо найдет тебя в добром здравии и хорошем настроении, потому что мне так много нужно рассказать тебе…»
ГЛАВА 19
– Позволь поблагодарить тебя за чудесный праздник, – Рейф подошел к Тори, искренне удивленный тем, что на его день рождения собралось так много гостей и всем им так же весело, как и ему. Он со страхом ожидал предстоящее торжество, боясь затеряться среди суеты. С другой стороны, там будет Джилли, и страхи и опасения – ничто по сравнению с радостным ожиданием встречи.
Фиеста в честь дня рождения была в самом разгаре. Энкантадора принимала гостей с ранчо Монтенегро, Фортис, принадлежащего Рейфу, и из городка под названием Дерран.
Поляна перед домом представляла живописную картину. Весело резвились дети, бегали, дружелюбно виляя хвостами, собаки. Длинные столы ломились от изобилия блюд и напитков: ветчины, запеченной в кленовых листьях, маисового хлеба и пирожков, фасоли в разных видах, поджаренных початков кукурузы, больших, аппетитных индеек, сыра, фруктов, бисквитов и пирожных, бочонков и бутылок с лимонадом, сидром, пивом, кувшинов с традиционным чаем, кофе и молоком.
– Благодари не меня, – ответила Тори. – Это заслуга Джилли. – Виктория говорила тихо, чтобы их разговор никто не слышал. – Идея устроить для тебя праздник принадлежит ей. Она и организовала все то, что ты видишь. Я только помогала.
– К чему такие хлопоты? – размышлял вслух Рейф.
Хозяйка Энкантадоры внимательно посмотрела на него.
– Не догадываешься?
– Нет, не знаю.
– Знаешь, – настаивала женщина. «Рейф такой упрямый и недальновидный, думала она. Ходит вокруг да около, когда нужно действовать, и ничего не видит, словно слепой. Распекать же его как упрямого ребенка бесполезно».
Рейф внимательно посмотрел на гостей, отыскивая Джилли. Наконец, он увидел ее разговаривающей с какой-то женщиной в шляпке, стоявшей к нему спиной. Молодой человек долго не мог оторвать от Джиллиан влюбленного взгляда: длинные черные локоны девушки, слегка завитые, завязанные простой белой лентой, блестели на солнце, как редкой красоты драгоценные камни. Простота и изящество прически выгодно подчеркивали красоту сережек и ожерелья. Платье на Джилли было легкое и лишенное вычурности. На этот раз она предпочла дорогим и роскошным нарядам струящееся одеяние из муара цвета спелой голубики. Глубокое декольте обрамляли волны тонких кремовых кружев, приковывавших внимание к груди, вздымавшейся при каждом вздохе девушки. Стоило Джилли отступить на шаг, и Рейф заметил, как всколыхнулась пена кружевных оборок, украшавших ее многочисленные нижние юбки, показались и маленькие ножки в черных туфельках.
Глядя на нее, Рейф почувствовал себя счастливым, все его тело налилось силой.
Почувствовав взгляд любимого, Джилли повернула голову. Ей, казалось, передалось его волнение. Весь день она держала виновника торжества в поле зрения, то и дело отыскивая его глазами. С тех пор, как Рейф приехал, они едва ли обменялись несколькими фразами, не считая привычных «здравствуй».
Джиллиан заметила, что именинник направляется в ее сторону, оставив Тори с Доном Себастьяном Монтенегро. У нее перехватило дыхание. В черном строгом фраке, белоснежной рубашке и черном кожаном жилете, расшитом серебром, он был словно принц из сказки. Вечером она докажет всю силу своей любви, и Рейф поймет, как много это значит. Джилли обратилась к женщине, с которой разговаривала.
